[BL] Бесконечный город

Ан Янь проснулся от телефонного звонка. Телефон успел прозвенеть всего один раз, как вызов сразу же сбросили. Затем человек рядом приподнял одеяло, встал с кровати и вышел из спальни, чтобы перезвонить.

Низкий мужской голос звучал немного хрипло и в это ленивое утро в нём ощущалась какая-то неописуемая чувственность.

— ...Мм, я знаю. В этом году я вернусь домой на праздник, у меня будет больше месяца отпуск... Сейчас есть кое-какие дела, не могу уйти, поговорим, когда я приеду...

Ан Янь навострил уши, внимательно прислушиваясь к звукам за дверью, и чем дольше слушал, тем более знакомым казался ему этот голос.

«Почему он так похож на Сюй Шаоцяня?.. Наверное, это просто иллюзия.»

Проснувшись от шума, он всё ещё был в полусонном состоянии, поэтому не захотел в этом разбираться прямо сейчас — зимой так приятно лежать в тёплой постели, вставать совершенно не хотелось. Ан Янь снова закрыл глаза, собираясь ещё немного подремать, но стоило ему перевернуться, как резкая боль сзади заставила его судорожно вдохнуть.

Это странное ощущение было таким, будто его тело чем-то грубо пронзили: внутри жгло, мышцы поясницы ныли, а больше всего болело сзади — словно там всё разорвали... Ан Янь озадаченно потянулся рукой назад и тут же едва не выругался вслух!

«Чёрт! Там всё распухло до невозможности. Что вообще произошло прошлой ночью?!»

Ан Янь резко сел на кровати. Простыня соскользнула, обнажив множество синяков и следов на теле. Он, разумеется, был совершенно голым, а липкие пятна на простыне наглядно напоминали о «доказательствах преступления» прошлой ночи.

Он быстро огляделся и понял, что это совершенно незнакомая спальня. Плотные шторы пропускали лишь тонкую полоску света, освещая простую и аккуратную обстановку. Мебель светло-серая, с какой-то холодной атмосферой. Его одежда аккуратно висела на вешалке в углу, зато на полу валялась мужская рубашка, вокруг разбросаны пуговицы, брюки, носки, ремень — всё в полном беспорядке, ясно говорящем о том, насколько бурной была ночь.

«Что... что это вообще за ситуация?»

Ан Янь, с раскалывающейся головой, пытался вспомнить детали прошлой ночи. Перед глазами мелькнули обрывки: двое мужчин, сцепившиеся и катающиеся по кровати... В этот момент человек за дверью вошёл в комнату, и их взгляды встретились.

Ан Янь: «...»

Сюй Шаоцянь: «...»

Они смотрели друг на друга целых пять секунд, прежде чем Сюй Шаоцянь нарушил тишину:

— Ты проснулся?

Он был спокоен, а вот лицо Ан Яня застыло — он не знал, что ответить.

«Чёрт, голова разболелась ещё сильнее!»

Он вспомнил. Человек, с которым он переспал, напившись прошлой ночью... стоял прямо перед ним — Сюй Шаоцянь, тот самый, что только что вышел отвечать на звонок, обернувшись лишь полотенцем вокруг талии.

Сознание окончательно прояснилось, и в памяти начали всплывать обрывки событий.

Вчера на праздничном банкете съёмочной группы его постоянно угощали алкоголем, он выпил слишком много, затем... смутно помнил, как Сюй Шаоцянь затащил его в машину и привёз сюда. Потом уложил в спальне, собирался выйти за водой, но он, Ан Янь, вдруг схватил его, не давая уйти, наклонился и поцеловал... а дальше, потеряв всякую меру, повалил того на кровать, разорвал одежду и буквально набросился — обнимал, кусал...

«Я настоящее животное!»

Ан Янь тут же испытал сильнейшее раскаяние.

Хотя у него в индустрии была не лучшая репутация, в таких вещах он обычно держал себя в руках. Романы с актрисами — лишь для пиара: совместные ужины, кино, поводы для папарацци — взаимная выгода. При всей своей ветрености у него были принципы: «к своим не лезть» и не связываться с теми, кто не готов к таким играм.

И вот теперь, напившись, он зашёл слишком далеко — повалил на кровать лучшего друга своего брата, известного актёра...

Увидев на ключице Сюй Шаоцяня чёткие следы зубов, Ан Янь покраснел от стыда.

«Что теперь делать?»

Он явно связался не с тем человеком. Если узнают родители... или семья Сюй Шаоцяня — ему точно не поздоровится.

Заметив, как меняется выражение лица Ан Яня, Сюй Шаоцянь тоже был озадачен. Он ожидал, что утром тот проснётся в ярости, но вместо этого видел перед собой раскаяние, словно виноват именно он.

...Сценарий явно пошёл не по плану.

Сюй Шаоцянь подошёл ближе, собираясь что-то сказать, но Ан Янь вдруг, словно решившись, поднял голову и неловко улыбнулся:

— Шаоцянь, прости.

— ...Мм?

— Я вчера напился. Никогда не думал, что сделаю с тобой такое. Вчера я вёл себя как зверь... правда, прости. Я знаю, ты не такой, как я... Я вообще ничего не помню... Ты... ты в порядке?

Сюй Шаоцянь поправил очки, недоумённо спросив:

— О чём ты вообще говоришь?

Ан Янь почесал затылок, виновато отводя взгляд:

— Не злись, ладно? Я всегда считал тебя просто хорошим другом, у меня не было никаких других мыслей... Это всё алкоголь...

Сюй Шаоцянь долго молчал, а затем... наконец понял ход его мыслей.

«Оказывается, Ан Янь думает, что именно он был инициатором и заставил меня, поэтому и извиняется.»

Честно говоря, всё действительно началось с него. Если бы он не прижал Сюй Шаоцяня, тот бы не потерял терпение и не перевернул ситуацию. Но это было только начало. Дальше всё пошло совсем иначе: Ан Янь разозлил его, и Сюй Шаоцянь полностью утратил контроль. Ан Янь же, будучи пьян, не мог сопротивляться и оказался во власти другого всю ночь.

История сделала резкий поворот, но Ан Янь помнил лишь её начало.

«Неужели ты не понял, что «жертвой» был именно ты?»

Глядя на его раскаяние и искренние извинения, Сюй Шаоцянь едва заметно улыбнулся.

— Ничего... мне всё равно, — тихо сказал он. Эта ситуация казалась ему по-настоящему нелепой... до полной потери слов.

Он был полностью готов к утреннему скандалу, но Ан Янь снова перевернул его представление о мире: будучи тем, кого «использовали», он первым сказал «прости».

С детства он каждый раз заставлял Сюй Шаоцяня теряться. Все заготовленные им слова оказались ненужными — их зачеркнуло одно «прости». Парень не злился, не спрашивал «почему», а просто извинился.

И что теперь делать Сюй Шаоцяню? Сказать: «Тебе не за что извиняться, это я виноват»?

Ан Янь сам поставил себя в роль виновного. Привыкнув быть тем, кто дразнит и задевает Сюй Шаоцяня с детства, узнав о случившемся, парень решил, что виноват именно он, даже не задумавшись о том, что в это раз они могли поменяться местами.

Раз уж он сам выбрал эту роль, Сюй Шаоцянь не стал спорить — впереди ещё много времени.

«Однажды я обязательно дам ему понять, кто здесь на самом деле «плохой».»

Подумав об этом, Сюй Шаоцянь слегка улыбнулся, глядя на растерянного Ан Яня.

— То, что было вчера... — он сделал паузу и, демонстрируя актёрское мастерство, серьёзно добавил, — Я не виню тебя. И тебе не стоит об этом много думать.

— Отлично, — сразу согласился Ан Янь. — Будем считать, что ничего не было.

— Хорошо.

Сюй Шаоцянь достал из шкафа комплект одежды, положил на кровать:

— Надень моё. Умойся и приходи завтракать.

— ...Ладно.

Когда тот вышел, у Ан Яня возникло странное чувство. Что-то было не так...

Они оба гетеросексуальны, напились и переспали — он хотел бы разбить себе голову, чтобы просто стереть это из памяти. Но Сюй Шаоцянь был слишком спокоен.

«Может, это из-за его характера?»

Не желая больше об этом думать, Ан Янь быстро оделся. Но стоило ему встать, как ноги подкосились, и он едва не упал. Удержавшись за кровать и растирая поясницу, он невольно подумал, что хотя это были просто двое мужчин, потерявших контроль после алкоголя... и вроде как он сам начал всё это... но... похоже, он вообще ничего не выиграл.