Чёртова химия!

Дойдя наконец до кабинета, оба вошли. В принципе это был обычный класс: парты стояли аккуратно тремя рядами, а перед ними на маленьком порожке стоял и учительский стол. Позади него была белая доска с маркерами, а чуть правее дверь в лабораторную. Солнечный свет пробивался сквозь окна. Одно из них было распахнуто настежь и с улицы веял ветер, поэтому в классе было довольно прохладно.

Чуя прошёл в класс первым и достал из ящика учительского стола стопку тетрадей. Потом сев и аккуратно, чтобы не потревожить повреждённую руку, откинувшись на спинку кресла, начал листать тетради и проверять домашние задания. Так как сломана у него была левая рука, а сам он был правшой, то с выставлением оценок у него проблем не было. Спустя две тетради он поднял голову и раздражённо посмотрел на Дазая.

– Что ты там топчешься на пороге? Проходи в класс.

Осаму послушно зашёл, закрыв за собой дверь и сев за первую парту.

– Секунду, я только тетради проверю и тогда посмотрю, как ты знаешь базу.

Помочь с проверкой тетрадей было бы самым наиглупейшим, что шатен мог ему предложить, потому что он не просто не разбирался в химии, он даже простых азов не знал, что уж там до этих непонятных домашних заданий и ужасных терминов со страшными названиями. Парень просто сидел молча и наблюдал за учителем. У него было очень сосредоточенное лицо, а голубые глаза с прищуром глядели прямо, пытаясь разобрать чужой почерк. Рыжая прядь упала вперёд, закрывая ему обзор и тот небрежно убрал ее за ухо. Рука потянулась к ручке, и Накахара стал что-то быстро строчить в тетради, видимо, пояснение к задаче. Вот он захлопнул одну тетрадь и потянулся к следующей. Чуть-чуть посмотрев на ее содержание, его брови сошлись плотнее, взгляд потемнел, а рот немного скривился. Было видно, что ему, как знатоку химии, было просто больно смотреть на тот ужас. Дазай уже догадывался, чьей могла быть эта тетрадь. И представьте себе, он не ошибся.

– Мда, Осаму... Не думал я, что у тебя всё настолько плохо. – подавленно проговорил преподаватель.

– А что, прямо настолько? – спросил парень, будто сам не знал об этом.

– Ну, ты же не думаешь, что рисовать на полях виселицы и гильотины и писать на весь листок фразу с прошениями о помощи и спасении было правильным действием? Я удивлён, как тебя ещё не перевели в класс с гуманитарным уклоном, ведь, судя по твоему почерку и фразочкам, с литературой у тебя отношения гораздо лучше. – хоть что-то он оценил.

– А что, у меня и правда такой классный почерк? – почему-то Дазай был польщён.

– Ну, многим лучше, чем у большинства твоих одноклассников. Он хотя бы понятен. – можно сказать, это было своего рода похвалой.

Дальше Чуя проверял стопку за стопкой тетрадей абсолютно молча, явно желая поскорее с этим закончить. А ученик в свою очередь положив голову на руки закрыл глаза. Ветер приятно трепал волосы, его шум убаюкивал, а солнце грело затылок. Он бы так и заснул если бы его не окликнули строгим голосом:

– Осаму! Не вздумай тут засыпать! У нас с тобой ещё дополнительное занятие, если ты помнишь.

– Ох, да помню, помню я. – парень приоткрыл глаза, зевнул и лениво потянулся.

Чуя в свое время отошёл к доске и взял чёрный маркер. Дазай уселся нормально и сложил руки на парте.

– Так, давай проверим твои знания, – начал химик. – что за наука вообще химия?

– В каком смысле? – немного не понял шатен.

– Ооох, – видимо, ему ещё долго надо будет с ним возиться. – Ну, что она изучает?

– А, ой. Ну, химия – наука, изучающая вещества, их свойства и превращения.

– Зазубрил?

– Естественно.

– Ладно, дальше. Из чего состоит тело?

– Из вещества.

– А вещество?

– Из молекул. Молекулы из атомов, а атомы в химическом плане считаются неделимыми.

– Ну, в целом, для знания базы довольно неплохо, – отметил Накахара. – так, продолжим. В химическом, но не в физическом. – он снова перешёл к атомам.

– Да, знаю, физически их можно разделить на электроны, протоны и нейроны.

– Молодец. Вообще существуют специальные коллайдеры, чтобы делить даже эти частицы, но об этом потом. Что ты знаешь о веществах?

– Э-э-э... Ну, то, что из них состоят физические тела, а они сами состоят из молекул.

– Правильно. А знаешь ли ты, что существует несколько видов веществ: простые и сложные?

– А, ну да, что-то припоминаю.

– Можешь вспомнить, чем они отличаются? – между тем, как они разговаривали, учитель вырисовывал на доске одну схему за другой.

– Нет. К сожалению, это воспоминание навсегда покинуло мою память. – драматично и чересчур театрально проскандировал Осаму.

– Ладно, тогда я объясню: возьмём к примеру водород – H, и кислород – O. Сейчас они по-отдельности, так что являются простыми. Но если мы составим из них формулу воды – H2O, то увидим, что вода является сложным веществом, так как в ней несколько видов элементов. – по мере своего рассказа, преподаватель всё так же активно записывал информацию на доске.

– Да, понял. – что удивительно, Дазаю было даже интересно его слушать, а Чуе видимо нравилось рассказывать.

– Так вот, как ты мог заметить, тут присутствует двойка. Помнишь, что она означает?

– Да, наверное.

– Что значит "наверное"?

– Ну, я не уверен, что это правильно, но вроде бы цифры после элементов означают, сколько в веществе определённого элемента, смотря после какого стоит цифра.

– Абсолютно верно! Слушай, Осаму, а ты не так уж и безнадёжен! – это прозвучало немного обидно, но ученик уже увидел характер нового преподавателя, поэтому просто улыбнулся. – И напоследок формула воздуха, – она начертил на доске "O2". – Из чего она состоит?

– Из двух атомов кислорода. – легко ответил Осаму.

– Правильно. А какое это вещество?

– Простое, потому что оно состоит из атомов одного вида.

– Всё именно так. Что ж, на сегодня мы закончили, так что могу тебе смело сказать, что хоть ты и та ещё прилипала, но схватываешь на лету, – Дазай уже и сам начал думать, что ранее ему просто не повезло с преподавателем. – можешь отнести тетради в ваш класс?

– Да, конечно.

Занятие прошло как нельзя хорошо, по мнению обоих. Им обоим не особо нравились характеры друг друга, зато в роли ученика и учителя оба считали другого прекрасным. Чуя понял, что Осаму довольно прилежный парень, а не раздолбай, каким показался вначале. Просто эта прилежность и заинтересованность скрыта очень глубоко за отвращением к данному предмету, который ему доселе просто не удалось понять. А Дазай же думал, что Накахара очень хорош в объяснении теории. Он всё понял! Даже больше: за этот урок он узнал больше, чем за все годы занятий химией в школе, при том, что она каждый год была у него несколько раз в неделю. Возможно, в целом они слишком мало узнали из этого урока, я уверена, так считают многие, но ведь до этого они отняли законное время занятий разговором с директором и перевязкой Чуи. У рыжего были дела, поэтому сверхурочно он мог уделить "бестолковому" ученику лишь двадцать минут.

И всё же, повезло им, и в этом их мысли были похожи.