Часть 4 Гриммо
Дом на Гриммо, 12 встретил Лирию удушливой, пыльной тишиной. Вальбурга Блэк сидела во главе стола, похожая на застывшее изваяние из черного мрамора. По правую руку — Беллатриса, чья палочка нервно выстукивала дробь по скатерти.Обед был похож на пытку. С каждым звоном серебра напряжение росло, пока не стало почти физически невыносимым.— Твои братья слишком мягки с тобой, Лирия, — внезапно произнесла Вальбурга, прищурив глаза. — Но я вижу тебя насквозь. В тебе слишком много... мятежного духа. Регулусу нужна жена, которая станет его якорем, а не очередным поводом для беспокойства.Лирия посмотрела на Регулуса. Тот сидел бледный, ссутулившись, и не поднимал глаз от тарелки. Ей стало до тошноты жаль его, но еще больше ей стало жаль себя.— Мадам Блэк, — голос Лирии прозвучал на удивление твердо, — при всем уважении к вашему дому, я не якорь. И я не планирую становиться частью интерьера этого склепа.Беллатриса резко замерла. Её лицо исказилось.— Ты смеешь дерзить в этом доме? После того, как мы милостиво решили закрыть глаза на твои странные отлучки?— «Милостиво»? — Лирия горько усмехнулась и резко отодвинула стул. Скрежет ножек о каменный пол заставил Кричера в углу вздрогнуть. — Вы хотите купить мою верность, запирая меня в браке с мальчиком, который боится собственной тени?— Сядь на место! — рявкнула Вальбурга, её магия ударила по комнате тяжелой волной.— Нет. С меня хватит, — Лирия схватила тяжелый серебряный кубок и с силой швырнула его в стену. Серебро глухо ударилось о фамильный гобелен, оставив глубокую вмятину на изображении древа Блэков. — Если вам нужна покорная кукла — трансфигурируйте себе одну из крыс в подвале. Я ухожу.— Если ты выйдешь за эту дверь, Лирия Лестрейндж, — прошипела Вальбурга, — пути назад не будет. Твои братья узнают о твоем предательстве чести рода.— Они и так это знают, — бросила Лирия, уже не слушая.Она вылетела из дома, едва не сорвав дверь с петель. На улице хлестал ледяной дождь. Лирия бежала по Лондону, не разбирая дороги, пока легкие не начало жечь. Ей не хотелось идти к Сириусу — он бы устроил скандал и полез в драку. Ей нужно было другое.Она аппарировала прямо к порогу небольшого домика, где сейчас скрывались Поттеры.Дверь открылась почти мгновенно. На пороге стояла Лили, в уютном домашнем кардигане, с палочкой наготове. Увидев промокшую до нитки, дрожащую Лирию, она охнула и тут же затянула её внутрь.— Лира! Боже мой, ты вся дрожишь!Из кухни выскочила Марлин, на ходу вытирая руки полотенцем. Увидев состояние подруги, она мгновенно посерьезнела.— Так, — Марлин подхватила Лирию под руку, — Лилс, ставь чайник. Много чая. И тащи то плед с согревающими чарами.Спустя десять минут Лирия сидела в глубоком кресле, завернутая в колючее, но теплое одеяло. Марлин методично высушивала её волосы заклинанием, а Лили сидела на подлокотнике, крепко сжимая её ладонь.— Я всё испортила, — глухо произнесла Лирия, глядя на огонь в камине. — Я наорала на Вальбургу. Я швырнула в неё кубком. Теперь братья... они не оставят это просто так.— Плевать на кубок, — отрезала Марлин, садясь на корточки перед ней. — Главное, что ты не промолчала. Лира, ты двойной агент, а не рабыня. Ты не обязана выходить за Регулуса ради их безумных идей.— Он хороший, — всхлипнула Лирия, и Лили мягко прижала её голову к своему плечу. — Реджи не заслужил такой жизни. Но я не могу... я не могу спать с ним в одной постели, зная, что на моем плече — Метка, а в моем сердце... совсем другое.— Мы спрячем тебя, — тихо сказала Лили, поглаживая подругу по волосам. — Если нужно будет, Дамблдор найдет убежище. Ты не вернешься в тот дом, если не захочешь.— Придется, — Лирия подняла на них полные слез глаза. — Если я исчезну сейчас, Пожиратели поймут, что я шпион. Я должна вернуться и сделать вид, что это была просто истерика «капризной девчонки».— Только попробуй дать им повод поднять на тебя руку, — прошипела Марлин, и в её глазах мелькнула та самая ярость Маккиннонов, которая делала её лучшим дуэлянтом Ордена. — Мы с Лили вытащим тебя из этого ада, даже если нам придется штурмовать поместье Лестрейнджей вдвоем.Лирия закрыла глаза, чувствуя тепло рук подруг. В этот момент она поняла: какими бы страшными ни были её братья или Лорд, у неё есть то, чего у них никогда не будет. Верность, которая не покупается страхом.— Спасибо, — прошептала она. — Что бы я без вас делала?