Глава 25
—Идём спать, м? — тихо спросил я, едва касаясь его макушки губами.
Он дрожал. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы это чувствовалось сквозь тонкую ткань его футболки. Томас прилип ко мне, будто от этого зависело всё его равновесие. Я водил рукой по его спине, вырисовывая еле заметные узоры. Бесконечные петли, круги, линии. Всё, чтобы отвлечь его.
—Я так устал от всего этого… — шептал он в мое плечо, голос срывался на глухие выдохи.
—Я знаю, — почти не слышно выдохнул я, укладывая подбородок на его макушку.
Он стал другим. Зажатым. После работы еле держится на ногах, но дома всё равно садится за ноутбук, склонившись над каким-то проектом. Я замечал это. Томас часто зависает над одними и теми же строками кода или макетом, иногда просто сидит, смотрит в экран, не моргая.
4:30. На электронных часах резко мигнуло время. Я и сам спал всего пару часов. Снотворное с успокоительным давало неприятную тяжесть в голове. Всё вокруг будто плыло. Я устало потёр переносицу.
—Томас, скоро рассвет. Идём спать, — мой голос вибрировал в груди, низкий, хриплый.
—Я не хочу просыпаться, — он сказал это таким голосом, что у меня мурашки пробежали по коже.
—Почему?.. Случилось что-то?
Он долго молчал. Только дыхание горячими всплесками касалось моей ключицы.
—Я… вечная проблема, — глухо выдохнул он. — Я всё делаю не так. Недостаточно.
Я застыл. Перехватило дыхание. Я отвёл взгляд, нахмурился.
—Ну с чего ты это взял… Ты же стараешься. Ты делаешь достаточно для…
Но не успел договорить. Он резко отстранился, как будто его обожгло.
Томас смотрел на меня. Без злости. Без явного раздражения. Но его взгляд будто бы насквозь прожигал в полумраке. Холодный, сосредоточенный.
—Для кого? Для "такого, как я"? — голос сорвался, стал резче, громче, но в нём чувствовалась не ярость, а отчаяние.
Я растерянно заморгал, не зная, что сказать. Всё смешалось.
—Я ведь всегда "не такой, как все", да? Не смеюсь над вашими шутками. Не понимаю намёков. Не чувствую сарказма. Почему вы просто не можете сказать мне прямо, что я ошибся?
—О чём ты? Ты нигде не ошибся, — я облизал пересохшие губы в недоумении.
—Это снова был сарказм? — его голос дрожал, но он всё равно не отводил взгляда. — Галли говорил мне то же самое, а потом снова и снова заставлял всё переделывать!
Я почувствовал, как меня скрутило изнутри. Галли. Всё это время Томас был "таким" из-за того, что директор и паралельно главный архитектор решил развлечься..? Обычно он нейтрально относится ко всем (кроме меня), но с какого хрена он прицепился к Томасу?
Томас тяжело дышал, сжав кулаки. Он будто сдерживал слёзы, но не из-за слабости. Из-за бессилия.
—Я не могу это отключить, — глухо сказал он, не моргая, — оно заело в голове. Ошибки. Недочёты. Его слова. Я даже не знаю, где конкретно я ошибся… Я… Я сто раз переделывал проект, но он отвечал: «Неужели ты не видишь ничего?». Что!? Что я должен увидеть!?
Я вскинул руки перед собой. Хотелось взять его за руку, коснуться, успокоить, но я боялся сделать хуже.
—Томас, — тихо выдохнул я, — Смотри на меня, слышишь?
Его взгляд хоть и был расфокусированным, но он явно меня слышал. Я сделал шаг.
—Томас, ты видишь меня?
Я дышал в унисон с ним. Синхронно. Я чувствовал, как комната сужалась только к нам двоим. Он поднял взгляд на меня. Чётко. Впервые он смотрел мне прямо в глаза. На секунду мне показалось, что я имею то, чего нет ни у кого другого. Я готов ползать, молить, кричать, бежать и всё это только ради одного человека. Я сглотнул ком в горле. Этот взгляд я не смог ассоциировать ни с чем.
—Вижу, — тихо выдохнул он, его плечи опустились.
—Хорошо, — я слабо кивнул, боясь разорвать зрительный контакт.
Сначала мне казалось, что это просто моя жалость. Сейчас же, я вижу и чувствую, что я полностью под его контролем. Я сам попал в эту ловушку. Сам влюбился в его манеру речи, движение рук, цвет пленительных глаз..
А Галли?
Решил сломать то, что мне так дорого?
Я похороню тебя заживо в сырой земле, а руки вытру об ебучие кожаное кресло в твоём кабинете. Сука.
—Ньют, — голос брюнета дрогнул. — Я не знаю что со мной..
—Ты устал, Томми. Ты просто устал..
—Прости, — его шёпот вскружил мне голову.
Он сдвинулся с места, подошёл так близко, что я спиной впечатался в столешницу. Его холодные губы впились в мои. Я плавно закрыл глаза, чувствуя, как ветер проводит тонкую нить между нами. Мои руки были по бокам от меня, не во власти пошевелиться. Когда же его леденящие пальцы коснулись моей щеки, внизу живота всё связалось в тугой узел.
Сегодня он сломался первым.
Я же, следом.