Часть 130. Ангельские пули.
— В каком это смысле??? — Схватил он меня за плечи, чуть встряхнув. Его разноцветные глаза блуждали по моим, пытаясь прочесть там все ответы на вопросы, которые крутились у него в голове, а губы не могли сформулировать.
— Чё это было?! — Спрашивал Хаск, подойдя ближе вместе с остальными с не менее недоумёнными лицами.
— В прямом. Больше не появляйся у них. Пошли отсюда побыстрее.
— Что ты сделала? — Прищурился он и стрельнул глазами ко входу в клуб, будто опасаясь, что оттуда вот-вот выйдет разгневанный Валентино.
— Я же сказала: ты в отпуске. В довольно длительном. Пошли уже.
Я хотела сделать шаг вперёд, но Энджел не дал мне сделать этого, крепче стиснув плечи:
— Вал никогда не давал мне даже выходного вне графика. Ни разу! Что ты ему пообещала взамен?! — Не хотел он успокаиваться.
— Энтони! — Повысила я тон, перебив Хаска с Черри, захотевших вставить своё слово. — Ты можешь рассчитывать на меня. Вал больше тебя не тронет, и старайся не показываться ему на глаза. Пошли домой. Или в другой какой-то клуб — неважно.
— Моя душа принадлежит ему, я не могу сказать ему "Нет"!
— Значит, теперь можешь, а на счёт души не беспокойся. Убирайтесь отсюда, пока они не вышли.
— Мона, что ты сделала? — Внезапно оттолкнул Энджела Каин и взглянул на меня с неким презрением.
Я уже хотела возмутиться и даже вдохнула для очередного объяснения, но воздержалась.
— Ты что, убила его? — С едва скрываемой надеждой спросила Краймини.
— Нет же! За кого вы меня принимаете?! — Однако сразу после своего вопроса я получила вскинутые брови и многозначительные взоры. — Ладно, я поняла. Но я правда не сделала ничего плохого, поэтому давайте мы сейчас все коллективно...
Договорить я не успела: за спиной раздался грохот; вылетела входная дверь клуба, а когда мы развернулись, то увидели Валентино, чей взгляд рыскал по улице в поисках нас — и быстро обнаружил.
— Ты, сучка! — Выругался он, вынимая револьвер и нацеливая на меня. — Что ты сделала???
Хаск мгновенно закрыл собой Энджела и Краймини, растопырив ярко-красные крылья в стороны. В руках у Черри оказалась шрапнель, а Каин навострил свои возвращенные кинжалы. Энджел хотел протиснуться через Хаска с Черри, но те ему не позволили.
— Вал, я здесь, всё хорошо! — Пытался докричаться он.
— Энджел! Быстро сюда! — Рявкнул тот, одной из нижних рук указывая на землю под собой.
За спиной Валентино высыпали и Вокс с Вельвет, последняя держала за руку Веросику, и обе любопытствующе глядели на развернувшуюся на улице сцену.
Даст совершил очередную попытку протиснуться, но мы ему не позволили.
— Вы делаете только хуже! — Яростно шепнул он. — Пропустите меня!
— Энджел... — Вновь процедил Вал, теряя терпение и целясь дулом в нашу сторону. — Я считаю до трёх. Раз...
Хаску и Черри пришлось придерживать демона за руки, чтобы тот не поддавался на провокации оверлорда.
— Два...
— Энджел, он тебя не тронет, стой смирно. — Обещала я, стоя перед ним и уверенно смотря в глаза Валентино.
— Последнее предупреждение, Энджел... — Но того ещё крепко держали.
— Вал, погоди, не надо, пожалуйста!
— Три.
Раздался выстрел. Грудь мгновенно обожгло, а затем кожей я ощутила нечто тёплое, одежда стала намокать. Я замерла, не в силах поверить в произошедшее.
— Дез!
Крик Каина заставил меня опомниться, и я обернулась назад, откуда Кей уже мчался в сторону Валентино. Послышался второй выстрел, и тогда Каина толкнуло назад, и тот завопил сквозь сжатые челюсти.
— Вал, подожди, нет! — Пытался остановить его Энтони, но это сделать уже было невозможно.
— Discede, — прошептала я всеми оставшимися силами под нос, а когда я захотела проверить, сработало ли заклинание, то обернулась.
За спиной было пусто. Не подстреленного Каина, не скалящего клыки Хаска, ни отчаянного Энджела... Никого из ребят здесь уже не было, и это слегка облегчило боль. Я опустила глаза вниз: на месте нижних рёбер растекалось бледно-золотое пятно, окрашивая платье в новый оттенок.
— Дездемона, что ты творишь? — Произнесла Вельвет, сверля меня своими алыми глазами.
— То, что надо. — Тяжело дыша, ответила я.
Вокс и Веросика перебрасывали поражённо-вопросительные глаза с одного на другого, но всё ещё не понимали, что только что произошло. Валентино скалился, снова целясь на меня.
— Кто ты такая? — В очередной раз проскрежетал он.
— Ваше спасение или смерть. Одно из двух.
Я в последний раз скользнула взором к Вельвет, однако та продолжала растерянно глядеть на меня, пытаясь осознать мои слова.
— Ты об этом пожалеешь... — Прошипел оверлорд и снова выстрелил в тот момент, когда я уже обращалась в сгусток серого дыма.
В своей комнате я мгновенно свалилась на пол, прильнув спиной к подножью кровати и тяжело дыша. Я не знала, принесут ли эти пули мне серьёзного вреда, но обжигающая боль всё ещё сверлила грудь, сдавливая органы.
Дышала я быстро и рвано, не в силах сделать один глубокий вдох. Я спустила с плеч лямки платья и потянула его вниз, оголяя верхнюю часть тела я разглядывая два зияющих отверстия, из которых потоком сочилась кровь. Мысли разбегались, и мне стоило приложить кучу усилий, чтобы сосредоточиться на застрявших в теле пулях.
Собственного дыхания я не слышала, точно погружалась в воду, и в глазах начинало темнеть.
Я ведь не могу умереть, верно?
Я начала сомневаться, а кровь продолжала стекать по животу и бедру, уже вырисовывая небольшую лужицу подо мной. Я попыталась прижать руку к ранам, но сделала только больнее.
Мысли не вязались, хоть я и отчаянно пыталась вспомнить какое-нибудь подходящее заклинание. От простой стали ничего бы не случилось, я бы даже, возможно, не реагировала так остро, но эта сталь ангельская, и была сделана, чтобы уничтожать души.
— Я так не закончу... — Пообещала я себе, выдавливая языком первое заклинание, о котором вспомнила.
Боли я больше не ощущала, однако глаза сами по себе закрывались, а дыхание замедлялось, точно я погружалась в глубокий сон. Рука была влажной, одежда — липкая и мокрая, слегка блестела на вечернем свету, пропуская волны крови.
Мысли совсем растерялись, и я не могла вспомнить не только заклинания, но и простые слова.
Перед тем, как мои глаза закрылись окончательно, перед глазами померещился Азраэль, и мои губы накрыла облегчённая улыбка, а пальцы, испачканные едва золотевшей кровью, уже тянулись к призрачному лицу передо мной, уже ставшему белым пятном на фоне тёмно-вишнёвых стен.
Мне даже послышалось, что кто-то зовёт меня по имени, но я не могла расслышать дальнейших слов, погружаясь в некую темноту, в которой загорелась пара красных глаз, хмурящихся, недовольных...
... предупреждающих...