Часть 140. (С иллюстрацией) Бессмертие, Смерть, Любовь.
Мои пальцы первыми потянулись к его воротнику, поспешив открыть больше его кожи на шее и груди. Азраэль нагнулся вслед за мной, но куда медленнее, точно ожидая, что я передумаю в следующую секунду. Он стянул через мою голову платье и отбросил его подальше, снова припав к моим губам и толкая меня куда-то назад, пока я не упёрлась в кровать.
Азраэль уже нависал сверху, упираясь коленом в матрас и терпеливо ожидая, пока я приму удобное для себя положение. Пока я двигалась к подушкам, я тянула его за собой, не желая и на секунду отрываться от его губ и постоянно ощущать тепло его рук. Прошли какие-то секунды, а одежда ангела уже была скинута на пол, сопровождаемая мягким шорохом.
Ощущения его рук по всему телу стали внезапно смещать остальные; его запах вытеснял воздух, а обжигающее дыхание заглушало все звуки, в том числе и кричащие удары сердца. Азраэль старался не передавать мне весь свой вес, даже зная, что раны больше не приносили мне болезненных ощущений, хоть и изредка занывали каждый раз, когда я напрягала мышцы живота или пыталась подняться. Я тянула его ближе, а он сопротивлялся, опираясь на локти у моих плеч.
Тёплые губы покрывали всю кожу моей шеи и плеч, и каждый раз их след горел на мне настолько яростно, что я могла безошибочно указать места на себе, которые посетили его уста. Я вскидывала голову всё дальше, позволяя ему целовать меня, а своим ладоням изучать его тело и не сильно выраженные — но всё ещё рельефные — мышцы.
— Уверена? — Спросил он, осторожно накрывая ладонью опоясывающие меня повязки. — Пока ещё может быть больно.
Я лишь сумела выдавить согласное мычание в очередном сплетении наших языков, но его обеспокоенный голос всё равно прорвался сквозь поцелуй:
— Просто позволь мне сделать всё самому. Если будет больно, скажи незамедлительно, хорошо?
— Хорошо, — выдохнула я, особо не вникая в смысл звучащих слов.
Наконец я ощутила его тело на своём и полностью отдалась ощущениям. Его руки проскользнули к моим бёдрам и слегка приподняли их, и тогда я обвила его талию своими ногами, в очередной раз ловя его губы в жадном поцелуе.
Тело будто ударило током, когда я ощутила тепло между своих ног, и тогда я прикусила его губу, испытывая напряжение всех своих мышц.
Я не помнила, когда в последний раз чувствовала нечто подобное, когда эти эмоции даёт тебе человек, который тебя любит, и эта любовь в кои-то веки оказалась взаимной и настоящей.
С уст вырывались тихие вздохи, сопровождаемые едва слышимыми стонами, как он оказывался внутри и входил всё глубже. Я хваталась за его плечи, прижимаясь всё ближе и занимая свои губы и зубы его ключицами, утопая в чувствах, представляющих собой удовольствие и тянущую боль.
Лёгкие были забиты его запахом, напоминающим нечто схожее со свежим земным воздухом, чистым и колючим, и горящим костром или пеплом. Потоки мыслей прерывались, вовсе останавливались, а затем и исчезли под давлением его имени, заполнившим всю голову. В горле застревали какие-то звуки: то ли слова, которые тяжело было сформулировать, то ли стоны, а может, это были последние, но с определённым смыслом.
Азраэль начинал двигаться медленно и не сразу, позволяя перевести дыхание и привыкнуть к нему. С каждым толчком он наращивал темп, принимая те стоны, что скатывались с моих губ, за одобрение и желание большего.
По телу разливался жар, через время формируя крошечные крупицы пота на лбу. Каждый раз, когда я старалась отвечать ему взаимностью и двигать бёдрами навстречу, игнорируя резкую боль под рёбрами, что просачивалась даже сквозь заклинания, Азраэль ладонью придавливал меня к кровати, не позволяя сдвинуться с места и что-то шепча мне на ухо в качестве предупреждения, однако его голос только сильнее разжигал во мне огонь; мне хотелось противиться, давать что-то взамен, а не просто принимать его любовь, но он не желал следовать моим прихотям.
Заставить своё тело принимать обездвиженное положение было тяжело, и я снова переключилась на поцелуи по его телу, до куда только могли дотянуться мои губы. Совсем скоро его белоснежная кожа на шее была покрыта спектром жёлтых оттенков и следами моих зубов, но, кажется, он не был против.
В животе что-то начало горячо переворачиваться, пуская вдоль ног мелкую дрожь и заставляя дыхание сбиваться в рванные вдохи. После ещё его пары толчков и низкого стона в мои губы, я в очередной раз ощутила тепло, и моё тело вздрогнуло, ближе прижавшись к нему.
Несколько секунд я осторожно дышала, не шевеля и мускулом, притягивая его ближе к себе своими коленями за поясницу. На голове, у линии роста волос я испытала теплоту его губ и какие-то слова, походившие на похвалу.
Азраэль не отпускал меня до тех пор, пока я сама не отняла свои руки от его плеч, после чего тот отстранился и опустился рядом со мной. Внутри я физически ощутила пустоту, но это чувство исчезла мгновенно, как только он сгрёб меня в своё объятие и в последний раз оставил поцелуй на моих губах.
— Ты как? — Спрашивал он, пустив руку по моей талии и новым перевязкам.
— Лучше быть не может. — Ответила я в его грудь. — Мы создали рабочее заклинание, смогли различить части души и... мы вместе. Поверить не могу.
Его пальцы, обхватившие мою нижнюю челюсть, слегка приподняли мою голову, и он меня поцеловал. Глубоко и мягко, словно давая обещание на нечто большее.
— «С постели вы встаёте для безделья,
А делом занимаетесь в постели»...
Внезапный голос заставил нас оторваться друг от друга и мигом принять сидячее положение. Я мгновенно сгребла пальцами одеяло, прикрываясь, а Азраэль вытянул руку в мою сторону, инстинктивно защищая меня от незваного гостя.
В проёме стоял Лелиэль, спиной прижимаясь к косяку и складывая руки на груди. Его презрительный взгляд сквозь прямоугольные очки блуждал по нашим лицам, и мы снова ощутили себя провинившимися детьми. Его близнец оскалился, тогда как Лео выглядел сурово, но не разочарованно.
— Что, опять Шекспир? — Вздохнула я, когда промотала его слова у себя в голове во второй раз.
— Лео... — Выдавил Азраэль, совершенно не представляя, как объяснить то, что он видел.
На меня Лелиэль практически не смотрел, будто я вовсе не имела никакого значения, и я пока не понимала, как к этому относится.
— Можно тебя на пару слов? — Словно ядом ярости пропитав эти слова, сказал Лео и махнул головой в сторону выхода, после чего повернул в коридор сам.
— Я сейчас вернусь. — Пообещал Азраэль и стал стремительно слезать с кровати и подбирать с пола вещи, на ходу натягивая их на себя и закрывая за собой дверь.
Постель вдруг оказалась холодной и чересчур пустой.