4
Ты права, исправляю.
Вечером я сидела на подоконнике, листала тик-ток и ела печенье. За окном уже темнело. За стеной было тихо — Прокудины, наверное, ужинали.
Телефон завибрировал.
Я открыла уведомление. Какая-то группа. Название — «обезьяны».
Я нахмурилась. Кто меня добавил? Когда?
Нажала на чат.
Первое сообщение пришло от Ани:
«идем гулять все»
Я подняла бровь. Потом посмотрела список участников.
Аня Седова.
Филипп Молляков.
Олег Прокудин.
Ксюша.
И я.
Ника Власова.
Ксюша. Та самая Ксюша, которая сегодня на большой перемене сказала мне: «А ты в Москве тоже в спортивных штанах ходила? Или там только в брендах?» — и засмеялась так, будто сказала что-то очень остроумное. А потом, на истории, когда я ошиблась в параграфе, громко шепнула Ане: «Из Москвы, а ничего не знает».
За один день она успела взбесить меня раза три. То скажет какую-то херню про мою одежду. То попытается самоутвердиться за мой счёт. То посмотрит так, будто я здесь лишняя.
В общем, Ксюша мне не нравилась. Совсем.
Но в группе она была. И Аня её добавила. И Филипп. И Олег.
Плевать.
Я перечитала сообщение Ани.
«идем гулять все»
Все. Значит, и Ксюша тоже. И Олег. И Филипп. И Аня. И я.
Я снова посмотрела на имя Ксюши в списке участников. Потом перевела взгляд на сообщение.
Мне не хотелось идти с ней гулять. Не хотелось слушать её подколы, её глупые шутки, её попытки поставить меня на место, которого у меня нет.
Но Аня позвала. А Аня была единственной, кто за этот день сделал меня счастливой. Единственной, с кем я смеялась, снимала тренды, забывала, что я в чужом городе, в чужой школе, среди чужих людей.
Я написала в личку Ане:
«Ты меня добавила?»
«Ага», — ответила она через секунду. «Ты теперь с нами».
«С кем это „с нами"?»
«С обезьянами. Так наша группа называется. Мы все там».
«Я вижу».
«Ты пойдешь гулять?»
Я задумалась. Ксюша. Ксюша будет там. Будет смотреть на меня своим оценивающим взглядом. Будет вставлять свои колкости. Но Аня и Филипп будут рядом. Они весёлые. Они меня не бесят.
А Олег. Олег, наверное, будет молчать. Как обычно. Или сделает вид, что меня нет. Но это даже лучше, чем Ксюшины комментарии.
«Иду», — написала я.
«Отлично! Встречаемся у парка через полчаса».
Я отложила телефон. Посмотрела на себя в зеркало. Те же чёрные джинсы на низкой посадке, та же белая футболка-скимс. Волосы растрёпанные. Надо бы причесаться.
Я причесалась. Потом подумала и накрасила ресницы — чуть-чуть, чтобы глаза были выразительнее. Потом передумала и стёрла. Не для кого стараться. Тем более для Ксюши.
Накинула серую толстовку, взяла телефон, ключи.
— Я гулять, — сказала маме.
— С кем?
— С одноклассниками, — ответила я. — С Аней и другими.
— С Олегом? — уточнила мама.
— И он будет, — нехотя сказала я.
— Хорошая компания, — улыбнулась мама. — Не поздно возвращайся.
— Ладно.
Я вышла из квартиры. За стеной всё ещё было тихо. Лифт спустил меня на первый этаж. Я вышла на улицу.
Сентябрьский вечер был прохладным, но безветренным. Небо тёмно-синее, фонари уже горели, разбрасывая жёлтые круги на асфальте. Я шла к парку и думала о Ксюше.
Почему она такая? Зачем ей самоутверждаться за счёт новенькой? Может, она боится, что я займу её место? Или просто привыкла быть единственной девочкой в компании, а тут я появилась?
Плевать. Пусть делает что хочет. Я не собираюсь с ней ссориться. И не собираюсь дружить. Буду просто игнорировать.
Парк встретил меня тишиной. Дорожки пустые, скамейки мокрые после вечерней росы. Я подошла к той, на которой мы сидели вчера — под фонарём, у старой липы. Села. Достала телефон.
Листала ленту, но не читала. Ждала.
Через пять минут пришла Ксюша.
Я сразу её узнала — длинные волосы, аккуратная укладка, книжка в руках. На ней были широкие джинсы и белая футболка — почти как у меня, только футболка не скимс, а оверсайз. Села на край скамейки, не рядом со мной.
— Привет, — сказала она.
— Привет, — ответила я.
Молчание.
— Ты тоже в группе? — спросила Ксюша.
— Да. Аня добавила.
— А, — она кивнула. — Она всех добавляет.
Пауза.
— Ты сегодня на истории ошиблась, — сказала Ксюша. — Параграф не выучила.
— Я не успела, — спокойно ответила я.
— В Москве было по-другому, да? — в её голосе послышалась усмешка.
— Нет, — сказала я. — В Москве я тоже иногда не успевала. Такое бывает.
Ксюша ничего не ответила. Отвернулась.
Я посмотрела на неё. Длинные волосы, аккуратная укладка. Взгляд — оценивающий, как у человека, который привык сравнивать. Сегодня она за день успела сравнить меня с собой раз пять. И каждый раз вывод был в её пользу.
Ну и пусть.
Мне не нужно с ней соревноваться.
Пришёл Филипп. С планшетом и кубиком Рубика, как всегда.
— О, вы уже тут, — сказал он, садясь на лавочку рядом со мной. — А где остальные?
— Аня ещё не пришла, — сказала Ксюша. — И Олег.
— Олег будет, — сказал Филипп. — Он написал в группе.
— Что написал? — спросила я.
— «Ок», — ответил Филипп. — Как всегда.
Я почти улыбнулась.
Пришла Аня. В наушниках, с большим стаканом кофе в руке, улыбаясь. На ней были чёрные широкие спортивные штаны и худи на пару размеров больше.
— Всем привет! — громко сказала она, плюхаясь на лавочку рядом со мной с другой стороны. — Ника, ты пришла! А я думала, ты зассышь
— С чего ты взяла? — спросила я.
— Ну не знаю. Мало ли. Думала, может, постесняешься.
— Я не стесняюсь, — сказала я и краем глаза посмотрела на Ксюшу.
Ксюша смотрела в землю.
— А Олег где? — спросила Аня.
— Идёт, — сказал Филипп.
— Откуда знаешь?
— Он написал «выхожу».
Мы ждали. Я сидела между Аней и Филиппом, Ксюша — на краю скамейки. Тишина была неловкой, но только для меня. Аня и Филипп о чём-то перешёптывались. Ксюша листала книгу, хотя в темноте всё равно ничего не видно.
Я смотрела на дорожку, ведущую в парк.
Пришёл Олег.
Шёл медленно, руки в карманах широких спортивных штанов, наушники на шее. Смотрел под ноги. Не улыбался.
— О, явился, — сказала Аня. — А мы тебя заждались.
— Я не опоздал, — ответил Олег, садясь на скамейку напротив — на ту, что стояла через дорожку. Подальше от всех. Подальше от меня.
— Ты с нами или сам по себе? — спросила Аня.
— С вами, — сказал Олег. — Но на расстоянии.
— Ты всегда на расстоянии, — заметил Филипп.
Олег не ответил.
Мы пошли все вместе на набережную.
Аня предложила поснимать тик-токи, тренды. Олег хотел отказаться, но, так как он с Аней и Филом знаком с самого детства, отказать не мог. Он вздохнул, закатил глаза, но остался. Мы снимали, смеялись, дурачились. Аня придумывала движения, Фил отвечал за свет — подносил телефон так, чтобы фонари падали на лица красиво. Ксюша сначала стояла в стороне, потом тоже втянулась. Олег делал всё с таким видом, будто его заставили, но я заметила, как он пару раз улыбнулся краем губ, когда никто не смотрел.
Я тоже улыбалась. Вечер прошёл весело.
Мы сидели на парапете, болтали ногами, смотрели на воду. Ветер трепал волосы, фонари отражались в реке жёлтыми полосками. Было спокойно. Хорошо.
— Кстати, Ник и Ксюша, — сказала Аня, поворачиваясь к нам. — Мы завтра с Олегом и Филом уезжаем на соревнования по округу.
Я подняла голову.
— Надолго? — спросила я.
— На три дня, — ответил Филипп, поправляя очки. — С утра до вечера. У нас ниндзя-спорт, ты в курсе.
— Я в курсе, — сказала я, мельком глянув на Олега.
Олег сидел, откинувшись назад, смотрел в небо. Наушники висели на шее. Он ничего не сказал.
— Так что вы остаётесь вдвоём, — продолжила Аня, переводя взгляд с меня на Ксюшу и обратно. — Не поссорьтесь без нас.
— Не поссоримся, — ответила Ксюша первой. Голос спокойный, ровный. — Мы же взрослые люди.
Я промолчала. Потому что если честно — я была не уверена. Мы с Ксюшей за день не сказали друг другу и десяти нормальных фраз. Только колкости с её стороны и моё молчание в ответ. Остаться с ней на три дня — без Ани, которая всех мирит, без Филиппа, который отвлекает своими разговорами, без Олега, который хоть и бесит, но хотя бы молчаливый...
Я посмотрела на Аню. Та улыбалась, не замечая моего сомнения.
— Вы справитесь, — сказала она. — Ксюша, ты покажешь Нике город. Ника, ты не дашь Ксюше скучать.
— Конечно, — сказала Ксюша с лёгкой улыбкой. Улыбка не дошла до глаз.
Я кивнула. Не спорить же при всех.
— Мы вернёмся в воскресенье вечером, — добавил Филипп. — А в понедельник снова в школу.
— Ура, — без выражения сказала я.
Аня засмеялась.
— Не ной. Три дня без нас — это же праздник.
— Кому как, — сказал Олег, не поворачивая головы.
Все замолчали. Я посмотрела на него. Он смотрел в небо. Не на меня. Как всегда.
Потом мы ещё посидели немного. Аня рассказывала про соревнования — кто участвует, какие этапы, у кого какие шансы. Олег и Фил вставляли комментарии. Ксюша слушала. Я слушала. Потом разошлись.
По дороге домой мы с Олегом шли молча. Как обычно. Он — впереди, я — чуть сзади. Фонари, тишина, шорох листьев. Только один раз он обернулся.
— Если что, Ксюша не злая, — сказал он. — Просто... осторожная.
— Я заметила, — ответила я.
— Она привыкла, что в компании она одна девочка. А тут ты. Вот и... — он не договорил.
— Поняла, — сказала я.
Он кивнул и отвернулся. До дома мы шли молча.
Дома я скинула кроссовки, зашла в комнату, села на кровать.
За стеной было тихо — Прокудины, наверное, собирали вещи на соревнования. Я слышала шаги, голоса, но не вслушивалась.
Я смотрела в стену и думала.
Три дня. С Ксюшей. Без Ани. Без Филиппа. Без Олега — но с ним мы и так не общались почти.
— Наверное, ничего страшного, — сказала я себе тихо.
Но голос прозвучал неубедительно.