Часть 128. Клуб.
Энджел лишь пожал плечами и снова вернул внимание экрану своего телефона, приняв лежачее положение и кладя голову на ноги Хаска. Тот тут же запустил лапу в его волосы, припав губами к бутылке виски.
Мы с Азом переглянулись, однако тот тоже повёл плечом, и мы вместе сели на диван, наблюдая за завязкой сюжета. Я испытала на себе пристальный взор Аластора, но решила не обращать на него внимания, хотя по коже пробежал холодок. Чуть позже вышел Каин, качественно отыграл свою роль в последних строках, а затем поклонился и на этом трагедия закончилась под аплодисменты зрителей и свист Черри.
— В следующий раз, — вдруг заговорила Ниффти, обращаясь к нам, — вам лучше прийти до ваших смертей.
— Мы говорим о трагедии или о реальности? — С издёвкой спрашивал Азраэль.
Девушка сузила взгляд на широченной улыбкой:
— Я пока не решила.
— Есть какие-то сцены, где нужно прогнать с нами? — Вмешалась я.
— Мне немного непонятна концовка, именно поведение Отелло. Мы можем это повторить? — Спросила Чарли, поворачиваясь к Азраэлю.
— Конечно, принцесса.
— Если кому-то непонятно что-то ещё, можете остаться, остальные свободны.
Все как один поднялись с дивана и кресел и быстро покинули гостиную, осталась только Блонди с Вегги и Бакстер с Ниффти. Последний с измученным видом что-то печатал на переносном ноутбуке, а Вегги едва удавалось держать глаза открытыми, упирая голову на руку.
Ребята стали играть, а я, будучи уже мёртвой в трагедии Дездемоной, наблюдала за ними, а в особенности — за Азраэлем. Я закинула локти на спинку дивана и положила на них голову, оглядывая ангела с ног до головы и частенько задерживая взгляд на его улыбке или глазах, не замечая, как сияют мои собственные.
***
— Значит, ты смог найти решение? — Спрашивала я у Азраэля, заходя с ним вместе в портал, ведущий в мою комнату.
Репетиция продлилась не больше двадцати минут, а после этого Аз ещё некоторое время убеждал Ниффти, что репетиция танца не нужна, и мы всё прекрасно помним.
— Да, — отвечал он, закрывая кольцо. — Теперь мы занимаемся составлением заклинаний, а на репетиции будем спускаться в случае крайней необходимости.
— Отлично.
— Я постараюсь приходить пораньше, может, по утрам или днём тоже. Вскоре остальные Высшие начнут замечать, что я пропадаю в определённые часы. Лучше не давать им лишнего повода обвинять меня в чём-то.
Улыбка погасла на моих губах, но на его она только зажглась, пусть даже и не самая убедительная.
— Расслабься, всё в порядке.
Азраэль приблизился на полшага и оставил лёгкий след своих губ на моём лбу. Я не упустила момента и обвила его талию, прижимаясь к нему в объятии и чувствуя, как его руки легли на мою спину и как его губы оставляют очередной поцелуй на мох волосах. Лицо загорелось от смущения, но и отпускать его не хотелось.
— Не забывай отдыхать. Повеселись с ними, сходите в какой-нибудь клуб или что здесь популярно? Тебе, наверное, эти сигилы уже везде мерещатся, да?
— И не только они, — выдохнула я, отстраняясь. — Я... возьму перерыв, может, он действительно не помешал бы мне.
— Вот и славно. Доброй ночи.
— Пока...
Азраэль одарил меня слабой усмешкой и, шутливо поклонившись, шагнул за золотую окружность, обхватываемую огнём. Одиночество снова объяло меня всю, и я поспешила завалиться в кровать и поскорее впечататься в сон.
Но даже там меня мучали кошмары и новые крики.
На следующий день я спустилась на завтрак, чем удивила большую часть здешних грешников. По просьбе Азраэля я попыталась провести с ними больше времени, участвуя в беседах, а потом и на каком-то очередном упражнении, на котором мы разбирали детские страхи и их последствия.
Брятья дела Морте, Энджел и Арахнисс, рассказали о своём абьюзивном отце и о том, как он их уже в десятилетнем возрасте заставлял стрелять в людей, которых вывозили в лес и давали форы в несколько секунд, чтобы потом начать на них охоту. Краймини поведала о пьющей матери, а Хаск о нелюбящих родителях, которых он едва вспомнил. Ниффти отказалась что-либо говорить, как, в прочем, и Бакстер. Черри ещё в детстве увлекалась зажигалками и самодельными бомбочками. Ей пришлось научиться их делать самой, когда на неё однажды напали. Когда Вегги у неё спросила, не лучше было бы воспользоваться ножом, Черри ответила, что взрывчатка интереснее. Вегги ограничилась фактом, что у неё было детство без родительской любви и в бедности, на что Каин рассмеялся и сказал, что ему это знакомо. Аластор, в отличие от остальных, напротив, рассказал, насколько у него была прекрасная жизнь и чудесное детство с матерью. Я знала, что тот лжёт, но говорить ничего не стала. Когда очередь дошла до меня, я решила поделиться лишь частью и рассказала, как меня заставляли только учиться и причинять боль.
Обед я провела с ними, и там Черри упомянула, что они хотят пойти в клуб неподалёку отсюда, а затем незамедлительно пообещала Ниффти, что они вернуться до репетиций.
— Можно с вами? — Выпалила я неуверенным голосом, после которого Черри со своими друзьями замерла и ещё несколько секунд молча моргала, а затем и вовсе расплылась в ухмылке.
— Мне не послышалось? — Переводил неоднозначный взор Энджел с Черри на Хаска и обратно.
— Ты хочешь пойти... в клуб? Ты? — направил на меня свой коготь Хаск.
— У вас с Азраэлем всё хорошо? — Задала вопрос Краймини.
— Причём здесь он? — Уставилась я на девушку. Та приоткрыла рот, а после, не найдя ничего для ответа, снова закрыла и уставилась в телефон.
— Ладно, — с вызовом сказала Черри, — пить-то хоть умеешь?
— Я прожила семь тысяч лет. — Вышнула я боовь. — Но я пью только по поводу.
— Придётся переучиваться, — ухмыльнулся Энджел, продолжая трапезу.
На его заявление я ничего не ответила. Даст предложил повеселиться и остальным, но Чарли с Вегги отказались из-за работы, Ниффти и Бакстер оправдались тем, что у них незаконченное дело в лаборатории, а Аластор намеренно их проигнорировал, исчезнув тенью в воздухе. Сперва Каин и Арахнисс тоже хотели присоединиться, но потом приняли решение отказаться. Арахнисса отец вызвал к себе, а Каин сказал, что хочет остаться в отеле, однако Энджел его уговорил.
Идти было недалеко, но с каждым шагом мне всё больше хотелось вернуться назад и снова сесть за сигилы; у меня всё никак не выходило избавиться от давящего чувства вины из-за траты времени на клубы, однако я всё равно шла и отвечала о своей жизни, когда те спрашивали, почти сразу задавая им вопросы об их.
Каин держался рядом, чуть веселее обычного и принимая участие в разговорах. Меньше чем через четверть часа мы дошли до первого заведения и ступили внутрь. Почти сразу Даст замер и несколько секунд не сдвигал мёртвого взгляда с одной точки, после чего захотел уйти, и причину я разглядела не сразу, а суть поняла только после того, как увидела в толпе Вельвет с её друзьями и какой-то фигуристой девушкой с розовой кожей, чьи губы она накрывала с особой страстью.