Её недооценили

Темнота... как же я её ненавижу и боюсь. Неужели я снова умерла? Я опять здесь буду? Нет, прошу, нет, только не снова! НЕТ! Я не хочу быть одна! Лучше там, чем здесь! Нет, нет, нет... выпустите, прошу! Темнота, исчезни, прошу, умоляю...
Но как бы я ни умоляла, темнота не исчезала. Я не просыпалась. Я оставалась здесь - в этом холодном, тёмном пространстве.

САКУРА...

ОЧНИСЬ...

Я услышала обрывки чьего-то крика, но звали не меня - какую-то Сакуру. Почему я это слышу? Но теперь это уже не было таким тихим: звучали и мужской, и женский голоса. Они продолжали звать её. Неужели она тоже здесь? Интересно, какая она? Это её родители? Друзья? Учителя? А сколько ей вообще лет? А кто я? Как меня зовут?..

Я не помню... Почему я не помню? Или я вообще не существовала? Я здесь родилась? Я - часть этой темноты? Столько вопросов... но так мало ответов...

- Наша доченька... наш цветочек... она такая маленькая... она ещё ничего не видела в этом мире... бедная моя доченька... - сказала женский голос, рыдая навзрыд. Её явно переполняло горе и отчаяние.
Значит, это её родители. Мне их не жаль. Меня больше переполняли ревность и злорадство - за мной так никто не плакал. Но она этого не слышит... какая жалость, - подумала я с сарказмом.

Казалось, прошла вечность. Голоса стихли. Я их больше не слышала.

- Ошибка... какая, нахрен, ошибка?!

А? Прошла секунда - и я резко очнулась, распахнув глаза. Белый потолок... Я в больнице? Точно... меня сбили Ино и её подруги, и я провалилась в темноту. И очнулась здесь.

Почему она так поступила? Ведь в оригинале она наоборот помогала Сакуре, когда её обижали за лоб. Они были подругами... А тут она - малолетняя хулиганка. Это моя вина? Это эффект бабочки? Или это настоящая Ино?

Дверь скрипнула. В проёме стояла молодая женщина в белом халате. Увидев, что я проснулась, она улыбнулась:

- Проснулась? Как себя чувствуешь? Ничего не болит?

- Нормально... вроде ничего не болит.

- Это хорошо. Но давай я тебя ещё раз осмотрю.

Она начала водить руками по моему телу, в её ладонях появилась зелёная чакра. Когда она дошла до сердца - оно резко заболело. Я поморщилась.

- Что случилось? - остановилась она.

- Сердце болит... - прохрипела я, схватившись за грудь. Казалось, его пронзили тысячи маленьких иголок.

Она снова просканировала меня чакрой. Боль не утихала, а только усиливалась. Я не выдержала и оттолкнула её.

- Больно...

- Я проверила дважды. С вами всё нормально: раны зажили, чакра и каналы в порядке. Я не понимаю, почему вам больно. Подождите, я позову старшего ирьёнина.

Она вышла.

Я осталась лежать, корчась от невыносимой боли.

Через несколько минут она вернулась с пожилым ирьёнином. Я его знала ещё с детства - он проводил моё первое обследование, когда у меня случилась истерика из-за перерождения.

- Так-так... что тут у нас? - сказал он, садясь рядом. - Сакура Харуно... поступила к нам три месяца назад с тяжёлыми травмами: переломы рёбер и повреждение чакро-каналов возле сердца.
Три месяца?.. Я здесь уже три месяца?

- Я её осмотрела. Кости срослись нормально, синяки исчезли, чакро-каналы восстановились, но не до конца, - сказала женщина.

- Понятно. Скорее всего, боль из-за неполного восстановления каналов возле сердца. Я выпишу таблетки и назначу следующий осмотр через месяц. Передайте это её родителям.

Он встал и ушёл.

- Твои родители приедут вечером, сейчас они на работе. Ты не голодна? - мягко спросила медсестра Аямэ.

В этот момент я поняла, что очень голодна. Настолько, что готова съесть слона.

- Очень... я бы сейчас и слона съела.

Она тихо рассмеялась:

- Слона не обещаю, но есть о-нигири, зелёный чай и данго.
Она принесла поднос.

Онигири - тёплые рисовые треугольники с водорослями нори и солёной начинкой из лосося. Простая, но очень сытная еда, пахнущая рисом и морем. Я медленно ела, наслаждаясь теплом.

Зелёный чай был прозрачный, с лёгкой горчинкой и мягким успокаивающим вкусом.

Данго - мягкие круглые рисовые шарики с сладким соусом, нежные и чуть упругие.

Я наелась и снова уснула.
Проснулась от шума.

- Доченька, наконец-то ты проснулась! - Мебуки обняла Сакуру.

- Осторожнее, не задуши цветочек, - сказал Кизаши.

- Кизаши, заткнись и иди сюда! - она обняла и его тоже.

Они обняли меня с двух сторон, создавая тёплый круг семьи. Так они стояли долго, пока я не начала протестовать.

- Хватит... задушите меня...

Они отпустили меня.

- Сакура, что случилось три месяца назад? Кто тебя избил? - спросила Мебуки.

- Я пошла гулять в парк... сделала венки... потом поняла, что уже поздно. По дороге домой встретила группу детей моего возраста. Они начали спорить со мной, потом подумали, что я их игнорирую, и избили меня. Дальше - темнота.
Я не упоминала имён. Это бессмысленно. Даже если скажу, что это Ино и её подруги, они ничего не смогут сделать - она наследница клана.

- Ты их знаешь? - спросил Кизаши.

- Нет... я даже плохо помню их лица.

- Ничего страшного. Мы сами всё узнаем. Мы не позволим обижать нашу дочь.

- Я вам верю... давайте пойдём домой. Я хочу есть.

- Конечно, пойдём, цветочек.