[BL] Бесконечный город

По обе стороны ярко-красной ковровой дорожки собрались бесчисленные журналисты, затворы камер щёлкали без остановки.

Новейший красный спорткар плавно остановился у края площадки.

Мужчина, вышедший из машины, был высоким и статным. Белые брюки идеального кроя подчёркивали его длинные, прямые ноги, сверху на нём была белая рубашка с расстёгнутым воротом, лишь самую малость открывающим вид на ключицы. Серебряная цепочка на шее ослепительно сверкала в лучах света.

Кожа у него была светлая, черты лица — красивы. Его «персиковые» глаза живо блестели, а лёгкая улыбка с чуть приподнятым подбородком придавала ему свободную, небрежную и притягательную харизму.

— Ан Янь!

Журналисты мгновенно закипели, ринулись вперёд сквозь толпу, будто мечтая отрастить себе восемь ног.

— Привет! — Ан Янь с изяществом улыбался, приветствуя всех, иногда посылая фанатам эффектные воздушные поцелуи.

Крики фанатов становились ещё оглушительнее — «Ан Янь! Ан Янь!» — эти два слова, словно навязчивый рефрен, заполнили всё пространство.

Ан Янь уже собирался выйти на аллею славы и только поставил ногу на красную дорожку, как позади вдруг раздался взрыв безумных криков.

— Сюй Шаоцянь приехал!

— Боже, они что, прибыли одновременно?!

— Быстро, снимайте! Скорее! Заливайте в сеть — это точно будет заголовком вечера!

Слева — признанный мастер актёрской игры, лучший актёр Сюй Шаоцянь; справа — кумир с невероятным количеством поклонников, молодой король сцены Ан Янь. Два ярчайших представителя нового поколения шоу-бизнеса, идеалы миллионов девушек, соперники, месяцами боровшиеся за первое место в интернет-голосовании «Самый популярный актёр года»... и вот они неожиданно встретились прямо на красной дорожке церемонии награждения.

«Это была намеренная постановка или простое совпадение?»

Ходили слухи, что они враждуют и яростно конкурируют. Но ходили и другие — что они очень близки, почти как братья. В индустрии обсуждений было не счесть — где же правда?

Как бы то ни было, сцена встречи этих двоих, выросших вместе и имеющих сложные отношения, уже сама по себе притягивала все взгляды. В воображении любителей сплетен даже простой обмен взглядами казался полным скрытого смысла.

«Сюй Шаоцянь против Ан Яня: друзья детства или заклятые враги?» — одного такого заголовка было достаточно, чтобы крупные СМИ могли раздувать эту тему несколько дней подряд, при этом принося сайтам — клики, а газетам и журналам — продажи.

Журналисты были так взволнованы, что у них дрожали руки, фотографы не сводили глаз со входа, боясь моргнуть, чтобы не упустить ни одного ценного кадра. Крики фанатов сливались в единый гул, словно тысячи уток на ферме одновременно затянули радостный хор.

И всё же среди этой почти кипящей атмосферы лицо Сюй Шаоцяня оставалось холодным, как лёд.

Этот известный в индустрии «айсберг» везде, где появлялся, будто приносил с собой холодный поток воздуха — словно природный переносной кондиционер.

В его холодной натуре чувствовалась врождённая сдержанная, почти аскетичная привлекательность. Стоило его лицу появиться на экране — особенно крупным планом — как зрители невольно задерживали дыхание, глядя на идеально вылепленные черты.

Под пристальными взглядами окружающих Сюй Шаоцянь спокойно подошёл к Ан Яню и остановился в полуметре, бесстрастно взирая на него.

Ан Янь первым протянул руку и с улыбкой сказал:

— Шаоцянь, давно не виделись.

Даже перед этим ледяным лицом его улыбка оставалась такой же яркой, словно для него вовсе не было неловким вот так «прижиматься тёплой щекой к холодной заднице».

Его глаза были удивительно красивы — слегка приподнятые уголки придавали его взгляду мягкость, создавая иллюзию нежности и глубины чувств. Особенно же он мастерски умел «лгать, не моргнув глазом», а способ «невинно улыбаться» просто довёл до совершенства. Под таким взглядом практически невозможно было отказать ему.

Но Сюй Шаоцянь остался невозмутим.

Потому что иллюзия — всего лишь иллюзия. Любой, кто знал Ан Яня, понимал: за этой внешней мягкостью скрывается хитрый маленький лис с дурным характером.

Сюй Шаоцянь прекрасно помнил, насколько невыносимым может быть этот улыбающийся человек.

Они познакомились в детстве: семьи были дружны, их дети учились в одной школе и часто играли вместе. И Ан Янь с его скверным характером обожал задирать примерного Сюй Шаоцяня. Сколько раз тот становился жертвой его проделок — не сосчитать.

Например, в семь лет Ан Янь разбил любимую нефритовую статуэтку дедушки. Когда тот пришёл в ярость, мальчик спрятался за спиной Сюй Шаоцяня и серьёзно сказал:

— Шаоцянь, ничего страшного, ты ведь не специально, дедушка не будет на тебя сердиться.

Но когда Сюй Шаоцянь в шоке обернулся — увидел сияющую улыбку.

Тогда у Ан Яня были милые клычки и ямочки на щеках — настоящий ангел в глазах взрослых. И, конечно, Сюй Шаоцянь без всякой причины оказался виноватым. Но это было лишь началом бесконечной череды случаев, когда Сюй Шаоцянь в детстве брал на себя вину за Ан Яня...

Например, в День защиты детей, когда им было по восемь лет, Сюй Шаоцянь пошел с братьями Ан в парк развлечений. Он, никогда не видевший пластилина, стоял перед ларьком и с недоумением смотрел на него, и Ан Янь «очень любезно» купил ему кусочек разноцветного пластилина, улыбаясь, сказал: «Шаоцянь, ты еще не пробовал? Это особенная конфетка, называется «жевачка». Положи ее в рот и пожуй несколько раз — чем дольше жуешь, тем вкуснее становится».

Сюй Шаоцянь с сомнением взял «жевачку» из рук Ан Яна, но всё же положил её в рот. Но стоило ему сомкнуть челусти, как горький вкус заставил его сильно нахмуриться, и его чуть не вырвало завтраком. Когда он обернулся — виновника уже ислед простыл.

Еще один пример: когда ему было девять лет, однажды после экзамена Ан Янь вдруг с серьезным выражением лица сказал: «Шаоцянь, одолжи мне свою работу, чтобы я мог поучиться, у меня есть несколько задач, которые я не знаю, как решать». Сюй Шаоцянь одолжил ему тест, но не ожидал, что тот тайком подменит его на свой собственный, затерев корректирующим средством его имя. Поэтому вечером, вернувшись домой, когда он отдал свою работу родителям для подписи, Сюй Шаоцянь застыл на месте, увидев бесчисленные красные пометки и яркую надпись «25 баллов». А в это время виновник всего, Ан Янь, наслаждался в доме семьи Ан щедрой похвалой: «Наш Ан Янь отлично сдал экзамен, в награду получишь оригинальную игру»...

В детстве Ан Янь тайком отстригал девочкам волосы, подкладывал гусениц в пенал соседа по парте, приклеивал к спине учителя записки с надписью «Я черепаха» — все эти поступки, которые в глазах Сюй Шаоцяня казались крайне незрелыми, доставляли ему огромное удовольствие, словно издеваться над другими и наблюдать за их гневом было для него источником огромной радости.

Он любил строить своё веселье на чужом раздражение.

Его проделки можно было перечислять бесконечно. Даже родители считали его трудным ребёнком. Характер скверный, учёба ужасная — ни одного предмета не сдал, даже оставался на второй год. В итоге родители махнули рукой.

И результатом такой «свободы» стало то, что его озорной характер не изменился и по сей день. Даже став популярным кумиром, он остался тем же — способным довести до бешенства одной улыбкой.

Правда, сегодняшний Ан Янь немного отличался от того, каким его видели обычно: под глазами залегли тени, ключицы, мелькающие в растёгнутом вороте, стали острее и заметнее — он явно похудел.

Сюй Шаоцянь невольно нахмурился.

«Всего лишь полгода не виделись... почему он так сильно похудел?»

Желание хорошенько врезать по этой вечно улыбающейся физиономии вдруг исчезло. Вместо этого внутри поднялось странное чувство... Даже возникло желание... крепко обнять его.

Только коллеги могут понять, насколько тяжела их работа. Сам Сюй Шаоцянь за последний месяц ни разу не лёг спать вовремя — а у Ан Яня, на пике популярности, всё должно было быть ещё хуже: бесконечная занятость, пропущенные приёмы пищи, недосып.

«У него и так слабый желудок, а когда занят, вообще забывает про еду, поэтому и похудел так быстро.»

К счастью, он умел скрывать усталость и выглядел по-прежнему ярко. Новая причёска — слегка удлинённые каштановые волосы — вместе с белым нарядом создавали эффект «свежего взглядя».

Они молча смотрели друг на друга довольно долго.

Пауза затянулась и с лёгким недоумением Ан Янь позвал его:

— Шаоцянь?

Сюй Шаоцянь указательным пальцем правой руки изящно коснулся очков, поправляя их на переносице, а затем естественным движением протянул руку, тихо сказав:

— Давно не виделись.

Как мастер актёрской игры, он за считанные секунды взял эмоции под контроль — никто не заметил замешательства, которое охватило его при встрече Ан Яня.

В отличие от врождённой холодности Сюй Шаоцяня, тепло, исходящее от Ан Яня, передавалось даже через кончики его пальцев: оно было таким же жгучим, как и его улыбка. Когда их ладони соприкоснулись, это тепло, казалось, медленно проникало в самое сердце Сюй Шаоцяня.

Заставляя... хотеть сжать руку сильнее.

Ан Янь ничего не заметил и продолжил улыбаться:

— Кстати, мой брат тоже сегодня здесь. Вы давно не виделись, да?

— Правда? — спокойно ответил Сюй Шаоцянь. — Ан Луо тоже пришёл?

— Да, хочет поддержать меня. Он вчера как раз тебя вспоминал — позже я отведу тебя к нему.

Сюй Шаоцянь посмотрел на него, но ничего не сказал.

«Опять брат. Не надоело ему использовать один и тот же щит?»