Щенок

— Клянусь, в этот раз я вернусь раньше. Наверное, зимой, — пообещал Юнги, наблюдая за тем, как Чонгук прыгает перед ним, бегая по кругу и возбужденно виляя хвостом.

— Иди сюда, большой мальчик.

Юнги ухмыльнулся, садясь, и Чонгук тут же напрыгнул на него. Оба повалились на землю, где волк начал активно лизать его лицо. Юнги рассмеялся, и Чонгук, конечно же, лизнул его в губы, как делал уже много раз.

— Обещай, что будешь хорошо заботиться о себе и вернешься, как только я снова появлюсь, — тихо попросил Юнги, хватая Чонгука за холку и с энтузиазмом гладя по ней. Волк лизнул его в нос, затем в щеку и, конечно же, в губы.

Юнги вздохнул.

— Если ты не придешь, мне будет очень грустно, ясно?

Чонгук уткнулся носом ему в ухо и засопел.

В груди у него слегка защемило при мысли о том, что он не увидит Чонгука полгода, а возможно, и вовсе больше никогда. Он встал.

— Мне нужно идти... Иначе я могу опоздать на поезд.

Чонгук грустно всхлипнул и приподнялся на задних лапах, опираясь передними на грудь. Юнги притянул его в свои крепкие объятия. Они так и стояли, пока волк медленно и немного нерешительно не опустил голову на плечо и снова не начал скулить.

— Ты сегодня в ударе, да? — поддразнил Юнги, трепля мягкую шерстку, прежде чем погладить по спине. Видимо, Чонгуку надоело обниматься, потому что он вывернулся из рук и снова начал облизывать его лицо.

На пару секунд Юнги позволил ему это, а затем осторожно отстранил.

— Оке-е-ей, хватит.

Он тепло улыбнулся и поцеловал Чонгука в верхушку носа.

— Клянусь, ты хуже моего бывшего в плане проявления чувств.

Юнги встал, откинул волосы назад и огляделся.

Он будет скучать по этому месту. Особенно по Чонгуку.

— Прощай, дружище.

***

Пять месяцев спустя Юнги сидел в библиотеке колледжа. На улице шел снег, а он находился в теплом помещении, пил кофе, чтобы взбодриться, и кутался в широкий свитер, чтобы не замерзнуть, когда снова выйдет на улицу.

Зазвонил телефон, нарушив его вечную сосредоточенность на задании. Быстро оглядевшись и убедившись, что он никому не мешает, он отошел в свободный угол и взял трубку. Это была его мама.

— Юнги, милый! Как ты? Хорошо ли ты питаешься? — раздался голос на другом конце провода. Юнги улыбнулся, прислонившись к одной из полок.

— Я в порядке. А мой сосед по комнате заставляет меня есть всякий раз, когда у меня случается часовая вспышка вдохновения, так что и в этом плане у меня все хорошо. А как твои дела?

— О, у меня все хорошо. Просто немного грустно, что ты не приедешь домой на Рождество, — сказала она, после чего повисла долгая пауза. — Но я немного нервничаю. В последнее время много чего произошло. Судя по всему, здесь снова появились волки. Охотник подстрелил одного, но вся деревня боится отпускать детей в лес.

Юнги почувствовал, как у него упало сердце.

Охотник же не мог убить Чонгука, верно? Ни за что на свете.

— Эм, мам... Может, я все-таки приеду на Рождество. На самом деле у меня гораздо меньше дел, чем я думал, — быстро сказал Юнги, чувствуя, как сердце колотится в груди. Он очень надеялся, что это не Чонгук. Этот пушистый комочек стал ему как родной. И он обещал, что они еще увидятся.

— Серьезно? Это хорошая новость! Я передам твоему отцу. Он будет рад услышать, что ты приедешь.

Она радостно прощебетала что-то еще и тут же позвала мужа. Юнги улыбнулся, хотя в глубине души у него было неспокойно. А что, если Чонгук не придет?