Часть 14 Предательство(или нет?)
Рассвет над штабом Ордена был серым и тяжелым. Лирия стояла у окна в коридоре, сжимая в кармане палочку. Слова Лорда жгли мозг: «Принеси голову одного из них». Она знала, что не убьет Сириуса. Не убьет Джеймса или Римуса. Но она знала и то, что если она вернется с пустыми руками, её смерть будет мучительной.В коридоре послышались тихие шаги. Лирия резко обернулась.Петтигрю крался к выходу, испуганно оглядываясь. В руках он сжимал какой-то пергамент. Его лицо было бледным, а глаза бегали — так не ведут себя те, кто идет за продуктами. Лирия видела этот взгляд сотни раз. Так смотрели шпионы Лорда перед тем, как сдать своих.— Куда-то торопишься, Хвост? — её голос прозвучал как щелчок взводимого курка.Питер вздрогнул и едва не выронил пергамент. — Лирия! Ты... ты чего не спишь? Я просто... я хотел свежих газет купить...— Свежих газет в пять утра? — она сделала шаг к нему, и в её руке уже блеснула палочка. — Покажи, что у тебя в руках. Это список явок Ордена? Решил выторговать себе место потеплее у ног моего брата?— О чем ты говоришь? Ты с ума сошла! — Питер попятился, его голос сорвался на писк. — Я свой! Я Мародер!— Ты крыса, Питер. Я видела тебя в лесу неделю назад. Ты говорил с Эйвери.Она знала: если она сейчас его отпустит, завтра Пожиратели ворвутся сюда и убьют всех. Лили, Алису с их детьми, Марлин... Сириуса.— АВАДА КЕДАВРА! — выкрикнула она прежде, чем Питер успел вскинуть палочку.Зеленая вспышка осветила коридор, вырывая из темноты лицо Петтигрю. Он упал мгновенно, как подкошенный, с застывшим ужасом в глазах. Пергамент выскользнул из его мертвых пальцев.— НЕТ!— этот рев заставил стены штаба содрогнуться.Лирия обернулась. В конце коридора стоял Сириус. За его спиной застыли Джеймс и Римус. Они выбежали на шум, и всё, что они увидели — это зеленую вспышку и Лестрейндж, стоящую над трупом их лучшего друга.— Ты... — Сириус сделал шаг вперед, и его лицо было маской абсолютной, запредельной ненависти. — Ты всё-таки сделала это. Ты убила его.— Сириус, послушай, он... — начала Лирия, но он не дал ей закончить.Он подлетел к ней и с такой силой ударил по руке, что её палочка отлетела в сторону. Он схватил её за горло, впечатывая в стену — так же, как ночью, но теперь в его руках не было страсти. Только желание убить.— Ты тварь! — орал он ей в лицо, и слезы бешенства застилали его глаза. — Мы тебе верили! Лили тебя защищала! А ты пришла и убила Питера?! Питера, который мухи не обидел!— Он... предатель... — прохрипела Лирия, пытаясь разжать его пальцы. — Посмотри... пергамент...— Заткнись! — Сириус встряхнул её так, что её голова ударилась о камень.Струйка крови выступила на лбу— Я сам тебя прикончу. Слышишь? Я плевал на Дамблдора, я плевал на министерство. Ты сдохнешь прямо здесь.Джеймс рухнул на колени рядом с телом Хвоста, закрывая лицо руками. Римус стоял как каменное изваяние, его палочка была направлена Лирии в сердце.— Бродяга, отпусти её, — глухо сказал Римус. — Мы отдадим её Аврорам. Пусть гниет в Азкабане.— Нет, Лунатик, — Сириус обернулся к другу, и в его взгляде было безумие. — Азкабан — это слишком мягко. Она пришла сюда как шпионка. Она получила то, что хотела.Он снова посмотрел на Лирию. Его лицо было в нескольких сантиметрах от её. — как же я был слеп, — прошептал он, и в этом шепоте было больше боли, чем в крике. — Я ведь почти... почти поверил, что ты другая. А ты просто холодная, расчетливая сука Лестрейндж. Убирайся. Убирайся, пока я не забыл, что я не убийца.Он разжал руки, и Лирия сползла по стене, хватаясь за горло. Она посмотрела на Джеймса, на Римуса — в их глазах была только пустота. Она спасла их жизни, она уничтожила крысу, которая должна была их предать, но цена... цена была в том, что теперь она потеряла их навсегда.Она подобрала палочку и, не оглядываясь, побрела к выходу, оставляя за спиной разрушенный мир и человека, который теперь ненавидел её больше всех на свете.