Часть 5
Феликс чувствовал, как паника сжимает горло. Слова Хёнджина о фанфиках и слежке звучали как бред сумасшедшего, но реальность была куда страшнее. Внутри всё кричало от несправедливости.
— Почему я?! Почему именно я?! — сорвался на крик Феликс, и его голос эхом отразился от серых стен подвала. — Не хочу! Не буду ничего есть! Хоть пытай меня, хоть убей, я не стану твоей куклой!
Хёнджин слушал этот эмоциональный взрыв с пугающим спокойствием. Он медленно отложил клубнику обратно на тарелку и потянулся к металлическому лотку, где лежали шприцы. Его пальцы аккуратно, почти любовно, коснулись стеклянной ампулы с прозрачной жидкостью.
— Ну зачем же сразу пытки? Мы ведь не в средневековье, — мягко произнес он, набирая лекарство в шприц. — Всё гораздо проще, Ликси. Если ты не будешь есть сам, мне придётся вколоть тебе успокоительное. Ты уснёшь, станет очень послушным, и я накормлю тебя сам. Но тогда ты не почувствуешь вкуса... А я бы хотел, чтобы ты наслаждался.
Он выпустил тонкую струйку воздуха из иглы, и этот звук заставил Феликса похолодеть. Ликс понял: этот человек не шутит. Он действительно готов превратить его в живое растение. Нужно было выиграть время. Любой ценой.
— Ладно! — быстро выдохнул Феликс, стараясь, чтобы голос не слишком дрожал. — Ладно, давай свою клубнику... Я съем. Только руки развяжи. Пожалуйста. Они ужасно болят, я их уже не чувствую.
Хёнджин замер, внимательно вглядываясь в лицо Феликса, словно пытаясь прочитать его мысли. На его губах заиграла двусмысленная, лукавая усмешка. Он оценил попытку маневра.
— Какой же ты хитрый, — Хёнджин подошел ближе и склонился к самому уху Феликса, обжигая кожу дыханием. — Хочешь освободить руки и попробовать дотянуться до моего телефона? Или сразу вцепиться мне в горло?
Он провел тыльной стороной ладони по скуле парня, спускаясь к шее, где лихорадочно билась жилка.
— Ладно. Посмотрим, насколько ты будешь паинькой, мой лис. Но помни: один неверный жест — и шприц окажется у тебя в вене.
Хёнджин зашел за спину Феликса, и тот услышал долгожданный звук ослабляемых узлов. По телу пробежала волна колючей боли от возвращающегося кровообращения, но в голове была только одна мысль: стол, телефон, выход.