Глава 2.
У Фу Наньцзе екнуло сердце, почему съемочная группа прибыла так быстро?
После свадьбы все имущество инсект-самки было передано ему, и он, будучи хозяином поместья, почему-то не получил уведомления от охраны на воротах.
Но сейчас было не время разбираться с охраной, слуга напротив все еще пытался накормить Цзян Цяньло:
- Маленький господин, будьте послушнее.
Тот взял миску и ложку и шагнул вперед, а Цзян Цяньло, всхлипывая, уворачивался то влево, то вправо, так что его лицо покрылось слоем жирного блеска.
Фу Наньцзе нахмурился, согнул указательный палец, с силой постучал по столу и глухим голосом произнес:
- Ладно, убирайте, не нужно его кормить.
Рука слуги застыла в воздухе, он был в полном замешательстве; в обычные дни он поступал точно так же, но Фу Наньцзе никогда не вмешивался, что же случилось сегодня?
Цзян Цяньло не ожидал, что Фу Наньцзе заговорит, и на какое-то время даже забыл о плаче, его глаза округлились, но он не мог перестать икать от слез, и весь его маленький комочек вздрагивал от икоты.
Видя, что слуга по-прежнему не двигается, лицо Фу Наньцзе помрачнело, и аура человека, который долгие годы сражался и занимал высокое положение, невольно проявилась сама собой.
Другой, более проницательный слуга сглотнул слюну, первым вышел вперед, чтобы убрать еду, и незаметно пнул опешившего инсекта.
- А... а, это... - Хотя на первый взгляд слуга вообще не смел перечить инсекту-самцу и хозяину, в глубине души он презирал Фу Наньцзе и все еще отчаянно пытался возразить: - Но маленький господин, он...
- Или, может, ты станешь его отцом-самцом? - небрежно бросил Фу Наньцзе.
Он нисколько не заботился о том, что камера сейчас ведет прямую трансляцию и что подумают зрители, ему было все равно.
Слуга смертельно побледнел, он, дрожа, шагнул вперед, намереваясь что-то возразить, но, увидев абсолютно бесстрастное лицо Фу Наньцзе, невольно струсил, замолчал и послушно отступил.
Остальные слуги при виде этого напряглись и тут же поостыли; они всегда считали Фу Наньцзе ничтожным трусом, но забыли, что в его руках сосредоточена реальная власть.
Эта ситуация стала предупреждением, впредь перед тем, как что-то делать или говорить, нужно будет хорошенько подумать.
【Просто нет слов, он всего лишь добросовестно выполнял свои обязанности, ведь это маленький самец сам не хочет есть.】
【Как это - не есть? Неужели нельзя придумать хоть какой-то способ, как они вообще заботятся о детеныше?】
Цзян Цяньло уже перестал икать от плача, его заплаканное маленькое личико было полно растерянности: странно, отец-самец сегодня действительно стал словно совсем другим.
Он с подозрением посмотрел на Фу Наньцзе, его брови сошлись на переносице.
Он не знал, почему отец-самец так поступил, но в глубине души не мог не думать: «Это ради меня?»
Насекомое-демон в его голове изо всех сил колотило его: «Как это возможно! Ты забыл, что раньше он вообще не обращал на тебя внимания!»
Насекомое-ангел упорно сопротивлялось: «Но ведь сегодня не нужно есть морковь!»
Насекомому-демону нечего было возразить, оно тоже не любило морковь...
Цзян Цяньло не удержался и тихонько хихикнул, но в результате этого «хи-хи» у него выскочил пузырь из соплей.
Глядя на этот пузырь на носу детеныша, Фу Наньцзе тут же потерял всю свою серьезность, но у него все же хватило совести сдержаться и не рассмеяться вслух, его рот плотно сжался.
Цзян Цяньло чутко это заметил, отец-самец определенно надсмехался над ним.
Ло-Ло: Как и следовало ожидать, он все такой же противный!
В глазах Цзян Цяньло снова готовы были появиться слезинки, он наморщил нос, собираясь заплакать, но тут - хлоп! - пузырь из соплей лопнул.
Фу Наньцзе больше не мог сдерживаться:
- Ха-ха-ха-ха-ха!
Цзян Цяньло разозлился, покачал своими двумя ножками, спрыгнул со стула и, перебирая коротенькими ножками, топоча, побежал прочь, а затем издалека донесся громкий стук захлопнувшейся двери.
Фу Наньцзе сконфуженно потер нос, ничего не поделаешь, это и правда было очень смешно.
【И тем не менее... ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха】
【Какой милашка, внезапно кажется, что его нежелание есть вполне можно понять.】
【Кстати говоря, почему мне кажется, что Фу Наньцзе не такой, каким я его представлял? Раньше все описывали его так, будто он очень закомплексованное и слабохарактерное насекомое.】
【Эм, вовсе не обязательно прямо сейчас начинать его отмывать, ладно? Сколько бы проплаченных комментаторов ни нанимал Фу Наньцзе, это бесполезно, мусор есть мусор.】
【...Говорить правду - значит быть проплаченным комментатором? Уж не потому ли ты бесишься, что сам хуже, чем Фу Наньцзе?】
В комментариях снова начал распространяться запах пороха.
В это время на оптический компьютер поступил видеозвонок от охраны на воротах, команда телепередачи уже ждала за дверью.
Фу Наньцзе перестал улыбаться и холодно окинул охранника взглядом; охранник, совершенно не знавший о том, что произошло в столовой, задрожал всем телом.
Фу Наньцзе кивнул:
- Пусть заходят.
Он пошел к главному входу, чтобы подождать их.
«Вперед, милые жучки!» - это передача, сочетающая в себе прямые трансляции и предварительную запись. В конце концов, не каждое насекомое может неотрывно следить за прямым эфиром, так что это удовлетворяло потребности различных групп инсектоидов.
Но сегодня утром даже работающие жуки тайком смотрели трансляцию под столом заседаний.
Развлекательные шоу обычно любят заставать гостей врасплох. Фу Наньцзе никогда не смотрел развлекательные передачи, поэтому вообще об этом не знал.
В 8 часов съемочная группа направила четыре группы сотрудников к домам участников.
Из-за высокой популярности Фу Наньцзе, стоило только открыть его комнату трансляции, как ее рейтинг стремительно пополз вверх.
Однако по сравнению со следующей комнатой трансляции, где фанаты один за другим выкрикивали слова поддержки и ожидания, здесь большинство составляли хейтеры, пришедшие повеселиться и посмеяться.
Когда машина съемочной группы проезжала внешние границы, зрители в комнате трансляции начали проявлять активность.
【Кому-то просто повезло родиться в правильной семье, верно? Ну и пусть я умру от зависти.】
【Снаружи это выглядит очень красиво!】
【Ни в коем случае не завидуйте, друзья-жуки, Император инсектоидов открыл ему окно, но закрыл дверь. Вы бы захотели иметь потенциал F-класса?】
【О, тогда ладно, не надо.】
【Не надо +1】
【Не надо +2】
Цзян Цинмань из соображений безопасности тайно выкупил это поместье, и вообще ни одно насекомое не знало, что это имущество маршала. Точно так же, как пользователи сети считали, что Цзян Цяньло был усыновлен Фу Наньцзе, никто не связывал этих двух людей по фамилии Цзян друг с другом.
Летающая машина въехала внутрь поместья, и зрители увидели все: от фонтана, ипподрома и спортивной площадки до стеклянной оранжереи и даже большого кустарникового лабиринта высотой в один метр, который с первого взгляда был построен для ребенка.
【На самом деле F-класс...】
【Кхм-кхм, то есть...】
[Придите в себя! Позвольте мне первым...]
[Мне нужны и таланты, и деньги, поэтому я пошел перерождаться в семью наследного принца и директора Сюя по соседству, иду на шаг впереди.]
Ведущий-жук постоянно следил за активностью в комментариях, и хотя сейчас там общались некоторые инсектоиды, по популярности они все равно уступали третьей группе по соседству.
Он решил заранее выпустить парящую камеру: если удастся заснять какой-нибудь шокирующий кадр, обсуждения точно возрастут в несколько раз.
Охранник, который уже давно получил деньги, увидев камеру, тихонько приоткрыл щель и впустил ее внутрь.
Ведущий с удовлетворением посмотрел на внезапно появившиеся кадры и заполнившие весь экран комментарии, поправил одежду и последовал за слугой к парадной двери, с энтузиазмом здороваясь с Фу Наньцзе:
- Доброе утро!
Фу Наньцзе улыбнулся:
- Не очень доброе.
Ведущий поперхнулся, но, будучи опытным, быстро взял себя в руки и начал подводить Фу Наньцзе к разговору о том, что маленький самец не завтракает:
- Что-то случилось?
Фу Наньцзе развернулся, чтобы показать дорогу, и на ходу произнес:
- Эх, ко мне в дом залетело несколько непонятных камер, не знаю, какой жук оказался таким невежливым.
Лицо ведущего немного потемнело, он на мгновение потерял дар речи.
- А, это же не съемочная группа, правда? - Фу Наньцзе сделал вид, что его внезапно озарило. - Впрочем, я помню, что прямая трансляция начинается только в 9.
Ведущий натянул улыбку:
- Ха-ха, у съемочной группы иногда бывают неожиданные моменты.
[Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Я впервые вижу, как ведущий сел в лужу, ха-ха-ха!]
[Ведущий тоже старается ради работы, Фу Наньцзе слишком невежлив.]
[Да бросьте, установленное время - 9 часов, съемочная группа, которая снимает без разрешения хозяина, еще более невежлива, не так ли?]
Два инсекта сели на диван в гостиной. Фу Наньцзе закинул ногу на ногу, скрестив руки на коленях, и хотя это была обычная поза, в ней сквозила властность по природе.
Ведущий почувствовал себя так, словно он сейчас подчиненный, отчитывающийся перед начальником. Он откашлялся:
- Далее у нас небольшой этап вопросов и ответов для родителей и детей, вам нужно будет пройти его вместе с Цзян Цяньло.
Цзян Цяньло, услышав, что пришли незнакомые насекомые, тихонько проскользнул обратно в гостиную и тайком спрятался за спинкой дивана, на котором сидел Фу Наньцзе, не заметив, что за ним следит камера.
Он колебался, выходить ему или нет, ведь только вежливые детеныши выходят к гостям, но отец-самец только что смеялся над ним, и выходить больше не хотелось.
Ребенок долго сидел на корточках, у него онемели ноги, он не удержался и поерзал, издав довольно громкий звук.
У Фу Наньцзе был острый слух, он давно его заметил. Он сделал вид, что ничего не знает, и громко спросил:
- Маленький друг Цзян Цяньло здесь? Если нет, пожалуйста, поднимите руку и ответьте.
Позади тут же раздался детский голосок:
- Нет!
Цзян Цяньло даже поднял маленькую ручку, и хотя ручка была короткой и не поднялась выше дивана, зрители в прямой трансляции все это увидели.
[Ха-ха-ха-ха-ха этот ребенок такой глупенький, ха-ха-ха-ха-ха!]
[Проклятье, попался на уловку, этот взрослый инсект полон коварных хитростей!]
[Ну почему он такой милый, иди скорее ко мне в объятия, хе-хе-хе.]
Фу Наньцзе сказал ведущему:
- Его нет, спрашивай напрямую.
Ведущий тоже не удержался от смеха и, раз уж так, решил спросить прямо, все равно в трансляции будет разделенный экран.
- Первый вопрос, скажите, пожалуйста, Цзян Цяньло обычно послушный детеныш?
Фу Наньцзе не ответил сразу, немного поразмыслив. В оригинальном сюжете первоначальный владелец тела ответил «да», в результате чего получил сильную пощечину, Цзян Цяньло нарочно шел ему наперекор, и каждый раз, когда он вел себя как непослушный ребенок, этот диалог всплывал снова, чтобы над ним посмеяться.
Цзян Цяньло не услышал ответа Фу Наньцзе, в его сердце зародилась тревога: то он жалел, что только что плакал, то снова считал, что ни в чем не виноват, его губы невольно надулись.
Фу Наньцзе честно ответил:
- Трудно сказать.
Ведущий продолжил рыть яму:
- Почему же трудно сказать? Только что мы видели, что Цзян Цяньло не хотел есть, всегда ли его так трудно кормить?
Фу Наньцзе сказал прямо:
- Если ребенок действительно голоден, он, естественно, будет есть, если не ест - значит не хочет, а если не хочет, зачем его заставлять?
Он даже спросил в ответ:
- Если бы вы не хотели есть, а какой-то жук постоянно совал бы вам еду прямо в рот, вас бы это не раздражало?
Ведущий потерял дар речи, он не ожидал, что поднимет камень и уронит его себе на ногу, и вместо этого прояснит, что Цзян Цяньло только что не поднимал беспричинный шум.
Он не смирился и продолжил спрашивать:
- Но ведь некоторые детеныши просто любят играть, а не потому, что они не голодны.
Фу Наньцзе кивнул в знак понимания:
- Тогда пусть ходят голодными. Если они не поедят нормально в этот раз, значит, останутся без еды, поедят в следующий раз, поголодают несколько раз и все поймут.
Ведущий:
- ...
[Конец, мне кажется, меня убедили.]
[В этом есть смысл, я каждый день бегаю за своим детенышем, чтобы накормить его, от беготни аж похудел.]
[Испытываю те же чувства, проверено на личном опыте! Я уже не детеныш, но мои отец-самец и отец-самка все равно постоянно заставляют меня есть побольше, есть побольше, меня уже тошнит от еды.]
[Хотя я все еще ненавижу Фу Наньцзе, с этими словами я согласен.]
Щечки Цзян Цяньло покраснели, глаза блестели, а маленький жучок в его сердце прыгал от радости. Значит, отец-самец только что помогал ему! Ну ладно, умные детеныши понимают, что долг платежом красен, в будущем он отплатит ему тем же, хе-хе.
- Если так посмотреть, в этом действительно есть доля истины, но все равно нужно следить за сбалансированным питанием ребенка, - ведущий через силу попытался сохранить лицо и сгладить углы. - Тогда перейдем к следующему вопросу. Если максимальный балл - 100, сколько баллов Цзян Цяньло поставил бы своему отцу-самцу?
Цзян Цяньло нахмурил брови, столкнувшись с большой проблемой в своей трехлетней жизни. Однако вскоре из-за дивана послышался ответ детеныша:
- Десять баллов!
Зрачки Фу Наньцзе задрожали, что?
Не может быть, все настолько плохо?
«Ничего страшного, это первоначальный владелец, не я, не я». - утешал себя Фу Наньцзе, сохраняя непринужденное выражение лица.
Ведущий почуял запах дыни и быстро спросил:
- Почему именно 10 баллов?
Цзян Цяньло вытянул пальчики и начал серьезно считать:
- Потому что я знаю только 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10.
Детеныш был любознательным малышом:
- А 100 - это сколько?