Щенок

Юнги тихо вздохнул и снял наушники. Когда он успокаивал Чонгука, то думал, что все получится. Или, скорее, надеялся. Но на самом деле прошел месяц, он вернулся в университетскую библиотеку, чтобы заняться исследованиями, но не мог перестать думать о Чонгуке.

Он уверял своего парня, что переписки будет достаточно, а теперь сам скучал по Чонгуку. Очень сильно. Когда он был рядом со своим волком, то чувствовал себя таким умиротворенным. Довольный собой и миром.

Нельзя сказать, что сейчас все было плохо, но все равно не так хорошо, как дома, рядом с Чонгуком. И он скучал. По многим причинам. Потому, что он не мог прижаться к нему... не мог поцеловать, хотя Юнги никогда особо не скучал по партнерам. Но он также скучал по Чонгуку в его волчьей форме. По тому, как он играл на улице. По энергичности. Ему не хватало возможности провести пальцами по шерсти.

Теперь у него ничего из этого не было. Все, что у него осталось, — это частые телефонные звонки с Чонгуком, который старался звонить Юнги хотя бы раз в день. И это было приятно, ведь он мог слышать голос Чонгука, который с воодушевлением рассказывал ему о том, как прошел его день, но это было не то же самое, что видеть и по-настоящему чувствовать присутствие полюбившегося человека.

Что-то в том, что Юнги слышал только голос, угнетало его. Потому что ему хотелось обнять Чонгука, но сейчас это было невозможно.

Рядом с ним зазвонил телефон. Юнги поднес его к лицу, чтобы прочитать сообщение от Хоби. В нем не было ничего особенного. Просто фотография утки, их старая шутка.

Когда он уже собирался положить телефон на место, то заметил еще одно сообщение, которое, вероятно, пропустил. Оно было от Чимина.

Открыв его, он не смог сдержать улыбку, расплывшейся по лицу.

Чимин
Сейчас я иду в книжный магазин с твоим парнем

Чимин
Могу украсть его, если захочу; p

Чимин
До сих пор не могу поверить, что ты нашел этого милашку раньше, чем я успел его заполучить ._.

Чимин
Это несправедливо

Юнги
Ты можешь попробовать украсть его

Юнги
Только сомневаюсь, что тебе удастся

Чимин
Я знаю

Чимин
Насколько это мило?

Чимин
Парень, который не стал бы изменять, даже если бы его любовником был я

Чимин
Я его не понимаю

Юнги
Будь с ним поласковее

Юнги
И передай ему, что я скучаю

Чимин
Фу, не используй меня как посыльного для своих любовных воркований

Чимин
А теперь я уберу телефон

Чимин
Нужно угостить эту милашку кофе

Юнги ревновал. Не потому, что его беспокоило возможное развитие отношений между его другом и его парнем. Он прекрасно помнил, как Чонгук называл Чимина тараканом до их знакомства.

Нет, он завидовал, потому что Чимин мог просто пойти в соседний дом и потусоваться с Чонгуком. Юнги задавался вопросом, не подозревает ли Чимин, что Чонгук может оказаться оборотнем. Парень, вероятно, не очень хорошо умел хранить секреты, тем более у него не было другого адреса, кроме сарая Юнги. Так что да, он во многом был подозрителен.

Но, с другой стороны, он не думал, что Чимин вообще о чем-то задумывается, так что, возможно, это не проблема.

Он собрал вещи и вскоре вернулся в общую квартиру. Намджун в это время лежал на диване и смотрел телевизор. Юнги помахал другу, когда вошел и снял куртку.

— Как прошел твой день? — спросил Намджун, не отрываясь от фильма. — Лазанья в холодильнике. Ее нужно немного подсолить, но в остальном она довольно вкусная.

— Спасибо, — Юнги поставил сумку у двери и направился на кухню. — И у меня день прошел неплохо. В библиотеке сегодня было довольно пусто.

Он открыл холодильник, достал из одного отделения остатки лазаньи и поставил их в микроволновку.

— Где Хоби? Он тоже скоро вернется?

Намджун пожал плечами.

— Он мне ничего не сказал. Думаю, он встречался с друзьями сегодня днем, но понятия не имею, когда он вернется домой.

Юнги издал звук, который можно было расценить как утвердительный, и принялся ждать, когда сработает таймер на микроволновке. Как только на кухне раздался тихий сигнал, он взял лазанью и устроился на диване рядом с Намджуном.

Они смотрели какой-то фильм, который Юнги раньше не видел, но ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что произошло до его прихода. В какой-то момент телефон в кармане завибрировал, и он достал его. На этот раз ему звонил Чонгук.

Он извинился и ушел в свою комнату, где взял трубку.

— Привет, Чонгук-и.

— Привет, — мягкий голос Чонгука окутал его волной спокойствия. — Чимини сказал тебе, что я сегодня с ним встречался, верно?

Юнги кивнул, а потом вспомнил, что его не видят.

— Он сказал. Как все прошло?

— Это было очень весело. Сначала он купил мне карамельный латте... он был таким сладким! Мне очень понравилось! А потом он повел меня в книжный магазин... это было скучновато, потому что я не мог прочитать то, что там было написано, из-за чего мне приходилось делать вид, что мне интересны книги, хотя я на самом деле ничего в этом не понимаю. Но потом Чимин начал читать вслух... и снова стало довольно весело, — он на мгновение замолчал, а когда заговорил вновь, но его голос стал чуть тише. — Я бы хотел, чтобы ты тоже гулял с нами... Я очень скучаю по тебе. Когда тебя нет рядом, мне как будто не хватает части меня.

Юнги практически слышал, как Чонгук нахмурился.

— Я знаю, что ты говоришь искренне, но это такая банальная фраза.

Он усмехнулся и, как и во многих других телефонных разговорах до этого, пожалел, что Чонгук не рядом... чтобы он мог провести руками по волосам своего парня.

— Я тоже по тебе скучаю. Очень грустно, что тебя нет рядом.

Он поиграл с завязками на толстовке с капюшоном.

— Я скоро приеду к тебе. Еще месяц или два, и я смогу вернуться.

Чонгук вздохнул на другом конце провода.

— Я не хочу ждать еще месяц... от кровати больше не пахнет тобой. Тебе нужно снова наполнить своим запахом весь сарай. Без него так пусто. Возвращайся раньше. Какое тебе дело до университета? Ты только и делаешь, что целыми днями пялишься в компьютер.

Юнги усмехнулся, заметив, что Чонгуку явно не нравится университетская жизнь.

— Прости, щенок. Я правда не могу вернуться.

Чонгук прищелкнул языком, но понял, что попытки убедить ни к чему не приведут. Поэтому он сменил тему.

— Каково это — жить в Сеуле? Чем ты занимаешься целыми днями?

Юнги поерзал на кровати, поправляя подушку, пока не устроился поудобнее у стены рядом с кроватью.

— На самом деле ничего особенного. Сегодня я занимался в библиотеке. Но город красивый. Здесь можно попробовать все, что угодно. Кажется, что здесь бесконечное количество кофеен и магазинов одежды. И людей здесь гораздо больше.

— Сколько? — с любопытством спросил Чонгук, его голос прозвучал чуть выше обычного.

— Больше, чем ты можешь себе представить, — просто ответил Юнги, прекрасно понимая, что цифры вряд ли помогут представить, сколько здесь на самом деле людей.

— Больше, чем я видел сегодня? — спросил Чонгук с явным восхищением в голосе. Юнги почувствовал, как тепло разливается по телу от груди до кончиков пальцев.

— Намного больше. Сеул огромен.

Он усмехнулся и закрыл глаза. Если бы он мог, то представил бы, что рядом с ним Чонгук.

Он услышал шорох простыней, что, вероятно, означало, что Чонгук в сарае и сидит на кровати. Боже, он практически видел перед собой этого парня. С его приветливым, теплым взглядом и радостной улыбкой. Юнги был так чертовски влюблен.

— Как дела с... Хосоком? — спросил Чонгук немного неуверенно.

— Теперь намного лучше. Ты... помогаешь. Очень. Раньше мне было больно на него смотреть. Я знаю, что между нами все нормально и что встречи не должны причинять боль, но все же было больно. Но теперь все иначе. Я нашел кое-что получше... кое-кого, с кем мне очень хорошо. Кое-кого, у кого нет проблем с обязательствами... На самом деле все совсем наоборот.

Юнги услышал звонкий смех Чонгука на другом конце провода, и от этого в комнате стало еще светлее.

— Думаю, у меня действительно нет таких проблем. Я рад, что ты не против моей навязчивости... Я знаю, что звонить каждый день — это уже перебор, но...

— Это не так. Я очень скучаю по тебе и рад, что могу слышать твой голос каждый день. Это дает мне надежду на весь день.

Он вздохнул и убрал челку с лица.

Он понятия не имел, как бы он себя чувствовал в сложившейся ситуации, если бы они не созванивались. Даже несмотря на то, как часто они общались, он чувствовал себя одиноким. Хотел бы он чаще слышать Чонгука...

— Для меня тоже! Я тоже с нетерпением жду возможности позвонить тебе! — весело воскликнул Чонгук, но тут же снова погрустнел. — Хотя было бы проще не знать, когда ты появишься... Я мог бы надеяться каждый день. Сейчас я просто стараюсь, чтобы время шло как можно быстрее, потому что я хочу снова тебя увидеть.

— Прости.

Юнги не понимал, за что извиняется. Может быть, за то, что ему вообще пришлось уехать. Чонгук считал его частью своей стаи... своей семьи. Он считался еще ребенком, когда дело касалось отношений, и Юнги просто оставил его одного, когда Чонгуку нужно было все внимание, которое он мог получить. Вся любовь, которую Юнги мог подарить.

Ему казалось неправильным оставлять Чонгука в его родном поселке.

— Не извиняйся. У тебя своя жизнь... Я ворвался в нее и запечатлелся на тебе без твоего согласия.

Чонгук усмехнулся, но Юнги понимал, что он все еще грустит.

— Должен признаться, я не против, — заверил он, прислонившись головой к стене. — Я имею в виду, что я не лучше. Я так сильно по тебе скучаю, что готов сесть на поезд и вернуться к тебе, невзирая на последствия.

— Пожалуйста, сделай это.

Он знал, что Чонгук не шутит.

— Я не могу. Хочешь прислать мне селфи? Я скучаю по тебе.

— Только если ты тоже... Я хочу все твои фотографии!

Юнги снова почувствовал, как у него в животе разливается тепло.

— Это уже слишком, но я могу отправить селфи.

— По рукам.

И Чонгук просто завершил звонок. Юнги усмехнулся, вероятно, ненамеренно, и сделал приличное селфи. Не то чтобы он был слишком доволен результатом, но, по крайней мере, он знал, что Чонгуку понравится, как бы плохо оно ни выглядело.

По крайней мере, так он думал, пока не открыл фронтальную камеру и не обнаружил, что не хочет делать селфи прямо сейчас. У него были слишком заметные мешки под глазами, щеки выглядели более пухлыми, чем обычно, и он демонстрировал все те ужасные черты, которые проявляются, когда решаешь сделать селфи в неподходящий момент.

Поэтому вместо этого он выбрал фотографии из галереи, чтобы отправить их Чонгуку, потому что ему было очень неловко из-за своей нынешней внешности.

Но Чонгук еще не закончил, когда Юнги открыл их чат, который был практически пуст, если не считать спама из эмодзи, который Чонгук когда-то ему отправил. Вероятно, он все еще возился с камерой телефона.

Как только фотография Чонгука появилась на экране телефона, тот снова завибрировал. На дисплее отображался еще один входящий звонок. Юнги сразу же ответил.

— Это не нынешняя? — сразу же спросил Чонгук. — Я ведь тебя не беспокою, верно?

— Нет-нет, вовсе нет. Это старая фотография. Я сейчас в своей комнате... и я не против, если ты будешь звонить мне в течение дня.

Он закрыл экран вызова, чтобы посмотреть на фотографию Чонгука. Его немного раздражало то, что телефон автоматически исправлял мелкие недостатки.

Ему нравилось, как Чонгук выглядит естественно, без всяких фильтров. Да они ему и не нужны были.

— Ты выглядишь очень мило. Это была плохая идея. Теперь я еще больше по тебе скучаю.

— Я не могу скучать по тебе сильнее, чем уже скучаю... — Юнги снова услышал шорох. — Как бы я хотел, чтобы ты оказался здесь... как же сильно я этого хочу.

— Еще немного. Нам просто нужно потерпеть еще немного...

Когда звонок закончился, Юнги обнаружил, что сидит в полной тишине. Единственным звуком, который он слышал, было тиканье аналоговых часов на прикроватной тумбочке.

В комнате внезапно стало намного холоднее, чем за несколько секунд до этого, когда он слушал голос Чонгука, и Юнги снова осознал, что на самом деле значит быть одиноким.