"Яна"
Дорога до Литейного пролетела на удивление легко. Адель, вопреки ожиданиям Камиллы, не дулась из-за утренней муштры за стойкой. Наоборот, она как-то умудрилась затянуть Каму в абсолютно ненапряжный трёп ни о чём. Разговаривали про разницу между московским и питерским метро, про дикие цены на аренду и про то, как Адель в первый день в Спб умудрилась заблудиться в трёх соснах на Васильевском.
Камилла ловила себя на мысли, что её приятно удивляет эта кудрявая. Адель не пыталась казаться кем-то другим, не лезла в душу, но при этом из неё так и перла какая-то живая, тёплая энергетика. Вся утренняя официальщина испарилась, уступив место нормальному, человеческому общению.
У Жеки в квартире в это время стоял привычный дым коромыслом. На огромном плазменном телеке горел «Мортал Комбат». На диване, скрючившись в три погибели и яростно вдавливая пальцы в кнопки геймпадов, сидели Жека и Макс.
- Сука! Куда ты жмёшь, уёбок рыжий! - орал Макс, когда его персонаж в очередной раз словил комбуху.
- Сосать, блять! Чистый скилл и никакого читерство! - хохотал Жека, пиная Макса ногой в бок. - Твой Саб-Зиро соснул у моего Скорпиона, смирись!
Саша Гастелло в углу комнаты записывала очередной кружочек в телегу, активно жестикулируя свободной рукой:
- ...короче, народ, эти два дебила сейчас разнесут хату. Пицца стынет, а они... О, приехали!
На кухне звякнул домофон. Кама привычно отпинала железную дверь пальцем ноги, пропуская Адель вперед. Панельный подъезд встретил их классическим питерским набором: густой запах дешёвых сигарет, сырость и стены, закрашенные ядрёным слоем граффити от пола до потолка.
Когда они зашли в квартиру, Адель на секунду замялась у порога. В чужой, уже спевшейся компании всегда чувствуешь себя немного лишним куском интерьера. Камилла, разуваючись, будто затылком почувствовала это секундное замешательство. Она не пошла сразу в комнату, а притормозила, дождавшись, пока Адель скинет кроссовки.
- Проходи, не ссы, все свои, - коротко кивнула Кама, толкнув дверь в гостиную плечом.
Увидев Сашу, Адель выдохнула и заметно расслабилась. Саня тут же подлетела к ней, сгребая в охапку.
- Ну наконец-то! Жрать давайте, я от голода сейчас Макса покусаю! - Саня начала шустро расставлять на столе коробки с пиццей и двухлитровые бутылки колы.
Камилла окинула взглядом этот балаган и нахмурилась, не досчитавшись одной колоритной фигуры.
- А где Вика? Не пришла, что ли?
- Да на балконе она, со своим железом мысленно трахается, - буркнул Жека, с трудом отрываясь от экрана, где загорелась надпись «Fatality». - С прошлой пятницы мотик на переборке, у неё депрессия.
Адель моментально вспомнила ту черноволосую девчонку, которая в субботу пришла в клуб вместе с Камой.
В этот момент балконная дверь скрипнула, и в комнату зашла Вика. На лице у неё была написана вся скорбь мира, но стоило ей увидеть Кошкину, как её глаза мгновенно загорелись.
- Привееет! - заулыбалась Вика.
Она сделала три быстрых шага, подлетела к Камилле и просто сгребла её в объятия, как огромного плюшевого мишку. Кама, которая на работе казалась ледяной глыбой, даже не подумала отстраниться. Наоборот, она уткнулась носом Вике куда-то в плечо и крепко обняла в ответ, мелко постукивая ладонью по её спине.
Адель, наблюдавшая за этим от стола, приподняла бровь. Ей было дико непривычно видеть Каму такой... тактильной и живой. На работе с Пашей или Лизой Кошкина держала чёткую дистанцию, сухой профессионализм и никакого панибратства. А тут - абсолютно другой человек. Кама была здесь самой младшей и чуть ниже остальных девчонок (хотя сама Адель была выше Камиллы, но уступала той же Саше и Вике), и в этих объятиях она выглядела удивительно уютно.
- Э, хорош обжиматься! Всего два дня не виделись, блять. - в шутливой манере буркнула Саша, бесцеремонно оттаскивая Каму от Вики и перетягивая в свои объятия.
Пацанов кое-как отлепили от джойстиков, пригрозив, что сожрут всю пепперони без них, и компания наконец расселась на кухне. Пицца исчезала со скоростью света. Камилла подсела рядом с Адель. Кухня была тесной, и Кама то и дело задевала Адель плечом или бедром, когда тянулась за очередным куском или салфеткой. И каждый раз Адель ловила себя на странной мысли: эти случайные касания её вообще не раздражали. Наоборот, от них шло какое-то приятное, заземляющее тепло.
- Камусь, ты чё домой не спешишь сегодня? На часы смотрела? Почти десять. Молли поди голодная там орёт, квартиру разносит, - спросила Саша, жуя корочку.
- Да нет, вчера Коля приехал, так что голодной не останется, - отозвалась Кама, отпивая колу.
- О, Колян в городе? Надолго? Давно не виделись, блять, не звонит, не пишет, - подал голос Макс, тепло вспоминая старого кента.
- Да он родной сестре нихуя не звонит, какой там ты? - фыркнула Камилла, в которой на секунду проснулась привычная агрессия на брата. - Вчера в три часа ночи припёрся, ни слуху ни духу, даже не предупредил, блять! Живёт на два города, сука, бесит.
- Так, всё, хорош пиздеть! - Жека громко хлопнул ладонью по столу, поднимаясь со стула. - Давайте поиграем во что-нибудь или фильм втупим?
- Не, фильм тухляк, уснём все через двадцать минут. Давайте поиграем лучше, - поддержала Саша.
- Квартира маленькая, как собачья будка, во что ты тут играть собралась? В камень-ножницы-бумага на раздевание? - прыснул Макс.
Жека тут же вскинулся, готовый стоять горой за свои квадратные метры:
- Макс, ты чё, охуел? Схуяли она маленькая? Главное, в приставку мою рубиться и сотый раз ко мне ночевать приходить тебе нормально, не возражал, блять! А сегодня вдруг собачьей будкой стала? Иди нахуй отсюда, если чето не нравится, блять!
- А чё, не правда, что ли? - поржал Макс, уворачиваясь от летящей в него салфетки.
- Хорош уже как бабки базарные языками тереть! Ребёнка мне тут напугаете, - Саша кивнула на притихшую Адель, которая с улыбкой наблюдала за этим цирком. - Короче, в карты играем. На желание.
Компания переместилась в гостиную и расселась прямо на полу, образовав неровный круг. Жека шустро раздал карты. Игра началась весело, но быстро переросла в жёсткое рубилово. Все блефовали, подкидывали друг другу подлянки и матерились на каждый неудачный заход.
В первом же раунде с треском проиграл Макс. Жека аж зааплодировал, злорадно потирая руки:
- Так, сука, карма существует! За «собачью будку» ответишь. Задание такое: звонишь Ане - ну, бывшей твоей - и прям со слезами в голосе говоришь, что ты всё понял. Что ты конченый, жалеешь, что потерял её, любишь до гроба, жить без неё не можешь и хочешь всё вернуть.
- Вы чё, угораете, блять?! - Макс аж подскочил. - У меня девушка есть, вы меня закопать хотите? Надеюсь, Аня меня везде нахуй заблокала.
Он судорожно вытащил телефон, проверяя инсту, ватсап и телегу. В телеге блок не стоял. Делать нечего - уговор есть уговор. Саша моментально включила камеру на своём телефоне, хищно улыбаясь. Макс нажал на вызов и включил громкую. Зуммер шёл недолго.
- Алло? - раздался сонный женский голос.
Макс резко преобразился. На лице отразилась такая вселенская скорбь, что Адель рот открыла от удивления. Человек реально выдавил скупую слезу.
- Алло... Ань, привет, - шмыгнул носом Макс, голос задрожал. - Прости меня, пожалуйста... Я такой дурак. Я до сих пор жалею, что мы расстались. Пожалуйста, давай начнём всё сначала? Я люблю тебя, жить без тебя не могу, понимаешь?!
Это выглядело настолько натурально, будто они снимались в дешёвой сопливой мелодраме на «Домашнем». Адель еле сдерживала смех, глядя на то, как парень отыгрывает драму жизни.
На том конце провода повисла секундная пауза. Аня молча выслушала этот поток откровений, а потом сухо отрезала:
- Отстань, я замужем.
В комнате грохнул такой дикий хохот, что, казалось, стёкла задрожали. Макс, не найдя что ответить, просто выдал:
- Поздравляю. - И резко сбросил трубку.
- Фу, блять, я как будто своего бывшего сейчас увидела, - сквозь смех выдавила Камилла, вытирая выступившие от хохота слёзы.
Адель, глядя на Каму, поймала себя на мысли, что её первоначальная теория рухнула. В клубе ей показалось, что Кама и Вика сто процентов встречаются - слишком уж много тактильности, слишком по-свойски они общались. Но сейчас Адель видела, что никакой ревности или романтики там нет. Обычное, глубокое человеческое любопытство тянуло её разгадать Кошкину, которая открывалась вообще с другой стороны. Не сухая сучка с работы, а громкая, весёлая девчонка, способная и подколоть, и жестко сматериться, и посмеяться над чужой лажой.
В следующем кону в дураках осталась Саша.
- Задание - ебануть горячую фотку в свой тгк! Прямо сейчас! - скомандовал Жека.
- Вы чё, блять, меня подписчики не поймут, - Саня повозмущалась для приличия, но азарт взял своё. Она убежала в ванную и вернулась через пять минут, размахивая телефоном. - Бля, это разъёб, я выкладываю! - Гастелло заливисто расхохоталась, отправляя кадр у зеркала в сеть.
Игра продолжилась. В этот раз фортуна повернулась задом к Вике.
- Твою мать! Надо было туз сразу скидывать, сука-а-а! - заныла Вика, швыряя карты на пол с привычной агрессией.
- Короче, тут без бухла не обойтись. Пошли, кисунь, в магаз за пивом.
- Э! Я же сказала без бухла сегодня! - крикнула вслед Саша.
- Да ладно тебе, Саш, просто по гаражу возьмём, да и всё, - примирительно бросила Кама, поднимаясь с пола.
Когда Камилла и Вика вышли из подъезда на прохладный ночной воздух, на скамейке у дома они заметили подозрительно знакомый силуэт.
Там сидела молодая девушка. Русые короткие волосы были небрежно собраны в маленький хвост на затылке. Чёткие, резкие скулы, пронзительный взгляд зелёных глаз. На лице, прямо под скулой, красовался свежий, наливающийся синевой синяк. Девушка была одета в объемную толстовку цвета хаки - толстовку, которую Камилла узнала бы из тысячи.
Яна. Бывшая Камы. Та самая, из-за которой год назад было вылито столько слёз, что можно было затопить кофейню.
Увидев Камиллу, Яна резко поднялась со скамейки. На её лице промелькнула неловкая, какая-то виноватая улыбка. Она сделала шаг навстречу. Вика моментально напряглась, ожгла Яну осуждающим, тяжёлым взглядом и уже открыла рот, чтобы послать её по известному маршруту, но Кама мягко положила руку ей на плечо, опережая подругу. Сама Кошкина внешне оставалась абсолютно спокойной.
- Привет. Давай поговорим? - тихо, без наезда спросила Яна, глядя Каме прямо в глаза.
- Хорошо, - кивнула Камилла, а затем повернулась к подруге: - Вик, иди пока в магаз.
Вика посмотрела на неё взглядом в духе «Ты уверена ?». Кама коротко кивнула. Защищать её не нужно было. Вика вздохнула и скрылась за углом дома, шурша кроссовками.
Яна была заметно выше Камиллы, крупнее, спортивнее, но сейчас она выглядела на удивление хрупкой и потерянной.
- Пошли на площадку, там поговорим? - предложила Яна.
Они молча дошли до детской площадки во дворе и сели на старые качели. Напряжение между ними росло с каждой секундой, давя на уши. Яна дрожащими пальцами достала сигарету, прикурила, сделала глубокую затяжку и повернула голову к Кошкиной. Кама сидела неподвижно, уставившись куда-то в темноту, между пустых качелей.
- Кошкина... - тихо позвала Яна. Голос у неё заметно вибрировал. - Прости меня, пожалуйста... За то, что не поверила тебе тогда. Я знаю теперь... Знаю, ты мне не изменяла. Ты бы так никогда не поступила, я же знаю тебя... Это я, блять, дура, что Лере тогда поверила, как последняя идиотка.
Голос русой окончательно сорвался, по щеке скатилась крупная слеза, блеснув в свете тусклого фонаря. Она даже не пыталась её вытереть.
- Я знаю, я могла просто взять и поговорить с тобой спокойно, но...
- Но ты просто выгнала меня, даже не разобравшись, - перебила её Камилла. Голос звучал ровно, но в этой ровности сквозила старая, глубокая обида. - Не хотела меня слушать. Заблокировала везде. А потом вообще собрала вещи и переехала в другой город. Я пыталась тебя найти, Ян. Пыталась связаться хоть как-то, объяснить... А ты просто делала вид, что меня больше не существует. В один день стёрла.
- Мне очень стыдно... правда, - Яна закрыла лицо ладонью, плечи начали мелко подрагивать от беззвучных слёз.
Кошкина медленно поднялась со своих качелей. Яна, сжавшись, подумала, что та сейчас просто развернётся и уйдёт. Но Камилла сделала шаг вперед и встала прямо перед ней. Яна подняла заплаканное лицо, шмыгая носом. Кама посмотрела на неё пару секунд, а потом протянула руку и негромко, как раньше, потрепала её по коротким русым волосам.
- Ну чего ты расклеилась? Где твоя гордость, а, Ян? - тихо, с грустной усмешкой спросила Камилла, глядя на неё сверху вниз.
- Да иди ты, - сквозь слёзы слабо улыбнулась Яна, шмыгнув носом.
Кама продолжала медленно гладить её по голове, пальцами перебирая пряди, успокаивая так, как делала сотни раз в их прошлом.
- Где синяк заработала, красавица?
- Да не важно... - Яна отвела взгляд. Ей меньше всего хотелось, чтобы Кама за неё беспокоилась. Хотя внутри эгоистично кольнуло приятное осознание: раз спросила, значит, всё ещё не похуй? Значит, волнуется?
- Мне важно, Ян. С кем подралась на этот раз? - Камилла наклонилась и аккуратно, подушечками пальцев, стёрла влажную дорожку с её щеки.
- С Лерой, - глухо призналась Яна.
- Она бухая была... Начала нести какую-то хуйню про тебя. Что ты всё-таки сука, что ты ей тогда писала, а я дура наивная. Ну я и...
- И полезла с кулаками?
- Ну да.
- Господи, Ян... Ты не исправима.
Яна резко перехватила ладонь Камы, убирая её от своего лица, но не выпуская из своей руки. Она смотрела прямо в глаза Кошкиной, и в её зелёных зрачках читалось столько отчаянной надежды, что становилось тошно.
- Камилла... Я скучала. Пиздец как скучала по нам. Дай мне шанс, пожалуйста... Я всё исправлю, обещаю. Я изменюсь, мы начнём заново, всё будет по-другому, только не прогоняй.
Камилла смотрела на неё очень долго. Слишком долго для человека, который, казалось бы, вычеркнул прошлое из жизни. В груди противно и глухо заныли старые воспоминания - те счастливые дни в Москве, их съёмная квартира, запах Яниного парфюма. Но следом пришла память о той дикой боли, когда тебя вышвыривают за дверь, не дав сказать ни слова.
- Я не держу на тебя зла, Ян, правда, - тихо выдохнула Кама, аккуратно высвобождая свои пальцы из её хватки. - Но... Я не думаю, что у нас снова что-то получится. Отношения сейчас - это последнее, что мне нужно. Я просто не верю в это больше.
- Кошкина, ну пожалуйста... - Яна резко встала с качелей, её голос снова задрожал. Она запрокинула голову, глядя в чёрное питерское небо и пытаясь остановить новые слёзы. Она выглядела сейчас такой жалкой, потерявшей всю свою спортивную спесь. Камилле пришлось приподнять голову, чтобы смотреть ей в лицо.
- Я слишком долго собирала себя по кускам после нашего расставания, Ян, - тихо, но твёрдо отрезала Кама. - Больше не хочу через это проходить. Не вывезу второй раз.
Яна шмыгнула носом, сделала шаг вперёд и, не спрашивая разрешения, просто уткнулась лбом в плечо Камиллы. Она обняла её за талию - судорожно, крепко, будто цеплялась за спасательный круг. Кама замерла на секунду. Руки сами собой поднялись и легли на широкую спину бывшей девчонки. Она прижала её к себе, позволяя выплакаться в последний раз. Это были объятия-прощание. Конечная точка.
За всей этой картиной от угла подъезда молча наблюдала Вика, державшая в руках пакет с банками пива. Лицо у неё было каменным.
Когда Камилла попрощалась с Яной и подошла к подруге, Вика даже не двинулась с места.
- Это чё щас было? - хмуро спросила она, кивая в сторону уходящей Яны.
- Разговор, - сухо ответила Кама, забирая у неё пакет, чтобы занять руки.
- А обнимашки бонусом шли?
Кама устало закатила глаза, шагая к подъезду:
- Вик, блять, не начинай.
- Я и не начинаю. Просто если эта русая сука тебя опять до слёз доведёт - я ей лично второй синяк поставлю, уже симметричный. На оба глаза.
Вот тут Кама впервые за всё время нормально, искренне усмехнулась:
- Договорились. Пошли наверх.
Когда они вернулись в квартиру, там уже было жарко и без всякого алкоголя. Саша, Жека и Макс на полную громкость врубили караоке на приставке и в три глотки орали какую-то попсу, абсолютно не попадая в ноты.
- Вижу, вам и без нас весело, придурки? - шурша пакетом, крикнула Вика, заходя в зал.
Дальше вечер покатился по классическому сценарию: пиво открывалось одна за другой банкой, все шумели, пели, снимали дурацкие кружочки и тиктоки, фоткались на размытую фронталку и бегали курить.
Все, кроме Камы. Сначала она ещё пыталась поддерживать общий вайб, смеялась над шутками Жеки, но чем дальше уходил вечер, тем сильнее она тухла. Кошкина всё чаще уходила на балкон в одиночку, подолгу подвисала, глядя на тлеющий огонёк сигареты, и почти перестала вступать в диалоги. Просто сидела рядом, слушая остальных, как сторонний наблюдатель.
Адель это заметила сразу. Ей бросилось в глаза, что Кама резко отгородилась от компании невидимой стеной. Но что примечательно компания будто нарочно делали вид, что всё нормально, не приставая к ней с расспросами. Они прекрасно знали, кто такая Яна, знали, сколько дерьма Кама сожрала после их разрыва, и просто не хотели лишний раз расковыривать старую, едва затянувшуюся рану.
Ближе к часу ночи тусовка начала выдыхаться. Перед уходом девчонки шумно обменялись соцсетями с Адель.
- Всё, кудрявая, теперь ты официально в нашей секте, - Саня быстро затыкала пальцами по экрану, добавляя Адель в группу в телеграме.
Вика, Саша и Макс решили остаться ночевать у Жеки и уже вовсю громко спорили, кто займёт диван, а кто будет спать на полу на матрасе. Адель и Камилла, сославшись на то, что завтра у них утренняя смена в кофейне, начали собираться.
- Ладно, олухи, бывайте. Завтра отпишусь, - Кама накинула куртку.
- Я её подвезу, мне по пути, - бросила она компании, кивая на Адель.
Попрощавшись со всеми, они вышли из квартиры. Когда спускались по тёмной лестнице подъезда, Камилла шла чуть впереди. Адель, шагая следом, поймала себя на том, что неприкрыто разглядывает её походку - уверенную, плавную, мягкую, почти кошачью. «Кошкина, - пронеслось в голове у Адель, и уголок её губ непроизвольно пополз вверх. - Фамилия тебе чертовски подходит. Реально кошка».
Адель сидела боком к лобовому стеклу, уперевшись коленом в дверь, и периодически косилась на профиль Камы. После душной квартиры Жеки, где все орали караоке, в салоне Kia K5 было слишком тихо. Фонари набережной ритмично резали полумрак салона, высвечивая то бледную кожу Камы, то её глухую татуировку на руке, мёртвой хваткой державшей руль.
Напряжение росло с каждым пройденным перекрёстком. Кошкина молчала так, будто в машине вообще никого не было, но Адель видела, как на её шее ходит желвак. Она помнила, как Кама на площадке обнимала ту русую девчонку. Спокойно, без единой капли злости, будто по старой, многолетней привычке. Русая тогда уткнулась лицом ей в плечо, пряча слезы, а Камилла медленно, убаюкивающе гладила её по голове. И именно в ту секунду Адель впервые чётко осознала: там была огромная, тяжёлая история, которая до сих пор тянет из Камы жилы.
- Слушай, Кошкина... - не выдержала Адель, нарушив тишину.
- М? - Кама даже глаз не скосила, продолжая сверлить асфальт.
- Тормозни где-нибудь. Покурим нормально. А то в салоне щас стёкла от твоей ауры треснут.
Камилла хмыкнула, бросила короткий взгляд в зеркало заднего вида и резко, без поворотника, перестроилась к обочине у тёмного закрытого сквера. Двигатель глушить не стала - машина тихо вибрировала, согревая салон.
Кама молча потянулась к бардачку, достала пачку, зажигалку и вышла на улицу. Адель толкнула пассажирскую дверь и вылезла следом. Питерская ночь моментально облизала лицо сырым холодом. Они встали у капота, глядя на пустую, блестящую от недавнего дождя дорогу. Кама достала сигарету себе, подожгла. Адель вытащила из своей пачки вторую, щёлкнув зажигалкой. Каждая курила свою, выпуская дым в сторону реки.
- Ты из-за неё такая прибитая? - прямо спросила Адель, стряхивая пепел.
- Из-за кого «неё»? - Кама включила привычный мороз, скрестив руки на груди. - Саня перебрала, пацаны дебилы как обычно. Всё ровно.
- Пиздёж, - чётко, без прикрас выдала Адель, косясь на неё. - Я про ту русую девку у подъезда. Я на балкон выходила дышать, когда вы там тёрлись. Кто она тебе? Девушка твоя? Или бывшая?
Камилла на секунду замерла. В темноте её глаза казались абсолютно чёрными, а сережка в носу тускло блеснула от света фар. Она сделала ещё затяжку, медленно выпуская дым сквозь зубы, и глухо отрезала:
- Тебя это вообще ебать не должно, стажёр. Меньше знаешь - крепче спишь.
- Да я и так нормально сплю, - Адель шагнула чуть ближе, но натолкнулась на такой ледяной, колючий взгляд, что решила не давить. Напряжение между ними стало почти осязаемым. - Просто со стороны выглядело так, будто тебе паршиво.
- Тебе показалось, - Кама швырнула бычок под ноги и повернулась к машине. - Поехали. Замёрзнешь нахрен, завтра за стойкой чихать будешь, а мне за тебя отдуваться.
Камилла открыла водительскую дверь и села в салон. Быстро, резко, не оставляя пространства для продолжения расспросов. Адель вздохнула, выбросила свою сигарету и залезла на пассажирское сиденье. Было очевидно, что Кошкина закрылась на все замки и пускать кого-то в свои личные шрамы прямо сейчас точно не собиралась.
Остаток пути до дома Адель они провели в полном молчании. Но эта тишина больше не была сонной - она была натянутой, как струна. Когда машина наконец остановилась у нужного подъезда, Адель перевела дух, повернулась к Камилле и коротко улыбнулась:
- Спасибо, что довезла. И это... Кошкина.
- Чё?
- Хватит грузиться. Тебе это вообще не идёт. Завтра в восемь буду как штык, без штрафов.
Кама посмотрела на неё, и на секунду на её лице промелькнула едва заметная усталая усмешка. Броня чуть сдвинулась, но устояла.
- Вали уже, кудрявая. Спать ложись.
Адель хлопнула дверью и пошла к подъезду. Машина рванула с места только тогда, когда за Адель закрылась тяжёлая железная дверь.
Дома Адель скинула шмотки и упала на кровать, вытаскивая телефон. Ей не давала покоя эта русая девчонка из двора. Экран загорелся, выдавая уведомление:
«Пользователь @k.koshkina подписался на ваши обновления».
Адель улыбнулась, моментально тыкнув на уведомление и переходя в профиль Камы. Она залезла в актуальные сторис, пролистывая фотки с Саней, Викой и кошкой Молли, пока взгляд намертво не зацепился за одно старое видео, залитое года полтора назад.
На видео Камилла сидела на пассажирском сиденье какой-то машины, а за рулём была та самая русая девчонка с чёткими скулами и яркими зелёными глазами. Они о чём-то смеялись, музыка орала на всю громкость, а потом русая резко повернулась и быстро, нежно поцеловала Каму в губы. Кама на видео выглядела абсолютно счастливой, улыбаясь во весь рот.
Рядом был отмечен профиль - *@yyanchik05*. Любопытство перевесило остатки здравого смысла, и Адель кликнула по ссылке. Аккаунт оказался открытым. Яна. Публикаций было до хрена, и Адель быстро листала ленту вниз, пока не дошла до постов годичной давности.
Там было полно старых совместных фоток этой Яны с Камиллой. Они обнимались на фоне питерских крыш, целовались в метро, дурачились. Было даже короткое видео, где уже Кама сидит за рулём своей чёрной машины, уверенно ведя её по трассе, а Яна снимает её сбоку, шепча в кадр: «Моя Кошка». В этих кадрах было столько тепла и искренности, что становилось понятно - Кама никогда бы не стала поливать эту девушку грязью или обзывать её, что бы между ними ни произошло. Она её по-настоящему любила.
Адель медленно заблокировала телефон, темнота комнаты снова сомкнулась вокруг неё. Она глубоко вздохнула, перевернулась на живот и уткнулась лицом в мягкую подушку. В голове крутился этот упрямый, закрытый взгляд Камы у капота машины.
- Значит, реально бывшая... - глухо пробормотала Адель в темноту.
- Пиздец у тебя жизнь интересная Кошкина. Заебёмся мы с тобой на смене.
С этими мыслями Адель сама не заметила, как провалилась в глубокий, спокойный сон, чувствуя, что этот питерский маршрут затягивает её всё сильнее.
______________________
Ещё раз извиняюсь за долгое отсутствие 😶