Часть 12
Сынмин продолжал урок, увлеченно рассказывая тему и аккуратно выводя на доске сложные правила. Его спокойный, убаюкивающий голос мерно разносился по классу, пока он параллельно сверял имена учеников по журналу. Феликс и Хёнджин на соседней парте, пользуясь моментом, вовсю шушукались, делясь впечатлениями о бурном утре, но Джисон их уже не слышал. Полностью обессиленный от всех сегодняшних потрясений, Хан поудобнее устроил голову на помятой тетрадке и провалился в глубокий, безмятежный сон.
Вскоре прозвенел громкий звонок, извещающий об окончании уроков. Класс мгновенно оживился. Ученики начали шумно собирать вещи и один за другим покинули кабинет, спеша по своим делам. Феликс и Хёнджин, заметив спящего друга, лишь понимающе переглянулись и решили его не трогать — все равно Джисону сегодня еще отрабатывать дежурство у Минхо.
Когда в кабинете воцарилась тишина, Сынмин закрыл журнал, отложил мел и мягко улыбнулся, глядя на последнюю парту. Он не спеша прошел через весь класс и остановился прямо перед спящим Ханом.
— Эй, соня, просыпайся, — негромко произнес Сынмин, слегка постучав пальцами по краю парты.
Джисон заворочался, забавно сморщил нос и медленно открыл глаза. Сонный туман еще не рассеялся, и Хан пару секунд непонимающе моргал, пока не осознал, что сидит в пустом классе, а прямо перед ним стоит тот самый невероятно милый учитель корейского, в которого он только что тайно влюбился.
Джисон резко выпрямился, испуганно округлив глаза:
— Ой, учитель Ким! Извините, пожалуйста, я случайно уснул!..
Выглядел он в этот момент максимально нелепо и очаровательно. Волосы на затылке забавно растрепались, а к одной из прядей у самого витка намертво приклеился маленький кусочек белой бумаги — видимо, оторвавшийся край от его черновика, на котором он так усердно спал. Бумажка забавно покачивалась при каждом движении головой, пока Джисон испуганно пытался сообразить, сильно ли ему влетит за сорванный урок.