Пятно на репутации

Джисон так и сидел, крепко зажав рот ладонями после угрозы Хёнджина, когда дверь класса со скрипом отворилась.
В кабинет вернулся Феликс. На него было больно смотреть: весь растрёпанный, с пунцовыми щеками и абсолютно растерянным, диким взглядом, словно он только что пережил падение с американских горок. Ликс даже не посмотрел в сторону Хёнджина, с которым только что ругался - он молча, на автомате добрёл до своей парты и тяжело опустился на стул, глядя в одну точку и нервно трогая свои губы.
Следом за ним, как ни в чём не бывало, в класс лениво вошёл Чонин. На его лице играла всё та же самодовольная, едва заметная ухмылка лиса. Проходя мимо Феликса, он бросил на него короткий насмешливый взгляд, от которого Ликс моментально вжал голову в плечи. Чонин преспокойно уселся на своё место, закинув ногу на ногу и крутя в руках брелок. Джисон, наблюдая за этой картиной, кожей почувствовал, что в коридоре произошло что-то явно из ряда вон выходящее.
Но расспросить друга он не успел. Прозвенел громкий школьный звонок, и в класс решительным шагом зашёл Ли Минхо.
В строгом костюме, с идеально уложенными волосами и классным журналом под мышкой, он выглядел как эталонный, суровый учитель математики. Будто и не было вчерашних страстных объятий в тёмной библиотеке.
- Здравствуйте. Садитесь, - ледяным, не терпящим возражений тоном произнёс Минхо, открывая журнал.
Он обвёл класс строгим взглядом. На секунду его глаза задержались на Хёнджине - и в этом взгляде промелькнула опасная искра, заставившая Хёнджина сразу же отвернуться от Джисона и сесть ровно. Затем Минхо посмотрел на самого Хана. В глубине его глаз на мгновение вспыхнула вчерашняя нежность и то самое тихое «малыш, не бойся», но учитель тут же взял себя в руки.
- Открываем тетради, пишем число. Сегодня у нас сложная тема, и я советую всем внимательно слушать, а не летать в облаках, - громко объявил Минхо, постучав мелом по доске и начиная урок.
Джисон судорожно открыл тетрадь, чувствуя, как под пристальным надзором влюблённого математика и сидящего впереди ревнивого Хёнджина этот урок обещает стать настоящим испытанием для его нервной системы.