[BL] Бесконечный город

Несколько следующих дней съёмочная группа провела в лаборатории, заканчивая все сцены, связанные с этим местом. Лишь когда работа там была полностью завершена, команда перебралась на следующую локацию.

Впереди их ждала одна из самых важных сцен фильма — один из эмоциональных пиков сюжета: сцена поцелуя.

Вечером Гао Синь снова вызвал двух главных актёров к себе в номер и спокойно начал объяснять предстоящий эпизод.

— Доктор Коэн засыпает в лаборатории. Из-за тоски по Сяо Ци ему снится прошлое: тот вечер на окраине города, когда они вместе скрывались от преследователей. Уставшие до изнеможения, они выходят из машины. Сяо Ци улыбается, любуясь закатом, и Коэн во сне не выдерживает — целует его. Сяо Ци отвечает на этот поцелуй и обнимает его.

Режиссёр сделал небольшую паузу и продолжил:

— Затем Коэн просыпается. Он снова в лаборатории, а человек, которого он любил, давно мёртв. Во сне всё наполнено теплом: закат, трава, двое людей в объятиях друг друга. Каждая деталь говорит о счастье. Но реальность — это пустая холодная лаборатория. Сцены пробуждения мы уже отсняли. Теперь осталось снять сам сон.

Он положил сценарий на стол.

— Весь смысл этой сцены — в контрасте между мечтой и действительностью. Поэтому она должна получиться максимально эмоциональной.

Подняв взгляд на актёров, Гао Синь добавил:

— И ещё. Эта сцена поцелуя крайне важна для фильма. Поэтому я хочу, чтобы вы снимались сами. Никаких дублёров и никаких обходных ракурсов. Вы будете целоваться по-настоящему. Всё понятно?

Сюй Шаоцянь промолчал.

Ан Янь тоже неловко опустил глаза.

Режиссёр усмехнулся:

— Понимаю, что партнёр у вас не девушка, и может быть непривычно. Но вы актёры. Если взялись за роль, значит должны полностью войти в образ. Это всего лишь сцена поцелуя. Вы оба не новички, так что проблем быть не должно.

— У меня нет возражений, — спокойно ответил Сюй Шаоцянь.

Взгляд режиссёра тут же переместился на Ан Яня.

Тому осталось только кивнуть:

— У меня тоже...

«Ну, это всего лишь поцелуй — для актёра это на самом деле несложно...»

И действительно, для профессионального актёра подобная сцена сама по себе не должна была представлять особой сложности. Убедившись, что никто не протестует, Гао Синь убрал сценарий.

— Отлично. Тогда идите, готовьтесь. Завтра снимаем, только постарайтесь не завалить сцену бесконечными дублями.

Разговор закончился, оба вышли из номера режиссёра и зашагали по длинному коридору, направляясь к своим комнатам.

Ан Янь подошёл к двери своего номера и уже достал карточку-ключ, когда вдруг почувствовал, как его резко схватили за руку. Не успел он опомниться, как Сюй Шаоцянь втянул его в свой номер и захлопнул дверь.

В следующую секунду Ан Янь оказался прижат к стене. Его руки были подняты над головой и удерживались сильной хваткой. Подняв глаза, он встретился с тёмным взглядом Сюй Шаоцяня и невольно напрягся.

— Шаоцянь... что ты делаешь? — тихо спросил он.

Сюй Шаоцянь приблизил лицо. Одной рукой он взял Ан Яня за подбородок и заставил смотреть себе прямо в глаза.

— Завтрашняя сцена поцелуя, — негромко произнёс он. — Тебя правда это не волнует?

Ан Янь заставил себя улыбнуться.

— Ну... раз режиссёр считает её важной... я ведь не могу отказаться или потребовать дублёра...

— Вот как? — взгляд Сюй Шаоцяня стал ещё тяжелее. — И больше тебе не противно, когда мужчина целует мужчину?

Ан Янь замер.

— Ты ведь называл меня отвратительным, — продолжил Сюй Шаоцянь. — А теперь спокойно соглашаешься сниматься со мной в такой сцене. Что ж... профессионализм у тебя действительно на высоте.

Под этим пристальным взглядом Ан Янь почувствовал, как внутри всё сжимается.

— Я...

Но договорить он не успел. Сюй Шаоцянь внезапно наклонился и закрыл ему рот поцелуем.

— М-м... — Ан Янь потрясённо распахнул глаза.

В тот миг, пока он застыл в оцепенении от неожиданности, Сюй Шаоцянь воспользовался его замешательством и углубил поцелуй, не давая ему возможности отстраниться.

— М-м... мм... м-м... — в голове мгновенно стало пусто.

Это страстный поцелуй, словно Шаоцянь был готов проглотить его целиком, лишил Ан Яня способности мыслить. Осталось только осознание того, насколько близко сейчас находится человек, которого он любит.

Неизвестно, сколько прошло времени. Лишь когда губы и язык Ан Яня окончательно онемели, Сюй Шаоцянь наконец отстранился. Он смотрел на его покрасневшие от поцелуев губы и тихо спросил:

— Ну как? Тебе противно?

— ... — Ан Янь не смог ответить.

На губах Сюй Шаоцяня появилась едва заметная улыбка.

— Если всё ещё противно... тогда я буду целовать тебя до тех пор, пока это чувство не исчезнет, — с этими словами он снова приподнял его подбородок и наклонился вперёд.

— М-м... мм... — Ан Янь попытался сопротивляться, но силы были слишком неравны.

В молодости Сюй Шаоцянь долго занимался боевыми искусствами под руководством Сюй Цзычжэна, поэтому легко удерживал его на месте. Любые попытки вырваться заканчивались ничем.

Растерянный Ан Янь лишь беспомощно отворачивался, стараясь избежать новых прикосновений, но Сюй Шаоцянь каждый раз безошибочно возвращал его внимание к себе.

Постепенно лицо Ан Яня залилось краской. Он уже совершенно не понимал, что должен делать и как реагировать.

— М-м... мм... м-м...

Когда этот долгий поцелуй наконец закончился, Ан Янь тяжело дышал, а кончики его ушей горели от смущения. В глазах даже появилась лёгкая влага.

Сюй Шаоцянь внимательно посмотрел на него:

— Теперь не противно?

— ... — Ан Янь был не в состоянии произнести хоть слово.

— Хорошо. Тогда попробуй ответить мне, — вдруг предложил Сюй Шаоцянь.

Он отпустил его руки и вместо этого притянул Ан Яня к себе за талию. Расстояние между ними исчезло, а в следующий момент Сюй Шаоцянь снова наклонился к нему.

— Мм...

В перерывах между короткими поцелуями Сюй Шаоцянь тихо шептал, лишь слегка касаясь его губ:

— Ну же, обними меня за плечи... попробуй ответить...

— Мм...

От бесконечных поцелуев Ан Янь почти лишился рассудка. Голос Сюй Шаоцяня звучал спокойно, почти гипнотически. Слушая этот голос, звучавший словно заклинание, он медленно обнял Сюй Шаоцяня за плечи. Его язык перестал уклоняться и сопротивляться, а вместо этого попытался ответить на поцелуй.

Почувствовал изменения в поведении Ан Яня, Сюй Шаоцянь заметно напрягся, его объятия стали крепче.

Ан Янь тоже уже привык к этому довольно грубому, страстному поцелую и больше не чувствовал прежнего сопротивления. Постепенно исчезли неловкость и страх, а на смену им пришло странное ощущение спокойствия и доверия. Он постепенно расслабился и стал отвечать на него с ещё большей страстью.

Их языки переплелись, жадно впиваясь друг в друга, словно после долгой засухи, и казалось, что они готовы проглотить друг друга заживо. Сюй Шаоцянь резко сжал руки, обнимавшие Ан Яня, а тот, обнимая в ответ, крепко вцепился в его рубашку.

Тела обоих прижались друг к другу практически без зазоров, и жаркий поцелуй длился так долго, что Ан Яню показалось, будто его мозг начал испытывать недостаток кислорода, а мысли растворяются в тумане.

Через десять минут Сюй Шаоцянь наконец отстранился от его губ, и Ан Янь медленно убрал руки с его плеч, слегка оттолкнув его, и неловко отвернулся, стараясь не встречаться с ним взглядом.

Оба всё ещё тяжело дышали.

В комнате повисла неловкая тишина.

Наконец Сюй Шаоцянь спокойно сказал:

— Похоже, психологический барьер перед сценой поцелуя ты преодолел. Завтра сыграем именно так. Постараемся снять всё с первого дубля, — сказав это, он окончательно отпустил Ан Яня и направился в сторону ванной. — Я пойду приму душ. А ты возвращайся к себе и ложись пораньше.

Ан Янь остался стоять на месте. Только сейчас до него окончательно дошло, что всё произошедшее, по мнению самого Сюй Шаоцяня, было всего лишь подготовкой к завтрашней сцене. Способом помочь партнёру справиться с неловкостью. Ничем большим.

«Эти долгие поцелуи, от которых у меня до сих пор кружится голова, для Сюй Шаоцяня были лишь частью работы...»

Осознание это неожиданно сильно кольнуло его.

Когда-то именно он назвал чувства Сюй Шаоцяня отвратительными и не мог представить себе близость между двумя мужчинами. Но теперь всё изменилось. Он давно понял, что любит этого человека. И если этим человеком был Сюй Шаоцянь, то Ан Янь был готов принять всё: его любовь, его прикосновения, его объятия и даже самые болезненные воспоминания, которые их связывали.

Только вот во время этих поцелуев сам Ан Янь потерял голову и полностью растворился в происходящем. А Сюй Шаоцянь, похоже, всё это время оставался спокойным и собранным.

И именно это ощущение — что он один оказался настолько увлечён и полностью искренним — неожиданно оставило в душе горький осадок.

Он предпочёл бы, чтобы Сюй Шаоцянь снова стал таким же безрассудным и одержимым, как раньше, чем видеть, как тот целует его с таким спокойствием и хладнокровием, попутно объясняя, как именно нужно играть сцену по сценарию. Будто между ними больше не осталось ничего личного — только рабочие отношения партнёров по съёмочной площадке.

Дверь ванной уже закрылась. Ан Янь опустил голову и с тяжёлым сердцем вернулся к себе в номер. Приняв душ, он рано лёг спать, но в его голове царил полный хаос, и сон никак не приходил. Проворочавшись долгое время, он в конце концов сдался и достал сценарий, решив заняться текстом.

Он даже не подозревал, что в соседнем номере Сюй Шаоцянь тоже не мог уснуть.

Если поначалу это были лишь подозрения, то после этих поцелуев он окончательно убедился в своей догадке. Раньше каждый раз, когда он целовал Ан Яня, тот тут же взрывался, словно кот, которому наступили на хвост: то лез в драку, то начинал ругаться. Но теперь всё было иначе. Сюй Шаоцянь дважды поцеловал его силой, даже не объяснив, что это репетиция сцены, — и Ан Янь не разозлился. Более того, он смущался, краснел и явно терялся.

А когда в третий раз Сюй Шаоцянь попросил его ответить на поцелуй, тот действительно попробовал ответить.

Это был ответ, от которого он чуть не потерял голову. Сначала осторожный и робкий, наполненный смущением и неуверенностью, словно Ан Янь только пробовал прикоснуться к нему. Потом всё смелее, всё горячее. Если бы где-то в глубине сознания Сюй Шаоцяня не звучал настойчивый голос, призывающий сохранять самообладание, он бы тогда же потерял контроль и просто повалил Ан Яня на кровать, забрав у него гораздо больше.

Именно поэтому после того долгого поцелуя он поспешил отправить его обратно в номер, а сам сразу ушёл в ванную, чтобы принять холодный душ.

Ледяная вода стекала по телу, но не могла погасить жар, который разгорался внутри. Столько лет ожидания, столько лет безответной любви — и наконец он получил отклик. Для Сюй Шаоцяня это значило больше, чем можно было выразить словами.

Пусть ответ Ан Яня был дан под давлением обстоятельств, пусть не до конца осознанно, но главное заключалось в другом: он больше не отвергал прикосновения Сюй Шаоцяня, больше не называл их отвратительными. Более того, его сопротивление начало давать трещину.

Этого прогресса было достаточно, чтобы сердце Сюй Шаоцяня вновь ожило.

Внешне он по-прежнему сохранял спокойствие только потому, что не хотел снова разрушить всё собственными руками. Пока он не был уверен в чувствах Ан Яня, нельзя было действовать слишком поспешно. Впереди их ещё ждали долгие съёмки второй части «Бесконечного города». Времени было достаточно.

«Я ждал столько лет. Несколько месяцев уже ничего не изменят.»

Сюй Шаоцянь всегда знал, что Ан Янь лишь кажется упрямым и резким на словах, а на самом деле у него мягкое сердце. Да, после той ссоры в Париже его слова действительно ранили слишком глубоко, и тогда Сюй Шаоцянь почти потерял надежду. Но сегодняшний ответ на поцелуй словно вдохнул жизнь в сердце, давно погружённое в холод и тишину.

***

На следующий вечер, в назначенное время, съёмочная группа снова отправилась в пригород Лондона. Ан Янь и Сюй Шаоцянь переоделись в костюмы своих персонажей, после чего Гао Синь дал команду готовиться к съёмкам.

[Заснувший в лаборатории Коэн видит сон о событиях многолетней давности.

Во время очередного побега Коэн и Сяо Ци обращают внимание на красивый заказ за окном. Они останавливают машину у обочины, садятся прямо на траву и перекусывают тем, что удалось найти в дороге. На губах Коэна остаётся хлебная крошка. Сяо Ци тянется, чтобы убрать её, но тот неожиданно ловит его руку и, не в силах больше сдерживаться, наклоняется и целует клона.]

На съёмочной площадке реквизиторы закончили подготовку площадки, и съёмка началась.

— Бесконечный город II. Сцена двадцатая. Сон Коэна.

Сюй Шаоцянь с Ан Янем вышли из, остановившейся у обочины машины. Достав из салона пакет с едой, они устроились прямо на траве и принялись ужинать.

Ан Янь с улыбкой открыл упаковку печенья, откусил кусочек и протянул её Сюй Шаоцяню:

— Держи, попробуй. Очень вкусное!

Тот взял печенье, попробовал и почти сразу нахмурился:

— Слишком сладко.

— Ой, точно, я забыл, что ты не любишь сладкое! — рассмеялся Ан Янь, забирая печенье обратно.

Внезапно он заметил что-то на губах собеседника и сказал:

— Эй, Коэн, у тебя тут крошка осталась.

Он потянулся рукой и осторожно провёл большим пальцем по уголку его губ, старательно стирая крошки. Подняв взгляд, Ан Янь неожиданно встретился с потемневшими глазами Сюй Шаоцяня. Он уже хотел убрать руку, но та вдруг оказалась в крепком захвате. В следующую секунду его подбородок приподняли, и на губы опустился поцелуй.

— Мм...

Ан Янь растерянно замер. Несколько секунд он просто не понимал, что происходит, а потом, слегка покраснев, неловко начал отвечать.

Они обняли друг друга, и золотистый свет закатного солнца окутал их фигуры мягким сиянием. Всё вокруг словно утонуло в тёплых красках вечера.

«Поцелуй Шаоцяня... такой нежный.»

Сюй Шаоцянь не торопился, словно боясь причинить ему боль. Язык медленно скользил во рту Ан Яня, лаская внутреннюю часть губ и чувствительное нёбо. Это ощущение, будто с ним обращаются с особой бережностью, сбивало с толку. Ан Яню нравилась эта особенная нежность, и ему захотелось, чтобы поцелуй длился чуть дольше, поэтому отвечать на него стало уже не так сложно.

Возможно, он слишком вжился в роль, а может, причина была совсем в другом, но постепенно его реакция становилась всё более искренней. Он обнял Сюй Шаоцяня за плечи и начал отвечать, отбросив прежнюю скованность...

В этот момент откуда сзади раздался мужской голос:

— Эй, Шаоцянь! Смотри, кто приехал на площадку!

Гао Синь тут же обернулся и приложил палец к губам, призывая знаком к молчанию.

Прибывшие мгновенно замолчали и перевели взгляд на съёмочную площадку. Перед ними Сюй Шаоцянь и Ан Янь по-прежнему стояли в объятиях друг друга, полностью поглощённые сценой. Оба гостя ошеломлённо застыли, онемев от удивления.

Прошло добрых десять минут, и наконец Гао Синь довольно улыбнулся:

— Отлично! Снято!

Услышав команду режиссёра, Ан Янь словно очнулся от сна. Он поспешно отстранился от Сюй Шаоцяня и, слегка покраснев, побежал к мониторам. Однако там его уже ждал новый удар по нервам: с корзинами подарков в руках неподалёку стояли Чэнь Шици и Лю Гоюань.

Лицо Ан Яня покраснело ещё сильнее:

— Ши... Шици, Гоюань... вы нашли время заглянуть?

Чэнь Шици улыбнулась:

— Я приехала на несколько дней в Лондон отдохнуть, а Гоюань как раз снимается здесь неподалёку. Мы гуляли по городу, услышали, что съёмочная группа «Бесконечного города 2» тоже в Лондоне, вот и решили заглянуть.

Увидев подошедшего Сюй Шаоцяня, она вежливо кивнула:

— Старший соученик.

— Хм, — ответил Сюй Шаоцянь ей, а затем тепло обнялся со своим бывшим однокурсником Лю Гоюанем.

Тот со смехом стукнул его кулаком по плечу:

— Слушай, мы только что всё видели! Вы двое просто невероятны. Не зря оба обладатели премий. Десять минут! Целых десять минут снимали один поцелуй! Это настоящий рекорд!

Сюй Шаоцянь невозмутимо ответил:

— Так будет больше материала для монтажа.

После чего повернулся к Ан Яню и с лёгкой улыбкой спросил:

— Правда ведь, Ан Янь?

— Кхе-кхе-кхе... Д-да, конечно...

Ан Янь как раз пил воду и от неожиданности так сильно поперхнулся, что закашлялся. Его уши уже пылали так, словно вот-вот начнут дымиться, а тут ещё Чэнь Шици смотрела на него с такой странной улыбкой.

Когда-то, во время визита Сюй Шаоцяня на съёмочную площадку, она собственными ушами слышала все слова, которые тогда наговорил Ан Янь. Пусть остальные ничего не знали об их отношениях, но она понимала ситуацию гораздо лучше всех присутствующих.

Подумав об этом, Ан Янь почувствовал себя настолько неловко, что не выдержал и, пробормотав что-то невнятное, почти бегом скрылся в гримёрке.

_________________