Часть 64. Полет свободы.
Тёплый воздух всё ещё спадал с бетонного выступа, однако каждый порыв ветра становился всё холоднее, пробираясь под ткани пиджака прямо к коже. Голова до сих пор покалывала, вынуждая часто моргать и щуриться, поэтому я решила просто закрыть глаза, позволяя боли окутать меня и наиграться со мной вдоволь. Противостоять ей я всё равно не могла, да и это было бы невозможным.
Времени я потеряла счет. Не знаю, задумывалась ли до самого сна, или просто сидела на холодном бетоне, бесконечно проваливаясь в душащую темноту, но, когда я распахнула веки, мне показалось, что уже прошла вечность.
Голова так же ощущалась тяжёлой, однако это уже не мешало мне шевелиться и не сковывало движения. Я поднялась с пола, стряхнула с себя пыль и забралась на возвышенность, оказываясь прямо на краю отеля. Воздух наполняли звуки автомобильных сигналов, шорох колёс, какафонии смешавшейся музыки и тому подобное. Город жил после смерти.
Казалось, я могла бесконечно наблюдать за жизнью после смерти. В городе я была всего один раз, да и то не было достаточно, чтобы узнать, как живут здесь. С первого взгляда та же Земля, а если приглядеться: волшебство, иерархия, души, магические существа. Почти сказка, только для взрослых.
Я знала, что здесь они почти бессмертны. Для ни это большие возможности: жить бесконечно, пробовать новое каждый раз, ничего при этом не теряя, а если им надоест... Думаю, найти ангельскую сталь здесь им не проблема. Можно просто нарваться на случайного видного грешника в неблагополучном районе.
Я сама же усмехнулась последней мысли. Неблагополучный район.
Это ведь неблагополучный мир. И всё же мне казалось, что и здесь есть улицы, по которым лучше не ходить да и вообще не думать о них.
Интересно, раз они бессмертны, то и...
А что, если...
Я отвернулась от города, устремила взгляд на пустынную крышу и вишнёвое небо. Я набрала полные лёгкие воздуха и совершила один шаг назад. В желудке всё перевернулось, и внутри разлился страх, но тот был быстро подавлен. Спина неслась в землю, волосы уносились вслед порывам воздуха, как и конечности, а оставлять веки открытыми становилось очень тяжко. Но закрывать их нельзя. Хотя... Почему бы и нет?
Падение с закрытыми глазами ощущалось настолько прекрасно, что оно почти полностью вытесняло ту боль, что терзала меня несколько часов, судя по собственным ощущениям. А в полёте... я чувствовала свободу.
Я всегда чувствовала себя так прекрасно в моменты между жизнью и смертью. Тот коротенький миг, когда я точно знала, что сейчас будет очередной конец.
Но это чувство всегда ощущалось ничтожно коротким.
Я уже предчувствовала эту фантомную боль разбитой головы, я почти слышала хруст своего черепа. Через долю мгновения это должно было произойти, по собственным расчётам.
Но никакой твёрдости я не ощутила, а просто замерла в воздухе.
Я открыла глаза: от меня исходило золотое свечение, и руками я опёрлась о невидимую поверхность, чтобы приподняться и принять сидячее положение. До земли оставалось приблизительно полметра, но что-то меня удерживало от краха.
— Ты что творишь?
Я подняла голову к выходу отеля на невозмутимый голос.
Азраэль стоял под козырьком с сигаретой в зубах и глядел на меня с нескрываемым удивлением вперемешку с озадаченностью. Его коса была вытянута в мою сторону, и, как я догадалась, именно её волшебное поле удерживало меня от встречи с землёй.
— Я думала... что ты... ушёл. — Обескураженно проворковала я.
— Ну да, — просто ответил он с вопросительно выгнутой бровью, — но потом решил вернуться и провести здесь последнюю репетицию, Ниффти там не оказалось — я вышел на перекур. А... ты что делаешь? — напомнил он о своём вопросе, казалось, совсем не понимая, зачем я спрыгнула с крыши отеля. Будто самоубийство не было одним из предположений.
Я не знала, что ответить, до сих пор сидя на золотистом свечении окружности.
— Ты что, хотела... умереть? Ты ведь знаешь, что ты бы не умерла так, верно? Грешники ведь бессмертны.
— Тогда зачем ты меня поймал? — Задала я ему встречный вопрос.
— Мне бы не хотелось видеть здесь размозжённое тело. И вообще, это был рефлекс.
Он пожал плечами, и я почувствовала, как щит подо мной стал опускаться. Я быстро свесила ноги и встала за землю, на которой сейчас должны были быть мои останки.
— Рефлекс? Как часто ты ловишь падающих с крыш людей?
Лицо Азраэля помрачнело. Пару раз элегантно крутанув косу, он заставил её исчезнуть в своей ладони, после чего тот прильнул спиной к столбу и вынул сигарету из губ.
— Чаще, чем ты думаешь.
— Мне правда казалось, что ты ушёл.
На мои слова он не ответил и никак их не прокомментировал. То ли не счёл нужным, то ли не знал, что сказать. Он совершил ещё одну затяжку, вдруг хмыкнув.
— И часто ты падаешь с крыш?
— Чаще, чем ты думаешь.
Мои губы накрыла ухмылка, однако под ней прятались слова и воспоминания о том, что падение частично было моим хобби. Оно помогало мне ощутить себя живой и по-настоящему свободной. Хоть и на ничтожные мгновения.
Мой ответ позабавил Азраэля.
— Я даже не знаю: это смешно или печально.
— Я не против того, чтобы ты опечалился. — Переплела я предплечья.
— Это значило бы, что я за тебя переживаю.
Он ухмылялся, внимательно наблюдая за моей реакцией и докуривая сигарету. Окурок он сжёг в огне, вызванном обычным щелчком.
— Ну, учитывая, что ты спускаешься сюда... Каждый день... Ради меня... Следишь за мной и тому подобное. Да я начинаю набирать здесь популярность!
В его взгляде промелькнуло удивление, однако улыбка с его лица не стёрлась.
— Да ладно! Так на твоей спине мишень нарисована не только для меня?
Я замолчала, пытаясь определить как можно скорее, сболтнула ли я лишнего. Нужно ли знать ему, что Каина подослал Азазель? Отразится ли это как-то на его отношении ко мне? Уйдёт ли он после этого? Поразмышляв ещё несколько долгих секунд, я снова подтянула уголок губ:
— Я, оказывается, довольно востребована в этих кругах.
— Да брось, кого ещё ты могла привлечь? Да и чем?
Я театрально состроила оскорбившийся вид.
— Хотя бы своей харизматичностью!
— Да чего странные люди, эти грешники, — усмехнулся он в сторону.
— Да и падшие тоже. — Невзначай бросила я, — и тогда Азраэль вдруг замер, неспеша возвращаю голову на место. Теперь он оглядывал меня изучающим взором.
— За тобой наблюдает кто-то из падших? — Тихо, словно боялся, что нас услышат, спросил он.
— Тебя это не касается, — бесстрастно бросила я, испытывая резкую перемену настроения. — Тебя вообще ничего из этого не касается. Уходи, Азраэль. Возвращайся к своей прежней жизни и оставь меня тем, кому я буду по зубам. Прощай.
Я стала проходить мимо него прямо ко входным дверям. Моя рука схватилась за ручку дверей, но пока не дёргала её. Машинально я обернулась назад: Азраэль смотрел куда-то вдаль, обнимая свои плечи.
Ручка двери снова приковала мой взгляд. Я не знаю, зачем только что оглянулась: может, чтобы попросить его в очередной раз, чтобы он исчез, пока не сломает жизни нам обоим, может, чтобы пустить ещё одно колкое замечание в его сторону, может, чтобы просто встретиться с его чёрными глазами и...
Мысль оборвалась.
Мотнув головой, я быстро скрылась в отеле.