Глава 4.
На следующий день, когда Турбо и Зима встретились на общих сборах группировки, где уже во всю раздавал команды недавно вернувшийся с Афгана Вова Адидас, то бишь Суворов. Парни не отлынивали, выполняли все то же самое, что и другие, несмотря на то, что имеют статус супера, старшие.
Бег тридцать кругов вокруг стадиона, Зима что-то успевал болтать про вчерашнюю дискотеку и «прогулку» с Леной до ее дома, дыхание сбивалось от разговоров и бега, вдобавок к этому была жара, так что половина кофт и курток были брошены на бортике коробки.
— А Надя эта... — начал теперь уже Турбо, когда Вахит наконец договорил про девушку и продолжил бежать молча, — странная все таки, по сторонам смотрела, краснела как маленькая, стеснялась, убежала сразу, как музыка закончилась, — рассказывал кудрявый, хмуря брови и вспоминая вчерашний день.
— Я как ее увидел, сразу понял, что она боится всего, — усмехнулся Вахит, вспомнив то, как Валова дергала подругу за руку, метала взгляд по сторонам и иногда глупо улыбалась, опуская светлую голову вниз.
Адидас крикнул что-то про разговоры, и те сразу замолкли, прибавляя темп бега. Оставалась еще половина от тех тридцати.
***
— Надь, ну что ты сама не своя? — спросила Лена, толкнув подругу в плечо и взглянув на нее с непониманием, — все после вчерашнего переживаешь? — не дождавшись ответа, вновь спросила она.
— Не из-за вчерашнего, — фыркнула блондинка, поправив сумку на плече и продолжая идти по коридору консерватории, — и вообще, ничего не случилось. Все со мной нормально, не волнуйся, — добавила она и едва улыбнулась подруге, которая не сводила с нее глаз, сталкиваясь с людьми по пути.
На самом же деле Надя и в правду переживала за то, что о ней подумает этот Турбо. Она даже представляла, как он об этом расскажет кому-нибудь, и в те моменты стыд накрывал ее еще сильнее. Девчонка и сама не понимала, как так можно было, вела себя как дурочка из восьмого класса, ни разу не державшаяся за руку с парнем.
Надя всегда была чувственной, робкой и мягкой по общению, никогда особо не конфликтовала. С этим прекрасно справлялась Лена, которая везде успеет вставить свои пять копеек и еще доказать их важность. Валова не была такой, она бы лучше спокойно прогулялась в небольшой компании, о чем-нибудь поговорила, а в плохую погоду позанималась бы музыкой, которая стала частью ее жизни, и ее уже не отнять. Скрипка в ее руке никогда не дрожала от волнения, мелодия лилась плавно и гармонично.
— Надежда! Елена! — крикнул кто-то на девушек позади, намереваясь догнать своим медленным шагом на тонких шпильках, — вы помните про концерт? Сегодня после ваших пар в актовом зале репетиция. Обе должны быть, без исключения! — строго диктовала планы женщина, глядя на учениц с высока.
Журавлева недовольно цокнула и закатила глаза, тяжко вздохнув. На это Ольга Николаевна вопросительно посмотрела на ученицу и молча ушла дальше, держа в руке журнал, в котором было записано абсолютно все.
— После пар? Серьезно? А другого времени у них не нашлось? Почему я должна тратить свое свободное время на какие-то бредовые репетиции?! — чуть ли не кричала Лена, выгибая брови в недовольстве и размахивая руками по сторонам, отчего Надя отошла на пол шага в сторону.
— Ты все равно ничем не занята в это время, — спокойно ответила Валова, поправив челку, закрывающую глаза, — я не думаю, что мы будем там больше получаса. Со всей консерватории взяли только нас и еще пару человек.
Брюнетка на это ничего не ответила, лишь продолжила недовольно вздыхать и мысленно молиться, чтобы эти «дела» после учебы были отменены волшебным образом.
Две пары прошли спокойно, Надя только и делала, что глядела в окно, щурясь от ярких лучей солнца. Никаких штор в аудитории не было, закрыть окна было нечем совсем, поэтому студенты закрывались от солнца руками.
Учиться в такую жару просто невыносимо, да и не хотелось вовсе, как и всегда.
***
— Надя, на сцену! — скомандовала педагог, которая организовывала все репетиции, номера и прочее, связанное с будущими выступлениями.
Блондинка без вопросов кивнула, взяла скрипку и поднялась на сцену. У девушки была готова Соната №5 ре мажор «Весна». Ее она и начала воспроизводить, иногда покачиваясь на месте, перебирая пальцы на струнах и про себя вспоминая дальнейшие действия.
Закончив, Надя опустила скрипку и взглянула на педагога, которая озадачено смотрела на скрипачку и кивала головой, будто витая в своих мыслях. И только через пару мгновений она наконец сказала Наде наставления, что нужно изменить и всё остальное.
Когда девушки вышли на улицу, уже было около шести часов вечера, солнце еще не садилось, но и не светило так ярко. Легкий ветер подул им в лицо, дав возможность наконец вдохнуть полной грудью и освежиться после душного помещения.
— Вечно ей все не нравится, — супилась Журавлева, поправляя куртку по пути, — карга старая, — фыркнула она и подняла голову к верху.
Надя лишь чуть улыбнулась ее возмущениям, а сама не стала ничего говорить. Ее, конечно, раздражало постоянное придирчивое поведение педагогов, но пришлось смириться еще с самого начала учебы. Все эти недовольства все равно ничем не помогут.
***
Дома Валова рухнула на кровати, глядя в потолок и о чем-то думая. Окно было открыто нараспашку, сумка брошена в углу комнаты, небольшой светильник мягко освещал ее комнату, где на стене был ковер, возле стола были пластинки и кассеты, а в шкафчике книги, которые девчонка особо не любила, но читала.
Где-то во дворе сильно шумела компания парней, спорили о чем-то, смеялись, говорили одновременно, не слушая друг друга.
Надя решила выглянуть и посмотреть кто там и была удивлена. Под ее окном медленно шагали Зима, Турбо и другие, те, которых девушка не знала, да и знать не хочет. Турбо мимолетно посмотрел куда-то наверх, заметил выглядывающую из окна блондинку и улыбнулся, подмигнув ей.
Голубоглазая тут же отошла от окна и закрыла его, чуть нахмурив брови. Она зашторила окно, встала у зеркала и сняла с волос заколку, переданную от бабушки.
***
Турбо улыбнулся тому, что эта миловидная дама сразу закрыла окно и отошла, явно смутившись его взгляду, который был проявлен всего то на пару секунд. И ему это нравилось, что она обычная девочка, не строящая из себя важную особу, стесняющаяся по любому поводу.
Ее робкая и добрая улыбка вызывала у него интерес. Хотелось больше узнать ее, какая она на самом деле? Он шел позади всей компании, пиная камни под ногами и думая о том, как бы еще раз пересечься с ней.
Это было странно, что такого хмурого и стойкого парня зацепила глупая улыбка почти незнакомой девчонки с дома культуры. Но как-то подействовало это на него, причем довольно сильно.
________________
ставим звездочки, пишем комменты, чтобы я знала и понимала как вам главы и стоит ли над чем-то работать!