Город духов

Помню, как впервые приехал сюда. В этот затерянный среди скал городок. Была зима. Здесь вообще почти всегда зима. Лишь изредка солнце прогревает землю и вместо снега из земли вырастает низкая белёсая трава.

Я бежал. Бежал от своей серой бессмысленной жизни. Потёртый автобус вёз меня из оживлённого райцентра наверх через бескрайние горы Хайхаг, в маленький городок, в котором никогда ничего не происходило. По крайней мере, я об этом не слышал.

За окном холодного салона завывала вьюга. Я ёжился в тонкой осенней куртке, которую забыл переодеть с наступлением зимы. Всё происходило как будто во сне, который никак заканчивался, а я ничего не мог с этим поделать.

Пожилая кондукторша в ярко-оранжевом жилете проковыляла к моему месту.

– Докуда едете? – добродушно спросила она скрипучим старческим голосом.

– До Бонч-Бруевича. – я протянул ей пару звенящих монет. Давненько не держал их в руках – в моём родном городе все пользовались специальной картой.

– Без сдачи?

Я кивнул. Старушка улыбнулась и ушла к другим пассажирам.

Автобус бесшумно остановился посреди пустынной дороги. Сквозь снежный туман за окном проглядывало большое белое поле. Раздался громкий скрежет и старые двери с натугой распахнулись. Вошла высокая женщина за семьдесят с густо накрашенными вишнёвыми губами, кокетливой родинкой на щеках, в пушистой мешковатой шапке и пальто. Точь-в-точь та самая балерина на пенсии, которых так часто показывают по телевизору. Новоприбывшая уселась на пустое место рядом со мной и стала весело переговариваться о чём-то с пассажирами на задних сиденьях.

Это раздражало. Я как смог закутался в куртку, чтобы ничего не слышать, прислонился к ледяному стеклу и начал засыпать. Автобус вздохнул и снова повёз меня в таинственный городок. Он напоминал старого белого оленя, тащащего на спине такого же старого человека.

– Вы так замёрзнете. – потрясла меня за плечо моя соседка.

Я через силу что-то промычал. Щека уже начала неметь.

– А вы куда едете? – спросила женщина высоким сильным голосом. Ни дать ни взять бывшая певица или поэтесса.

– В Бонч-Бруевич. – ответил я с неохотой.

– Да? Как интересно! Я тоже туда еду. – воскликнула пенсионерка, и её вишнёвые губы расплылись в широкой улыбке.

Я ничего не ответил и обессиленно упал обратно на стекло. Женщина, видимо, поняла намёк и снова обернулась к подругам. Я заснул, забыв и про автобус, и про холод, и про слишком разговорчивых соседок. Во сне мне виделся только тягучий синий свет.

Кто-то легко тряс меня за плечо, вырывая из-под одеяла сна. Я открыл глаза. Рядом стояла кондукторша.

-Конечная. – сказала она.

Я поблагодарил её и поднялся. По ощущениям тело напоминало вяленый кусок мяса. В голове гудело. Удивительно, но щека вроде не обморозилась. Что же, мне повезло. На негнущихся ногах я дошёл до дверей и вышел на маленькую круглую площадь, со всех сторон окружённую яркими сталинками. Отсюда просматривался весь город, расположившийся на горных склонах. Я как будто бы стоял на дне большого блюда, украшенного узором из домов.

Смеркалось. Мелкий снег жёг глаза. Щурясь, я открыл карту на телефоне, чтобы понять, где находится моя квартира. Идти оказалось не так долго – всего восемнадцать минут. Быстрым шагом я направился в нужную сторону, стараясь не поскользнуться по дороге и то и дело натыкаясь на лестницы, сетью связывавшие весь город. Уже через десяток домов нарядные сталинки кончились и вместо них потянулись серые унылые хрущёвки, как хищные птицы, нависавшие над головой. Прямо как дома. По обеим сторонам дороги меня от домов защищали сугробы, больше похожие на крепостные стены, чем простые кучи снега.

Ноги жгло холодом и подниматься в гору оказалось ужасно тяжело. С каждым новым подъёмом по лестнице я шёл всё медленнее и медленнее. Тонкая осенняя куртка быстро сдалась ветру вслед за джинсами, и в груди появилась подозрительная боль. Лицо замерзло, дышать стало тяжело. Казалось, мне уже не выбраться из этого лабиринта сугробов.

Навстречу, как призраки в тумане, шли приехавшие на курорт туристы-горнолыжники в ярких и дорогих одеждах. Все как один бодрые и счастливые, несмотря на погоду. В руках каждый нёс лыжи и пару ботинок. Видимо, возвращались с курорта. «Значит, выход всё-таки есть» – подумал я, глядя на их отвратительно весёлые лица.

Пару раз посреди туристов мелькнули местные жители в широких чёрных пуховиках и шубах. Похожие на нахохлившихся птиц, они спешили куда-то по своим делам. Наверное, и среди туристов, и среди местных я выглядел белой вороной. Ну и ладно.

Наконец навигатор сказал, что я на месте. Как раз вовремя, ведь из-за холода телефон почти разрядился. Я поднял взгляд. Надо мной высилась ободранная и заброшенная на вид хрущёвка. Казалось, что она подпирает собой тёмное тяжёлое небо. Выше неё даже гор как будто бы не было.

После панельки начинался редкий лесок и резкий спуск, по которому можно было дойти до горнолыжного подъёмника. Оттуда и тянулись туристы.

Последний дом в городе. В каком-то смысле символично. Я подошёл к нужной парадной, на которой единственной ещё сохранилась зелёная краска, слетевшая со всего остального фасада, и набрал код. Послышалась звонкая мелодия и железная дверь с хлопком отошла. Я вошёл в парадную, выкрашенную дешёвой голубой краской. Наверх уходила жуткая старая лестница, освещённая маленькими белыми лампами. Я ненавидел парадные.

Но моя квартира располагалась на третьем этаже, и лестницы было не избежать. Я вздохнул и поскорее проскочил необходимые лестничные пролёты, пока не оказался перед чёрной железной дверью. На ней висел кодовый замок. Немного повозившись с ним, я вошёл внутрь.

Меня сразу обдало теплом и запахом нежилого помещения. Я оказался в светлой современной прихожей, казавшейся инородным телом в задрипанной хрущёвке. В квартире, снятой мною на месяц, кроме этой комнаты были сушилка, ванная с туалетом, кухня, спальня и гостиная с двумя раскладными диванами. Чувствовалось, что недавно здесь сделали модный ремонт специально для туристов.

Что же, я повесил куртку и джинсы сушиться, а сам упал на двуспальную кровать и, даже не расстилая её, мгновенно заснул. В темноте мне виделись только белые хлопья снега, сыпавшиеся на землю.

Кто-то настойчиво трезвонил в дверь. Я открыл глаза и с неохотой поднялся. Какой раз за день меня уже будили? «Наверняка это хозяин квартиры зашёл всё проверить» – решил я и посмотрел на круглые офисные часы. Стрелка стояла на цифре десять. Поспать получилось всего четыре часа. Не включая свет в коридоре, я добрался до прихожей и открыл дверь. В проёме стояла моя автобусная соседка.

– Ой, здравствуйте! – жизнерадостно воскликнула женщина, прежде чем я успел хоть что-то сказать.

– Добрый вечер. – кисло ответил я.

– А я здесь на пятом этаже живу, представляете?

– Здорово. – неискренне поздравил я.

– Вы тут надолго? – спросила женщина.

– На месяц.

– Как интересно! – не знамо чему обрадовалась пенсионерка. – Щека не болит?

– Нет. – ответил я, надеясь, что соседка наконец-то уйдёт.

– Отлично, а то я уж боялась, что вы заболеете. Что же это вы налегке приехали? Как жить будете?

Я пожал плечами. Женщина и не думала уходить. И зачем вообще пришла? Не знала же она, что я здесь.

– Хотите, я вам тёплую одежду одолжу? – продолжала говорить соседка.

– Нет, спасибо. Я лучше куплю.

– Да? Знаете, покупайте в «Горяночке» – туда все местные ходят. Там же и галантерея, и продуктовый. Это возле озера.

– Спасибо, зайду. – поблагодарил я. – Что-то ещё?

– Ой, да нет конечно. – отмахнулась женщина. – Я просто познакомиться пришла. Вы заходите ко мне как-нибудь, ладно? Я вам и чайку налью, и погадаю. Я же потомственная ведьма. – гордо сказала она.

Я дежурно улыбнулся. Потомственных ведьм мне попадалось много. Все они обещали счастливую и интересную жизнь.

– Как-нибудь зайду, спасибо. – сказал я и стал прощаться со странной соседкой.

– Да, до свидания. – ответила женщина. – Кстати, вы же здесь не на курорт, да? Почаще говорите с местными, здесь интересный народ ходит. А меня Людмилой Игнатовной зовут. – добавила соседка, развернулась и стала бодро подниматься по лестнице, цокая каблуками.

Я проводил её взглядом и закрыл дверь. И откуда эта Людмила Игнатовна вообще узнала о том, где я живу? Хотя, может, она просто за мной от автобуса шла, а сейчас вот решила познакомиться с новым соседом. Решив выкинуть этот случай из головы, я отправился обратно в постель.