Глава 16
Мой вечер был каким-то затишьем перед бурей. Очередная порция виски и полное умиротворение у окна. Снегопад за стеклом добавлял новогодней атмосферы, и я, пьяный идиот, полез в кладовку за мишурой.
—Та сука, — выругался я, когда мне по голове прилетела швабра. —Не женюсь я, не женюсь... Ой, мама, не женюсь...
Швабра явно попала метко — лёгкое головокружение застало меня врасплох, а потом я начал напевать песню, которую слышал буквально раз в жизни. Найдя только гирлянду, я намотал её на шею, схватил игрушечного Санта-Клауса и вернулся в гостиную. Алкоголь гулял по телу, а руки уже развешивали гирлянду. Чуть не свалившись со стула, я всё-таки подключил её к розетке и откинулся на диван, наблюдая за разноцветными огоньками. Свет мягко мерцал, успокаивая и убаюкивая.
Бутылка выскользнула из рук и упала на пол с глухим звоном, но не разбилась. Я слышал, как она медленно катится по плитке, а сон начал окутывать меня своей тяжёлой, тёплой пеленой.
Сон… очень старый сон. Тёплый, уютный. Любимый человек обнимал меня, на фоне играла рождественская мелодия. На столе стоял вкусный ужин, а под ёлкой лежал подарок — билеты на самолёт в Норвегию.
Я всё ещё помню, как ты обещал, что мы вместе увидим северное сияние, Минхо…
Столько времени прошло, а эти билеты всё ещё лежат в дальнем углу шкафа. Просторечные и никому не нужные.
Утро встретило меня резким звуком будильника. Голова раскалывалась. С трудом нащупав телефон, я выключил раздражающий шум. Новый день навязчиво напомнил о себе: снова работа, встреча с Томасом, бесконечные звонки партнёров, желающих продвинуть строительную компанию.
Подняв бутылку с пола и убрав следы вчерашнего вечера, я направился в душ. Холодная вода немного привела меня в чувство, а завтрак добавил сил. По пути на работу купил два шоколадных круассана, а зайдя в офис, поприветствовал коллег. Джефф, как всегда, бросал на меня подозрительные взгляды — видимо, всё ещё злится после нашего конфликта. Меня это немного беспокоило: мы ведь давно знакомы.
Но стоило в офис войти брюнету с голубым шарфом, как всё остальное перестало существовать. Томас слегка прищурился, ослеплённый ярким светом ламп, но, заметив меня, бегло подошёл, как щеночек.
—Доброе утро, — сказал он привычным, почти безэмоциональным тоном.
—Доброе, — улыбнулся я, протягивая ему круассан. — Ты завтракал? Я зашёл в кондитерскую, решил, что тебе понравится.
Томас внимательно посмотрел на упаковку, принюхался и тихо сказал:
—Я люблю всё, что связано с шоколадом… Но, к сожалению, много его не съешь.
Его светло-карие глаза встретились с моими, и я замер на секунду.
—Спасибо, — добавил он, немного нервно.
—Без проблем, — ответил я. — Теперь буду знать, что тебе нравится сладкое.
—Только не желе, — быстро проговорил он, отводя взгляд. — Оно мне не нравится, хотя тоже сладкое.
Я усмехнулся, мысленно вычеркнув желе из списка возможных подарков. Томас прижал запечатанный круассан к груди, ещё раз поблагодарил и убежал. Я сел за рабочее место, разглядывая пустой монитор. Сегодня нужно было закончить сценарий для рекламы, забрать Сон Хона из аэропорта и, если получится, заманить Томаса увязаться с ним.
Так и вышло. День пролетел быстро, и поговорить с Томасом удалось только на обеденном перерыве. Я подошёл к нему, когда он ел круассан.
—Томми, мне нужно забрать кое-кого из аэропорта после работы. Не хочешь прокатиться со мной? Заодно в гости заедешь.
—Это тот айдол? — спросил он, поднимая голову.
—Да, он.
—А зачем тебе я? — недопонимание в его взгляде.
—Я просто хочу побыть с тобой, — резко выпалил я, даже не успев подумать.
Внутри всё перевернулось, а стыд накрыл меня с ног до головы.
—То есть… Мне нужен твой совет как дизайнера на счёт… ну, э…
—Хорошо, — тихо ответил он, опустив взгляд. — Я не против. Встретимся после работы, Ньют.