Глава 5 𑁍 Треснувший лёд
Арина взлетела по лестнице, на бегу бросив взгляд на стрелки часов. Ровно 9:34 вечера.
«Они точно уже дома», - пронеслось в голове, и по всему телу пробежала крупная дрожь. На секунду ей даже захотелось развернуться и остаться здесь, в сыром подъезде. Провести ночь на холодных ступенях казалось менее жутким испытанием, чем встретиться взглядом с отцом после этого невыносимо тяжелого дня. Но побег только усугубил бы всё.
Лучше сейчас, чем потом. Потом всегда больнее.
Вдох, выдох. Три коротких удара в дверь.
Почти сразу раздался сухой щелчок поворачивающегося ключа, и на пороге возник силуэт матери.
- И где ты шляешься в такое время? - тихо, но стальным тоном спросила Наталья.
- Мам, я всё объясню, обещаю...
- Заходи. И быстро в свою комнату, без лишнего шума.
- Почему?..
- Иди к себе, я сейчас приду.
Арина быстро пробежала по коридору. Внутри теплилось странное предчувствие: казалось, в этот раз мать пыталась её защитить, спрятать от чьего-то взора. В квартире царил полумрак.
Свет горел только на кухне там, где Наталья сидела в одиночестве до прихода дочери.
Оказавшись в комнате, Арина подошла к окну и замерла. Внизу, в свете тусклого фонаря, всё ещё стояла та самая высокая девушка в чёрном, которая спасла её в переулке.
«Что она здесь делает? Она следила за мной?» - сердце Арины пропустило удар. Она резко щелкнула выключателем, заливая комнату светом, и плотно задернула шторы, отсекая ночную улицу. «Надеюсь, это не очередной сталкер, который решит превратить мою жизнь в ад».
Она быстро сбросила уличную одежду, переодевшись в свой любимый мягкий домашний комбинезон, и села на кровать в ожидании матери.
Минут через двадцать дверь без стука приоткрылась. Стук? Нет, в этом доме о личном пространстве никто не слышал. Родители считали своим абсолютным правом входить в её комнату в любом возрасте и в любое время суток.
Чтобы выбить право поставить замок на эту дверь, у Арины ушло два месяца беспрерывных слез и уговоров. Она аргументировала это безопасностью: мол, мало ли кто придет, когда дома никого нет, или во время редких гостей, чтобы ничего не украли. В итоге они пришли к компромиссу: замок будет, но пока родители дома, дверь обязана оставаться открытой.
Наталья вошла, держа в руках поднос. На нем аккуратно стояли две чашки с ромашковым чаем, вазочка с вареньем и немного хлеба.
- Ну, рассказывай, в какие приключения ты вляпалась на этот раз?
- Мам, с чего ты взяла, что это приключения? Я просто вышла подышать свежим воздухом.
- Правда? - Наталья присела на край кровати, заглядывая дочери прямо в глаза. Этот взгляд Арина знала слишком хорошо: мать смотрела так, когда уже владела правдой, но хотела услышать, насколько сильно дочь запутается во лжи.
- Ладно, хорошо, - Арина отвела взгляд. - Я ушла гораздо раньше. Но я не буду рассказывать детали, потому что знаю, какой скандал ты устроить.
Наталья вздохнула, и её взгляд неожиданно смягчился.
- Сегодня твой отец не придет ночевать. Я вернулась пораньше, надеясь, что мы сможем провести время вместе... Но застала лишь пустые стены. А теперь ты приходишь посреди ночи и даже не хочешь со мной поговорить.
В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина. Арина не знала, что ответить. Она не узнавала собственную мать. Возможно ли, чтобы человек изменился на 180 градусов всего за несколько дней? Наталья, чувствуя, как растет напряжение, решила разрушить эту стену первой.
- Послушай, Ариша... Я знаю, что часто была слишком строга с тобой. Наказывала, запрещала. Но поверь, я люблю тебя больше всего на свете. Девять месяцев я носила тебя под сердцем, подарила тебе жизнь и всегда старалась следить, чтобы ни одна щепка не вонзилась в твой пальчик. И сейчас, когда ты уже взрослая, я просто не хочу, чтобы ты попала в дурную историю. Не хочу, чтобы ты узнала, что такое настоящая боль.
- Мам, - тихо прервала её Арина, и в её голосе послышался горький надлом. - Ты немного опоздала.
- Что ты имеешь в виду?
- Сколько бы ты ни пыталась оградить меня от боли, - Арина горько усмехнулась и пальцами показала знак воздушных кавычек на слове «оградить», - за свои восемнадцать лет я успела познать все виды боли. И психологическую, и физическую.
- Арина...
- Пожалуйста, дай мне договорить. Если ты действительно хочешь узнать меня настоящую, то сейчас самое идеальное время.
Арина поднялась с кровати и медленно стянула верх домашнего комбинезона, обнажая плечи и спину.
- Видишь эти синяки? Это дело рук твоего любимого мужа, - Арине было физически больно называть этого человека «отцом», каждое слово давалось с трудом, подпитывая внутреннюю ненависть. - А видишь эти багровые полосы? Это следы от его ремня. Но знаешь, что самое страшное? Эти раны физические, их мне нанес другой человек. Они заживут. А от твоей холодной войны, от твоего вечного презрения и молчания у меня разрывалась душа. А душу, как известно, забинтовать нельзя. Чтобы заглушить ту боль, которую причиняла мне ты, мне приходилось причинять себе боль физическую. Просто чтобы видеть, как раны кровоточат, а потом затягиваются. Чтобы контролировать этот процесс.
Арина повернулась и показала Наталье свои бедра. Там, среди старых, уже побелевших и затянувшихся шрамов-полос, виднелись свежие, еще воспаленные ярко-красные порезы. Они были сделаны совсем недавно.
Глаза Наталье мгновенно наполнились слезами. Она закрыла рот ладонью, не в силах осознать, как допустила это.
Как она собственная мать могла довести своего ребенка до такого состояния? Дрожащими, нежными пальцами она коснулась израненной кожи дочери, а затем, опустившись на колени, начала осторожно целовать каждый шрам, каждую отметину, оставленную их жестоким стремлением к совершенству.
В погоне за идеальной, правильной, дисциплинированной дочерью они собственными руками ломали её изнутри.
По телу Арины пробежали мурашки, когда она почувствовала тепло маминых губ. Ей казалось, что внутри неё уже давно всё выжжено и умерло, но где-то в самой глубине души маленькая девочка всё ещё отчаянно нуждалась в этой родительской любви. Ей просто хотелось, чтобы её обняли, поцеловали и сказали, что она хорошая. Что ею гордятся.
- Прости меня... Если сможешь, прости, Ариша, - сквозь слезы прошептала Наталья, поднимаясь. - Я обещаю, что с этого дня стану для тебя настоящей матерью. Скажи, что я могу сделать прямо сейчас, чтобы хоть немного облегчить твою боль?
- Есть кое-что... Это случилось в мой день рождения, и я до сих пор не знаю, как с этим жить.
- Расскажи мне. Поделись, пожалуйста.
- В тот день... я увидела то, чего не должна была видеть. Артём мне изменил. С того самого момента я не отвечаю ни на его звонки, ни на сообщения.
Наталья на секунду замялась, в её глазах мелькнуло сомнение:
- Ты уверена? В тот вечер вы ведь выпивали... Может, тебе показалось? Ты могла ошибиться из-за алкоголя.
- Я знала, что ты скажешь что-то подобное, - с грустной, едва заметной усмешкой ответила Арина. - Поэтому я сняла это на видео.
Она протянула матери телефон. После просмотра короткого ролика Наталья сидела в абсолютном шоке. Лицо её побледнело.
- Как он мог... - прошептала она, и в её голосе впервые появилась твердость. - Я поговорю с твоим отцом. Мы расторгнем все договоренности об этой помолвке и союзе семей. До этого времени ничего не предпринимай. А сейчас ложись спать, тебе нужно отдохнуть. Завтра мы вместе со всем разберемся.
Наталья нежно поцеловала Арину в лоб, пожелала доброй ночи и тихо вышла из комнаты.
Арина сильно ущипнула себя за руку, чтобы убедиться, что это не сон. Ей до сих пор не верилось, что лед между ней и матерью наконец растаял. С этими мыслями она забралась под одеяло и, чтобы отвлечься, открыла социальные сети перед сном.
Вдруг вверху экрана всплыло уведомление из того самого приложения для знакомств, которое они с подругами в шутку скачали утром.
«О боже, я совсем забыла! Нужно было удалить этот чат, какая же я глупая», - запаниковала она.
Открыв сообщение, Арина увидела ответ от той самой загадочной незнакомки:
«Интригующее начало! А что я должна скинуть взамен, чтобы это было честно?»
- И что мне ответить, чтобы не выглядеть полной дурой? - пронеслось в мыслях. После долгих колебаний и перебирания десятка вариантов, Арина наконец напечатала текст, глубоко вздохнула и нажала кнопку «Отправить»:
«Блин, палево)) На самом деле это был проигрыш в игре, так что отменяем операцию! Но твой ответ топовый, честно)»
- Хоть бы она прочитала не сразу... - мысленно взмолилась Арина. Но вселенная сегодня играла по своим правилам. Буквально через секунду статус Адель изменился на «в сети». Она прочитала сообщение мгновенно и... на экране появилось колесико «печатает».
Минута, две, три... Арина уже начала изводить себя мыслями, что Адель сейчас пришлет ей огромную лекцию о морали и правильном поведении. Не выдержав напряжения, она отбросила телефон на подушку и отвернулась к стене.
- Да ну его. Не буду сидеть и ждать. Спать хочу, всё, закрываем тему.
Но стоило ей сомкнуть веки, как комнату огласил короткий звук уведомления. Арина пулей подскочила на кровати, схватила мобильный и впилась глазами в экран:
«Ха-ха, ну вот, а я уже настроилась на эффектное знакомство! Твои подруги умеют интриговать)»
На измученном за день лице Арины впервые за долгое время появилась искренняя, теплая улыбка.
Сообщение за сообщением, строчка за строчкой они полностью потеряли счет времени, растворяя любые законы физики, пространства и времени. Они говорили обо всем на свете. Кто бы мог подумать, что случайный человек из интернета сможет вызвать в Арине такую бурю эмоций?
Впервые за много месяцев она улыбалась экрану, переворачивалась с боку на бок от переизбытка чувств, краснела от неловкости и, кажется, впервые в жизни понимала, что означает глупое выражение «бабочки в животе».
И всё это происходило к человеку, которого она в реальной жизни не видела ни разу.
«Ого, на часах уже пять утра, я даже не заметила», - написала Адель.
«Да уж, время пролетело слишком быстро... Ладно, пойду спать хотя бы на три часа, а то утром по синякам под глазами все поймут, что я не спала. Но знай, мне было очень приятно пообщаться, Адель».
«Взаимно, красавица. Если захочешь увидеться - просто напиши».
«Обязательно».
Пожелав друг другу доброй ночи, Арина отложила телефон и закрыла глаза. Эмоции переполняли её настолько, что сон казался невозможным, но биология взяла свое. Через три минуты Арина уже погрузилась в глубокий, спокойный сон, в котором больше не было места кошмарам.