Обманщица

 Мужчины любят разнообразие, — сообщила мне какая-то пошлая, пахнущая слишком приторными духами взрослая блондинка.

На ее совсем не юном лице отразилась ехидная полуулыбка, а глаза стрельнули в сторону панорамных окон, которые отделяли зал от балкона. А именно: взгляд устремился к моему отцу.

 — Особенно богатые мужчины, они могут получить всех сразу. Зачем останавливаться на одной? — перевела она взгляд обратно ко мне.

Что касается разнообразия, не знаю, но знаю, что люди (не только мужчины) точно любят более или менее умных людей. А эта барышня не выглядела умной от слова совсем, и то, что вырывалось из ее рта, обведенного ярко-красной помадой, только доказывало это.

Этой особе хватило наглости начать убеждать меня в том, что моя мать точно не единственная для моего папы, хотя она была бы не против быть на ее месте. Ведь как было сказано, ради такого мужчины, как мой отец, можно и потерпеть.  

Было бы у меня настроение чуть хуже, я бы вцепилась ей в волосы, которые напоминали солому. Но нет. Спасибо погоде.

Да и моей маме совершенно плевать на подобное. Она бы и глазом не повела. Оно и понятно. Моя мать — красивая женщина. С длинными огненно-рыжими волосами, красивой фигурой, темно-зелеными лисьими глазами и пухлыми от природы губами. Ведьмочка, как папа ее ласково называет. Помимо всего прочего, в ней горит любовь к этой жизни, к папе и ко мне. Она всегда защищает то, что любит и делает это с присущей ей элегантностью, мешая с дерзостью. Иной раз даже у отца отпадает челюсть при виде подобного, а в глазах вспыхивает обожание.

Цветом волос и глаз я пошла в папочку, унаследовав некоторые черты его характера. Но тип внешности, напоминающий ангела, и натуру, скорее походящую на дьявола, точно получила от мамы.

Поэтому, долго не думая, я метнула в Елену (как ее там) гневный взгляд (чего хватило, чтобы она закрыла свой не очень красивый ротик), развернулась и направилась через весь зал к двум мужчинам, которые уже ждали меня у барной стойки. И плевать, что это выглядело невежливо.

Двое улыбались мне победными улыбками, будто молча аплодируя. Они выглядели шикарно в своих черных костюмах и такого же цвета рубашках. Я понимала, почему девушки так и падали к ним в руки. У Ройса были темные, немного кудрявые волосы, темно-карие глаза и большие, накаченные благодаря вечным тренировкам руки, одна из которых была забита чернилами. Сэм со своими черными волосами и почти черными глазами, с таким же рельефным, огромным телом выглядел как те Боги, которых изображают на своих картинах художники. Оба парня были смуглыми амбалами под два метра ростом. У Сэма лицо с резкими чертами: острые скулы, волевой подбородок, широкая, мужская челюсть. Лицо Ройса, в сравнении с братом, казалось более мягким, но не менее привлекательным. Одним словом, красивые.

— Как твоё ничего, Лия? — весело прикрикнул Ройс, у которого не хватило терпения дождаться, пока я подойду на нужное расстояние для беседы.

— Отвратительно! Каких только куриц этот мир не носит! — ответила я, бросив ему дерзкую улыбку.

— Боюсь, что у той блондинки дела обстоят еще хуже. Теперь ей жить с дырой в голове, которую ты в ней прожгла своим взглядом, — еще больше развеселился Ройс и подмигнул мне, подняв свой бокал.

— Как жаль. Я время от времени бываю неаккуратной, — саркастично выпучив глаза и выхватив у Сэма его нетронутый бокал, проговорила я.

Мы ударили бокалами, и я сделала щедрый глоток напитка. Правда, шампанское было уже теплым, и я почти не почувствовала игривых пузырьков на языке. Сколько он с ним так простоял? Как руку не свело держать его столько времени, если оно нагрелось до температуры полуостывшего чая? Хотя это неудивительно: у Сэма всегда руки оставались теплыми, периодически даже горячими. Я часто грела свои пальцы о них.

— Ты на машине? — обратился ко мне Сэм.

— Да, но думаю оставить ее здесь. Одного бокала мне будет мало после недавнего общения с прекрасной леди, и придется задержаться. Отпущу водителя, а машину заберут завтра.

— Не надо. Бармена с моим виски, кажется, убили, поэтому я сегодня трезвый водитель. Отвезу тебя.

Сэм кинул ключи Ройсу, тот их, к моему удивлению, ловко поймал, после чего отсалютовал нам и направился в сторону неизвестной мне двери. Могу предположить, что за ней находилась кухня.

— Он не то что не трезвый, он пьяный! Куда в таком состоянии поедет-то? — повернувшись к Сэму, поинтересовалась я.

— Не думаю, что моя машина куда-то сегодня поедет, цветочек, — усмехнулся Сэм.

— А зачем… — на моем лице явно отразилось понимание, и Сэм не стал отвечать. Лишь одарил меня улыбкой, которая так хорошо была мне знакома.

— Ты красивая, Ли. Тебе идет этот цвет, — произнес Сэм, рассматривая меня с головы до ног.

Я покрутилась, театрально вставая в позы, чтобы он лучше меня рассмотрел.

— Хвастайся, хвастайся, — он посмеивался каждый раз, когда я меняла позу.

— Ну, хватит с тебя, — сказала я, сделав еще глоток из бокала.

Мое настроение тут же вернулось к прежнему, и от разговора, который меня разозлил, не осталось и следа.

Мы поговорили о погоде, он вместе со мной ей восхищался (хотя я знаю, что он не в восторге от дождей, особенно летом). Потом я рассказала, что сегодня было в новой серии нашего сериала. Мы болтали, но в какой-то момент его взгляд скользнул поверх моей головы, и выражение лица с умиротворенного и расслабленного стало безразличным и холодным. Я уже знала, что значит это выражение, и даже не стала оборачиваться. Просто отошла поближе к стойке бара и уселась на стул, который недавно занимал Ройс.

В подтверждение моим мыслям раздался писклявый женский голосок:

— Сэм! Как я рада тебя встретить! Не знала, что ты здесь будешь. Какими судьбами? — промурлыкала стройная, красивая брюнетка с ярким макияжем в очень коротком платье.

Но она и так прекрасно знала, почему Сэм находится здесь. Это знали все гости. Все знали дядю Андрея, дядю Витю и моего отца. Все знали их детей и их семейное положение.

Сэм одарил ее скучающим взглядом, не удостоив ответом. Девушка не собиралась сдаваться и продолжила:

— Ах, точно. Это же юбилей компании твоего отца. Я видела его на сцене. Совсем забыла. Вы не очень похожи, — пролепетала она этот бред, делая вид, что не замечает безразличный взгляд Сэма и его нежелание вступать с ней в диалог.

Хотя в одном она права: Сэм не похож на отца, может, только некоторые черты и волосы. А вот Ройс на своего похож ужасно. Да и Ройс с Сэмом достаточно похожи. Один типаж, но что здесь удивительного — родственники.

Я легонько толкнула Сэма ногой, когда поняла, что он вообще не собирается с ней разговаривать. Мне такое не нравилось. Я понимала, что женщины, с которыми он спит, одноразовые. И я точно знала, что он никогда никому ничего не обещал. Нет, он не вел себя с ними как последняя тварь, но и джентльменом его было трудно назвать. Если он перекинется парой фраз с настойчивой брюнеткой, мир не перевернется, а девушка не потеряет часть своего самоуважения и своей самооценки.

После первого толчка он не отреагировал, и я толкнула еще раз. Он посмотрел на меня обреченным взглядом, а я, сжав губы и прищурив глаза, толкнула третий раз. Тогда он медленно перевел взгляд с меня на девушку и наконец-то заговорил.

— Рад, что тебе нравится вечер. Свои восхищения можешь выразить лично моему отцу. Он не кусается, по крайней мере, сегодня, Алина, — Сэм выдавил вежливую улыбку, но выражение лица девушки оставляло желать лучшего.

— Я Арина! Ты спал со мной на прошлой неделе и уже не помнишь имени? — начала выходить из себя брюнетка. — Послушай, Сэм, — чуть тише продолжила она, — я никогда не стану какой-то девкой на одну ночь, ясно? Ни для кого. Либо имей уважение и общайся со мной должным образом, либо…

Арина не успела закончить свою речь, потому что Сэм быстрым движением спустил меня со стула и потащил к двери на балкон, который находился позади стойки. Я спокойно пошла с ним, потому что привыкла к подобным ситуациям. Их было много.

Мы почти дошли до двери, когда услышали цоканье каблучков и голос, который затих меньше минуты назад.

— Какого черта, Семинский? Ты вел себя иначе, когда я сидела на тебе сверху! Что же изменилось? Отвечай, Артем! — начала тараторить она.

Сэм уже открыл дверь, но я легонько сдавила его руку, давая понять, что нужно ответить хоть что-то. Он остановился и глубоко вздохнул. Позади нас вопли Арины становились громче.

— Это твоя новая игрушка? — девушка устремила свой взгляд ко мне.

Странно, судя по всему, меня она действительно не узнала.

— Я из хорошей, состоятельной семьи, а не девчонка из подворотни, в отличие от многих других! — выплюнула она мне в лицо.

Что ж, милая, я пыталась о тебе позаботиться. Мои губы начали расплываться в фирменной ухмылке Алианочки. У меня есть одно мини-хобби — указывать подобным девчушкам на их место. Нет, я никогда не была той самой стервой, которая загоняла в угол каждого встречного и глумилась над ним. Никогда не была. Но защищать себя умею безупречно. По крайней мере, в подобных ситуациях. Я успела увидеть сотни таких, как она, и даже хуже. Никто не мог победить меня в этой игре. Спасибо маме, которая стала ярким примером.

Не успела я натянуть свою ухмылку как следует, Сэм уже был возле Аришки. Он схватил ее за руку и потащил в зал. Я проследила за ними и заметила мужчину в возрасте, которого держала под руку женщина примерно тех же лет. Полагаю, его жена. Сэм остановился возле пары и практически швырнул им в руки свою бывшую любовницу. Сказал им пару слов, от которых лицо мужчины мгновенно покраснело и исказилось от злости, а женщина так широко распахнула глаза, что они могли вывалиться из глазниц, если бы ее кто-нибудь пихнул в затылок. Нетрудно догадаться, что Арина — их дочь, и родителям явно не понравилось то, что сообщил им Семинский.

После он повернулся к девушке и сказал что-то, склонившись к ней, из-за чего та замерла на месте. Сэм кинул еще один взгляд на пару и направился в мою сторону. Пройдя мимо меня, распахнул дверь и жестом предложил пройти. Я оглянулась на зал, но суперсемейки уже не было.

Мы вышли на балкон, с которого открывался панорамный вид на город. Время близилось к полуночи, и воздух был прохладным, но приятным.

— Прости за это и забудь. Ты ее больше не увидишь, — Сэм обратил на меня извиняющийся взгляд.

— Ты же знаешь, родной, мне плевать на твоих девочек. Да и на чужих тоже, — улыбнулась я.

— Мне не плевать, когда они с тобой разговаривают, Ли! — чуть нервно сказал он.

— Я не муха, от звуков не шарахаюсь! Я взрослая девочка и могу себя защитить. И тебя, кстати, тоже.

Он посмотрел на меня взглядом, который я не смогла понять. Мы подошли к краю балкона, Сэм укутал меня в свой пиджак и закурил. Мы простояли так до конца банкета, разговаривая обо всем и ни о чем.

— Есть хочешь? — поинтересовался мой сегодняшний водитель, когда мы мчались по объездной дороге в сторону дома.

Я кивнула, и он свернул к шашлычной, которой владел наш с ним знакомый.

— Тебе курицу, цветочек, как всегда?

— И пиво!

Сэм усмехнулся, покачал головой и отправился делать заказ. Я села на импровизированную лавочку, сделанную из досок и старых шин. Через пару минут он присоединился ко мне, и следом нам принесли заказ.

— Тебе идет сидеть в платье за пару сотен тысяч на шине. Красиво. А шашлык дополняет твой образ.

— Так же, как твои часы отлично сочетаются с теми  дисками, — я кивнула на стопку треснувших, старых дисков от колес.

Мы ужинали и смеялись. На мероприятиях, подобных тому, с которого мы едем, невозможно нормально поесть. Поэтому ужинать после ужина стало нашей традицией.

Домой мы вернулись уже под утро.