Глава 31.
Семья Лю Дунди вошла в осажденный город через западные ворота.
Среди беспорядочно разбросанных высоких и низких заводских зданий и складов непрерывным потоком выползали механические муравьи, но, к счастью, их количество было невелико, одновременно появлялось не более пяти.
Подсолнух, неся оружие, шел впереди, прокладывая путь, Лю Дунди вел Лю Шаня, следуя позади.
- Не слишком ли ты устал? Не хочешь немного отдохнуть?
Воспользовавшись моментом, когда Подсолнух разобрался с этой волной монстров, Лю Дунди шагнул вперед, обнял его за плечи и обеспокоенно произнес.
- Не устал, - Подсолнух говорил лаконично, он прямо смахнул руку со своего плеча и продолжил идти вперед.
Однако Лю Дунди настойчиво потянул его, останавливая, и с самообвинением произнес:
- С самого начала ты один бьешь муравьев, тебе тоже нужно немного отдохнуть.
Лю Дунди не обратил внимания на возражения Подсолнуха, передал Лю Шаня ему в руки и самовольно бросился вперед двоих жуков.
В это время из дверей заводского здания слева выполз механический муравей. Лю Дунди немедленно поднял пушку, обхватив ее двумя руками, прицелился в направлении муравья и раз за разом нажимал на курок, однако каждый раз промахивался.
Видя, как этот муравей-солдат подползает все ближе, а из дверей один за другим выползают еще два муравья, на лбу Лю Дунди выступил холодный пот, лицо побледнело, а и без того напряженное выражение стало еще более тревожным.
Его руки тоже немного дрожали, красная точка, падавшая на муравья, отклонялась все сильнее, и когда он с трудом попал в того, что был прямо перед глазами, и не успев расслабиться, следующий уже приблизился на расстояние, с которым было трудно справиться.
Подсолнух сжал руку, державшую детеныша, словно не желая отпускать, но все же медленно разжал ее. Он вышел вперед, сменив позицию Лю Дунди, и двумя точными выстрелами поразил оставшихся муравьев, действуя в высшей степени умело.
- Лучше уж я.
- Во всем виноват я, даже в такое малое количество муравьев попасть не могу, если бы я тоже умел пользоваться оружием, было бы здорово, - Лю Дунди опустил глаза, уголки его губ, всегда хранившие теплую улыбку, опустились, очевидно, он чувствовал глубокую вину.
- ... - в бодром голосе Подсолнуха, казалось, прозвучала некоторая безысходность. - Ты не виноват.
Лю Шань посмотрел на этих двоих жуков то влево, то вправо, взял за руку Подсолнуха, который только что отпустил его, и детским голоском сказал:
- Я могу помочь тебе, смотри. - Он дважды выстрелил в труп на земле, и оба раза попал в круглое механическое тело муравья.
Детеныш поднял голову, глядя на сияющее улыбкой лицо Подсолнуха, потряс соединенными руками:
- Верно?
Спустя долгое время Подсолнух хмыкнул в знак согласия и продолжил идти по дороге, на этот раз ведя детеныша за руку и не отпуская.
[Профессор и вправду очень старался.]
[Ух ты, супруг-самка профессора так здорово обращается с ружьем, он военный?]
[Как здорово, профессор - самец, который думает о своем супруге, так завидую этому жуку-самке.]
[Видя, как профессор так заботится о партнере, у кого не дрогнет сердце?]
[Не знаю почему, но всегда кажется, что это профессор в одностороннем порядке проявляет заботу, а супруг-самка немного холоден, кажется, словно он не ценит этого.]
[и он еще этого не ценит! Неужели нужно, чтобы низкокачественный самец помыкал им, чтобы он понял, как хорош профессор?]
Лю Дунди следовал позади двоих жуков, хотя на его лице по-прежнему было выражение полной вины, в сердце у него был совершенно другой расчет.
Он специально устроил так, чтобы Фу Наньцзе вошел через восточные ворота, и перебросил туда половину муравьев с севера и юга, даже если у Фу Наньцзе есть пара кистей *(обладать некоторыми способностями/ навыками), он абсолютно не сможет противостоять такому огромному количеству механических муравьев.
Если преследуемому Фу Наньцзе посчастливится найти бомбоубежище, и он захочет спастись и вознестись на небеса, то это будет еще лучше.
Потому что 3 других выхода из бомбоубежища уже заблокированы, и его будут ждать только механические муравьи с добавленной программой, еще более жестокие.
Как мусор F-ранга сможет обнаружить опасность под землей? Тем более, что бомбоубежище может изолировать исследование духовной силой.
Лю Дунди скрытно приподнял уголки губ, словно уже видел, как Фу Наньцзе лишился головы.
...
- Отец-самец! Что это за место!
Цзян Цяньло обошел списанный большой грузовик и у подножия пустынной горы позади него обнаружил кромешно-черный вход в пещеру.
Фу Наньцзе подошел к детенышу, включил функцию освещения на оптическом компьютере и направил его на вход в пещеру, осветив лишь участок пологого склона, а глубже находилась тяжелая дверь.
- Не знаю, темным-темно, хочешь пойти? Я думаю, сюда ни в коем случае нельзя входить, - Фу Наньцзе вытянул шею и взглянул пару раз, не испытывая интереса к подобным местам.
- Почему? - ребенок был любопытен к неизвестным вещам.
Фу Наньцзе поместил фонарь под своим лицом, скривил рот, скосил глаза и приблизился к детенышу, произнося хриплым и пронзительным голосом:
- Во~змо~жно~ там~ при~зра~ки~
- А-а-а!!! - наивный детеныш, как только повернул голову, был до смерти напуган гримасой, его крошечное сердце чуть не выпрыгнуло из горла, и он с криком побежал прямо в объятия Розовой свиньи.
Розовая свинья обнял дрожащего ребенка, успокаивающе погладил его по волосам, молча глядя на Фу Наньцзе с безмолвным осуждением.
Фу Наньцзе прикрыл рот рукой и безумно хлопал себя по бедрам, изо всех сил стараясь сдержать смех, даже слезы брызнули из глаз, и только получив сигнал от Розовой свиньи, он взял себя в руки, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться.
Он подошел к Цзян Цяньло и на полном серьезе сказал:
- Все в порядке, отец-самец уже прогнал призраков.
Ребенок, чья голова все еще была зарыта в живот куклы и который не желал ее поднимать, глухо пробормотал:
- Хм! Только что это был отец-самец! Никаких призраков! Я тебе не поверю!
- Эх, - Фу Наньцзе тяжело и протяжно вздохнул. - На самом деле только что в отца-самца вселился призрак, жаль, конечно, что Ло-Ло не увидел, как я героически выглядел.
Он говорил так искренне, что ему не терпелось вырвать свое горячо любящее детеныша сердце, чтобы доказать правдивость своих слов.
Детеныш понемногу повернул голову, открыв небольшую щелочку и украдкой поглядывая на отца-самца, и с сомнением спросил:
- Правда?
- Правда, - уверенно ответил Фу Наньцзе.
Он выковырял детеныша из живота свиньи и в красках рассказал историю о том, как он только что сражался с одерживающим призраком.
- Услышав слова Ло-Ло, я пошел к тебе, однако, как только я подошел ко входу в пещеру, я почувствовал, как нахлынули порывы могильного ветра, и внезапно! Тело стало холодным, как кусок льда...
Розовая свинья забрал свою духовную силу, которая пыталась проникнуть вниз, и последовал за отцом-самцом и сыном, покинув этот вход в пещеру.
В бомбоубежище одиноко кружили жестокие версии армейских муравьев.
...
По мере продвижения на юг, фабрик становилось все меньше, а пешеходные улицы сменились более первобытной пустынной средой, вокруг виднелись лишь разбросанные тут и там недостроенные здания и большие склады.
За исключением того, что в самом начале было большое количество муравьев, позже их становилось все меньше и меньше. Фу Наньцзе и Цзян Цяньло благодаря теплому времени историй вновь восстановили свои дружеские отношения отца-самца и сына.
Жук-самец заметил одиноко ползущего механического муравья и немедленно крикнул детенышу:
- Скорей смотри, муравей! Ло-Ло, пришло время твоего выступления, вперед!
Розовая свинья втайне тащил *(духовн.силой) механического муравья, заставляя его ползти с черепашьей скоростью.
Взгляд детеныша был твердым, он героически стрелял - пиу-пиу-пиу - , и под воздействием странной "силы природы" за несколько вдохов прикончил муравья. Он повернулся лицом к Фу Наньцзе и Розовой свинье, с важным видом уперев руки в боки:
- Я такой молодец!
Фу Наньцзе в изумлении захлопал в ладоши:
- Просто невероятно круто.
Не успел жук-самец похвалить его, используя больше прилагательных, как над осажденным городом раздался звук громкоговорителя, и послышалось объявление ведущего:
- Поздравляем малыша Сюй Маомао с нахождением первого на всей площадке сундука с сокровищами!
...
- Ух ты! - Сюй Маомао открыл сундук и в приятном удивлении вскрикнул.
- Что внутри?
Сюй Иньху, чье поле зрения загораживал детеныш, не мог сдержать любопытства: в конце концов, это был первый сундук на всей площадке, не будет ли там таинственного предмета, например, мощного оружия, или карточки прямого прохождения уровня?
Тогда они точно станут лучшими на всей площадке.
Ребенок наклонился и обнял припасы, обернулся и расплылся в широкой улыбке:
- Это пусылчатая калтоска!
Под ослепительным солнцем пустыни пластиковая упаковка пузырчатой картошки была особенно яркой. Сюй Иньху мог даже отчетливо разглядеть кокетливо извивающийся слоган на упаковке: [А ты сегодня попускал пузыри~]
... Какие еще, к черту, пузыри.
Жук-самец с потемневшим лицом вырвал пузырчатую картошку из объятий детеныша, впихнул ее в объятия Большеглазой лягушки и жестоко произнес слова, холодные, словно снег в июньской пустыне:
- Вчера вечером ты съел слишком много закусок, сегодня есть нельзя.
Сюй Иньху перед тем, как отвернуться, еще бросил на Большеглазую лягушку предупреждающий взгляд: аб.со.лют.но. ни.ка.ких. по.бла.жек. для. де.те.ны.ша.
Увидев, как Большеглазая лягушка кивнул, жук-самец лишь тогда со спокойной душой пошел вперед.
- А-а - в глазах детеныша заблестели слезы, его взгляд неотрывно следил за пузырчатой картошкой, пока Большеглазая лягушка не засунул ее в свой огромный карман.
Рука Лягушки, все еще находящаяся в кармане, замерла.
Губы Сюй Маомао сжались вместе, брови жалобно сошлись домиком, он все еще смотрел на карман Большеглазой лягушки, как будто голодал восемь жизней и не ел.
Большеглазая лягушка с чувством вины взглянул на спину Сюй Иньху, его рука, вынимаемая из кармана, невзначай вытащила эту пачку пузырчатой картошки, и она со стуком упала на землю.
Он, казалось, ничего не заметил, и прямо зашагал вслед за Сюй Иньху.
Сюй Маомао посмотрел на землю, потом посмотрел на Лягушку, решительно подобрал пузырчатую картошку и тайком сунул ее в рюкзак.
Сюй Иньху обернулся и, увидев, что детеныш все еще стоит на месте, поторопил:
- Сюй Маомао, что ты делаешь? Быстрее!
Напуганный детеныш чуть не прищемил руку молнией, он поспешно надел рюкзачок:
- Иду, иду!
Семья Сюй Иньху вошла в осажденный город через южные ворота, и по пути они встретили всего 5 механических армейских муравьев, мающихся от безделья.
Они свернули за высокое здание вдоль дороги, и перед их глазами внезапно появились группами, по два-три, поваленные на дороге механические муравьи, очевидно, застреленные.
Вокруг были вражеские жуки.
Большеглазая лягушка поднял руку и нажал на плечо Сюй Иньху, Сюй Иньху кивнул.
В одно мгновение жук-самец и жук-самка пришли к согласию.
Сюй Иньху нажал на бриллиант на дужке солнцезащитных очков, схватил Сюй Маомао и вошел в высотное здание, прячась в комнате на третьем этаже у окна, выходящего на дорогу.
Лягушка же направился прямо на крышу высотного здания, снял большую маску-голову, лег на край крыши и осторожно высунул голову, чтобы осмотреть ситуацию вокруг.
Под маской-головой оказалось то самое решительное лицо, хорошо знакомое широкой публике.
[Это он! Это он! Это именно он!]
[Вечный рыцарь Ху-цзы! Малыш Юэ-Юэ!]
[Как напряженно, две команды жуков вот-вот столкнутся! Впервые на всей площадке!]
[Рыцарь против Дворецкого? Я умру со смеху, слегка поставлю на то, что выиграет Чжан Юэ.]
[А ведь Чжан Юэ вышел из подпольных боев на арене, это телосложение абсолютное, я ставлю на победу команды Ху-цзы, если проиграю, раздам красные конверты всей площадке, по 100 каждому жуку!]
[Хотя у Дворецкого и есть кое-какие навыки, и он очень хорошо умеет пользоваться оружием, но, очевидно, он не одного уровня с таким профессиональным бойцом, как Чжан Юэ, разве тут нужно сравнивать?]
Теория о неминуемой победе Чжан Юэ подняла большую шумиху.
То, что у Сюй Иньху было много фанатов пейринга, - это одно, но они были далеко не настолько высокомерны, и разумные фанаты опомнились.
[Ребята, не будьте слишком радикальными, главное - участие, главное - наблюдать за детенышами.]
[Это перестрелка, а не бойцовский поединок, успокойтесь.]
[Будьте все повнимательнее, не давайте определенным элементам возможности воспользоваться лазейками.]
За пределами комнаты прямой трансляции Чжан Юэ, которого необъяснимым образом вытолкнули на арену соревнований, все еще серьезно озирался.
Здание, в котором они находились, было расположено на возвышенности, и Чжан Юэ с легкостью мог окинуть взглядом большие склады и недостроенные здания внизу. И в самом деле, в окне первого этажа недостроенного здания он заметил промелькнувшую тень жука.
Чжан Юэ снова надел маску-голову и воссоединился с Сюй Иньху:
- Это Фу Наньцзе и остальные, в недостроенном здании на противоположной стороне дороги.
- Не издавай ни звука, понял? Потише, - Сюй Иньху велел Сюй Маомао сжаться в углу комнаты.
Сюй Маомао согласно закивал: Нужно потише.
...
Недостроенное здание, первый этаж.
- Где же в конце концов спрятан этот таинственный сундук с сокровищами? - Фу Наньцзе переворачивал все вверх дном в поисках сокровищ. - Ло-Ло, давай поднимемся на второй этаж и посмотрим. Ло-Ло? - он окинул взглядом холл, но не увидел фигуры Цзян Цяньло.
- Я здесь! - донесся голос детеныша из комнаты дежурного.
Фу Наньцзе вошел внутрь: простой стол и стул, у стены стояла раскладушка, он откинул ватное одеяло на кровати, но не увидел Цзян Цяньло. Пока жук-самец недоумевал, из-под кровати, извиваясь, вылезла круглая попка, а следом поднялась голова, явив перепачканное, как у котенка, лицо.
Маленький котенок вытащил серебристый сейф и, радостно, словно преподнося сокровище, сказал:
- Нашел!
Фу Наньцзе подошел ближе, чтобы изучить его, но в итоге оказалось, что сейф был чистой воды декорацией, у него даже не было замка.
Детеныш опустил голову и горестно вздыхал, позволяя отцу-самцу вытирать себе руки.
В это время вернулась Розовая свинья, который вел разведку снаружи:
- В высотном здании напротив есть жуки, они, должно быть, принесли с собой блокиратор духовной силы, не знаю, на каком этаже.
Детеныш мгновенно воспрянул духом и радостно сказал:
- Тогда мы идем драться?! Вперед!
Фу Наньцзе схватил его беспокойно двигающуюся руку, вытер начисто последний палец, и только потом отпустил:
- Вперед!
...
Большеглазая лягушка сменил направление, чтобы проверить дальность стрельбы оружия с красной точкой: выстрелить с третьего этажа высотного здания до склада позади недостроенного здания было более чем достаточно.
Он снова прилег у окна со стороны дороги, пристально глядя на главные ворота недостроенного здания напротив, в любой момент ожидая появления троих жуков.
Вскоре на противоположной стороне и в самом деле началось движение.
Было видно лишь, как Фу Наньцзе, завернувшись в ватное одеяло, вразвалочку выходит из дверей, в его объятиях, казалось, что-то еще шевелилось, и вскоре оттуда высунулась голова детеныша, взволнованное лицо Цзян Цяньло оказалось под лучами солнца.
Под грустной маской-головой Большеглазой лягушки было такое же невыразимое словами выражение лица.
... И так тоже можно?
Сюй Иньху тоже увидел эту пару отца и сына и остолбенел.
Фу Наньцзе, словно боясь, что другие насекомые не узнают, что он переходит дорогу, очень высокомерно провоцировал:
- Выходите! На дуэль!
Цзян Цяньло последовал его примеру, самым молочным голосом произнося самые властные слова:
- Выходите! На дуэль!~
Голова Сюй Иньху покрылась невидимыми черными линиями, и он совершенно не заметил, как Сюй Маомао уставился на рюкзак со сложным выражением лица, переживая внутреннюю борьбу.
- Да ладно? Неужели вы нас испугались? - крикнул Фу Наньцзе, заходя в высокое здание и обращаясь к лестничной клетке.
Цзян Цяньло продолжал поддакивать, словно маленький рупор:
- Да ладно? Да ладно?
Сюй Иньху больше не мог терпеть, он велел Сюй Маомао:
- Мао-Мао, оставайся здесь, не разговаривай и не двигайся.
Сюй Маомао непонимающе обернулся:
- Угу, угу.
Сюй Иньху тихо посоветовался с Лягушкой:
- Я позову его наверх, а ты стяни с него одеяло со спины, когда я в него попаду, ты завернешься в одеяло.
Большеглазая лягушка не согласился:
- Для тебя это слишком опасно.
- Размен один на два, оно того стоит.
Сюй Иньху, прижимаясь к стене, спустился по лестнице на второй этаж и крикнул:
- Поднимайся на второй этаж, сразимся в открытую.
- Ладно, жди меня.
Фу Наньцзе взял Цзян Цяньло на руки, посадил его под стол в комнате на первом этаже и тихо сказал:
- Тшш, подожди здесь своего отца-самца, ни в коем случае не издавай ни звука, если плохие насекомые нас услышат, мы проиграем.
Он притворился серьезным:
- Сможешь это сделать?
Детеныш "застегнул" рот на молнию, и из плотно сжатого, похожего на куриный клюв рта, вырвалось:
- Смогу!
Фу Наньцзе потрепал детеныша по голове, завернулся в одеяло и снова поднялся наверх, нарочно громко сказав:
- Я иду.
Он дошел до второго этажа:
- А где все?
Как только он заглянул в левую комнату и увидел Сюй Иньху, сзади внезапно высунулась рука и схватила за край одеяла на его спине.
Фу Наньцзе тут же откинулся назад по направлению этой силы, перекатился по полу в правую комнату и снова встал, а одеяло по-прежнему надежно прилегало к его телу.
- Вы не соблюдаете воинскую этику, - вздохнул самец.
Из левой комнаты донесся рассерженный голос Сюй Иньху:
- Если у тебя есть способности, сними это одеяло!
Фу Наньцзе высунул голову, как раз успев увидеть промелькнувший в коридоре зеленый силуэт:
- Средь бела дня, следи за своим языком.
- Чушь собачья! Какая еще фраза была грязной?!
Сюй Иньху еще не успел договорить, как по радио раздался голос ведущего:
- У Сюй Иньху осталась одна жизнь, у Большеглазой лягушки осталась одна жизнь, вперед!
Сюй Иньху в левой комнате: ?
Большеглазая лягушка, только что отступивший в коридор третьего этажа: ?
Ползущая по внешней стене Розовая свинья забралась в высотку через окно четвертого этажа.
[Хитрый, ах какой хитрый! Фу Наньцзе на самом деле воспользовался лазейкой!]
[Новый скин Фу Наньцзе: пестрое ватное одеяло.]
[Слишком круто, почему маска Розовой свиньи совершенно не мешает движениям дворецкого? Кто-нибудь, скажите мне!]
[Нарочно поднял шум на востоке, чтобы ударить на западе *(отвлечь внимание), привлек их внимание и позволил Розовой свинье напасть исподтишка. Фу Наньцзе, ты реально, ты просто это /большой палец/.]
[Как опасно, спасите, это же шоу с детьми, а играют так, словно выживают в пустыне.]
[Мой детеныш рядом спрашивает меня, не легендарный ли это Инсект-паук... Я сказал, что да, но это, должно быть, Инсект-свинья.]
Как бы то ни было, осознав, что у них еще есть 30 секунд неуязвимости, Сюй Иньху и Большеглазая лягушка немедленно бросились в правую комнату на втором этаже. Фу Наньцзе тут же подбежал к окну, выбросил одеяло вниз, затем быстро схватился за оконную раму и выпрыгнул наружу.
Когда Сюй Иньху подбежал к окну, он как раз увидел, как Фу Наньцзе совершил несколько прыжков по внешней стене и приземлился, перекатившись на первый этаж. Он не оставил Сюй Иньху ни единой секунды для выстрела.
- Черт, - Сюй Иньху ударил кулаком по стене.
[Фу Наньцзе, ты???]
[Мне очень хочется спросить, в наши дни лазанье по стенам и прыжки через них - это обязательные навыки?]
[Переименуйте, смените «Вперед, милые жучки!» на «Отцы-суперагенты», надеюсь, съемочная группа примет мое предложение, спасибо.]
- Мы отвлечем их внимание, притворимся, что Мао-Мао здесь нет, а потом вернемся, - Сюй Иньху в спешке нашел выход, Большеглазая лягушка со вздохом кивнул.
Оба родителя приняли оперативное решение.
Однако не успели они осуществить свой план, как наверху внезапно раздался знакомый хруст.
Хрусь-хрусь-хрусь
Все здание затихло, и эксклюзивный хруст "пузырчатой картошки" эхом разнесся по коридору, словно с включенным стереоэффектом.
Сюй Иньху: ..
Заметив, как на лбу его мужа-самца вздулись вены, декадентский стиль Большеглазой лягушки внезапно изменился. Он осторожно переставлял ноги, отдаляясь шаг за шагом. Однако яростный рев Сюй Иньху раздался точно в срок:
- Чжан Юэ!
Оба насекомых стремительно помчались на третий этаж.
Услышав шум позади, Сюй Маомао в растерянности обернулся, его две маленькие ручки все еще изо всех сил старались закрыть рот.
Мао-Мао: Э, неузели меня обналузили? Как стланно, ведь ланьсе на вилле на планете Ялань, когда я заклывал лот луками, отес-самес меня не замесял?
Сюй Иньху схватил задумавшегося детеныша, а Большеглазая лягушка крепко обнял отца и сына, намереваясь выпрыгнуть из окна и, расправив крылья, улететь. Но не успел он перешагнуть через оконную раму, как Фу Наньцзе внезапно появился в окне, свисая вверх ногами, и черное дуло пистолета было направлено прямо на троих насекомых.
Фу Наньцзе приветливо улыбнулся:
- О, какое совпадение.
Хотя на словах он заботливо поздоровался, его правая рука, державшая пистолет, по-прежнему была твердо поднята, и двумя выстрелами он поразил пуленепробиваемые спины Сюй Иньху и Сюй Маомао.
Самец весело свистнул, протянул руку, чтобы зацепиться за верхний край оконной рамы, и ловко перекувырнулся в комнату. Не успела Большеглазая лягушка схватиться за оружие, чтобы нанести ответный удар, как позади послышались другие стремительно приближающиеся шаги.
Затем по радио передали объявление ведущего:
- У Сюй Маомао осталась одна жизнь, Сюй Иньху и Большеглазая лягушка - аут.
Сюй Иньху заглянул через плечо Лягушки и увидел Розовую свинью, холодно поднявшую пистолет.
[Плачу, мои Ху-цзы и Лягушка выбыли, кто возместит мне мой пейринг!]
[Блин, Фу Наньцзе правда не боится упасть? Как его ноги зацепились за край подоконника?]
[Я все время следил от лица Ху-цзы, Фу Наньцзе меня чуть до смерти не напугал SOS.]
[Где тот, кто раньше говорил, что раздаст хунбао *(кр.конверты)? Сижу и жду дождь из хунбао! 100! 100!]
[Умер со смеху! Я так засмотрелся, что совсем забыл про хунбао, давай быстрее раздавай хунбао, мы все еще ждем твоих хунбао!]
В какой-то комнате наемный комментатор, усердно борющийся за свою карьеру, замолчал, глядя на комментарии, требующие хунбао.
Раздавать хунбао он точно не собирался, он ведь не на чьей-то стороне на самом деле, в любом случае он просто делает работу за деньги, и лицо его ни капли не болит.
Наемный комментатор взял чашку, чтобы отпить чаю, но обжегся, выплюнул воду, и все его лицо сморщилось в комок от жжения.
Черт, забыл подуть.
...
Сюй Маомао, сидя в объятиях Сюй Иньху, все еще крепко сжимал в руках "пузырчатую картошку". Он огляделся по сторонам и, увидев, что теперь все успокоились, снова со спокойной душой принялся есть:
Хрусь-хрусь-хрусь.
Сюй Иньху: ..
Поняв, что дело принимает плохой оборот, Большеглазая лягушка поспешно отпустил Сюй Иньху и, сделав вид, что ничего не произошло, подошел к окну и начал любоваться пейзажем.
Вот только по его зеленой спине с первого взгляда было видно, что он чувствует за собой вину.
Сюй Маомао с запозданием все осознал и хлопнул себя по голове рукой, испачканной в крошках "пузырчатой картошки":
- Ой, в меня попали!
- Сюй. Мао. Мао.
Гнев Сюй Иньху хоть и запоздал, но все же пришел; с громким звуком "бум" на голове детеныша вырос свежий, горячий каштан.
Фу Наньцзе согнул одну ногу и уселся на оконную раму, опираясь другой ногой о землю, и усмехнулся:
- Ох, какое несчастье для семьи Сюй.
Как раз в этот момент на первом этаже раздался нежный детский голос, звучавший весьма обеспокоенно:
- Что случилось с Мао-Мао?
Сюй Иньху холодно усмехнулся:
- Два сапога пара.
Фу Наньцзе: ..
Он заступился за детеныша Ло:
- Да что ты понимаешь, это называется глубокая братская привязанность.
Мао-Мао: О! Это Ло-Ло!
Сюй Маомао узнал голос друга, поспешно спрыгнул с рук отца-самца, выбежал из комнаты и спустился по лестнице.
В правой руке он держал "пузырчатую картошку", левой держался за перила; только твердо наступив одной ногой на ступеньку, он опускал другую, медленно, но очень стараясь ускориться, спускаясь вниз.
К тому же он не забывал кричать:
- Ло-Ло, в меня попали!
Голос Цзян Цяньло приближался издалека, по пути вверх по ступенькам:
- А? Тогда разве ты не проиграл?
- Казется, есё не плоиглал.
Двое детенышей наконец встретились, собравшись на втором этаже.
- Хосесь похоустеть "пузылщатой калтоськой"? - Сюй Маомао дружелюбно поделился снеком.
- Вау, ты даже принес еду, - Цзян Цяньло тоже не стал стесняться и с хрустом принялся за еду.
- Это я достал из сундука.
- Из того самого таинственного сундука?
- Угу, угу.
- А я так и не смог найти...
30 секунд давно прошли.
Однако Сюй Иньху не велел Сюй Маомао стрелять, Фу Наньцзе и Розовая свинья тоже не стали добивать их. Родители стояли в стороне и терпеливо ждали, по умолчанию не упоминая о том, что это соревнование.
- Кажется, ведущий не говорил, что делать дальше в соревновании, если останутся только детеныши? - Сюй Иньху скрестил руки на груди, обдумывая их дальнейшие действия.
- Наверное, достаточно просто не стрелять, родителям все равно нужно присматривать за детьми, может, спросим? - Фу Наньцзе сидел на перилах лестницы, играя пистолетом в правой руке.
Съемочная группа постоянно следила за ситуацией на площадке, и по радио тут же было объявлено о дополнении новых правил:
- Если в семье остается в живых только детеныш, родители могут следовать за ним и наблюдать, но не могут вмешиваться в действия детеныша и противников.
Большеглазая лягушка анализировал их сегодняшний маршрут:
- Это ты отнял нашу первую жизнь?
Розовая свинья кивнул.
- Как ты в меня попал? - смиренно спросила Лягушка.
- Коридор третьего этажа, за окном, - лаконично ответила Свинья.
Большеглазая Лягушка понял; он знал, что некоторые насекомые проходят специальную подготовку и могут овладеть навыками разведывательного боя.
Розовая свинья, должно быть, военная самка, а он сам просто неплохо умеет драться, так что Чжан Юэ признал свое поражение от всего сердца.
С другой стороны, время перекуса у детей тоже подошло к концу.
- Э? Все съели, - Сюй Маомао потряс упаковку, но высыпалось лишь немного крошек.
Не дожидаясь, пока детеныш продолжит смаковать, Сюй Иньху подхватил Сюй Маомао и, взяв с собой Большеглазую лягушку, поспешно откланялся, не задерживаясь ни на секунду, чтобы те не передумали.
Фу Наньцзе и его спутники тоже сменили направление и двинулись вперед.
Пройдя довольно долго, Цзян Цяньло вдруг кое-что вспомнил:
- Разве мы не собирались драться?
- Мы уже подрались, - Фу Наньцзе достал из рюкзака бутылку с водой и всунул ее в руки детенышу, а затем достал бутылку минеральной воды и протянул ее Розовой свинье.
Розовая свинья покачал головой, отказываясь.
- А? И мы победили? - детеныш сделал два глотка воды и удивленно спросил.
- Победили, твой отец-самец и Мими такие сильные. - Фу Наньцзе отдернул руку, открутил крышку и, запрокинув голову, сделал несколько глотков.
Из-за слишком большой скорости лишняя вода стекала по его подбородку, скользя к вздувшимся на шее венам.
Покрытый каплями воды кадык дернулся, отражая яркий солнечный свет. Только когда Фу Наньцзе убрал минеральную воду обратно в рюкзак, Цзян Цинмань внезапно осознал, что почему-то засмотрелся на него.
Он нахмурил брови.
Кажется, он и впрямь немного хочет пить.