Let's Dream...

Спустя несколько часов полёта.

Самолёт начал снижаться, и Джиа почувствовала, как уши закладывает от перепада давления. Она сжала руку Чана и посмотрела в иллюминатор.

Внизу, сквозь тонкую пелену облаков, уже виднелось море - бескрайнее, синее, с белыми барашками волн, которые разбивались о берег.

Горы поднимались прямо из воды, зелёные и величественные, а где-то между ними, словно драгоценный камень, лежал город.

- Мы прилетели, - прошептала Джиа, чувствуя, как внутри разливается волнение.

- Прилетели, - улыбнулся Чан, сжимая её ладонь. Его большой палец поглаживал её костяшки, успокаивая. - Ты дрожишь.

- Это от холода, - соврала она, хотя в салоне было тепло.

- Врёшь, - он усмехнулся, но ничего не добавил.

Они вышли из самолёта, и тёплый морской воздух ударил в лицо. Джиа глубоко вдохнула, чувствуя, как лёгкие наполняются свежестью.

В Корее уже было прохладно, близилась осень, а здесь пахло морем, солью и солнцем. Где-то кричали чайки, и ветер играл с её волосами, разбрасывая их по плечам.

Она остановилась на трапе, закрыла глаза и подставила лицо солнцу.

- Я никогда не была в Сочи, - сказала она, открывая глаза и поворачиваясь к Чану.

- Я тоже, - признался он, оглядываясь по сторонам. - Но мне уже нравится.

Они прошли в здание аэропорта, забрали багаж и направились к выходу.

Джиа оглядывалась по сторонам, рассматривая всё: высокие пальмы, яркие вывески, людей в лёгкой одежде.

Всё здесь казалось другим - более расслабленным, более тёплым, более живым.

У выхода их ждал мужчина с табличкой, на которой было написано её имя. Высокий, улыбчивый, в светлой рубашке, с тёмными волосами и солнечными очками на голове.

- Джиа? - спросил он, подходя ближе. - Я Хоён, шафер жениха. Софи просила встретить вас. Она очень ждала.

- Здравствуйте, - Джиа улыбнулась, пожимая ему руку. - Спасибо, что встретили.

- Это моя обязанность, - он улыбнулся шире, переводя взгляд на Чана. - А вы, видимо, тот самый счастливчик?

Чан чуть наклонил голову, улыбнувшись в ответ.

- Можно и так сказать.

Они прошли к выходу, где их ждал чёрный внедорожник. Хоён открыл заднюю дверь, и Джиа села внутрь, сразу же почувствовав запах кожи и свежего воздуха.

Чан сел рядом, и машина плавно тронулась.

Они ехали по широким улицам Сочи, мимо пальм, кафе, набережной, где гуляли люди. Джиа смотрела в окно, не в силах оторвать взгляд. Всё здесь было таким ярким, таким живым.

- Как долетели? - спросил Хоён из водительского кресла.

- Хорошо, - ответила Джиа. - Спали почти весь полёт.

- Это правильно, - усмехнулся он. - Сегодня будет много эмоций.

Спустя 30 минут

Машина повернула на узкую дорогу, которая пошла в гору.

За окнами замелькали высокие заборы, за которыми угадывались большие дома. А потом ворота открылись, и Джиа ахнула.

Перед ними стоял дом. Нет, не дом - целый дворец :

- Это... это дом? - выдохнула Джиа, прижимая руки к стеклу.

- Особняк семьи жениха, - улыбнулся Хоён. - Довольно известная семья здесь.

Джиа вышла из машины и замерла, не в силах пошевелиться. Она чувствовала себя героиней фильма, которая случайно попала в сказку.

Ветер играл с её волосами, а она стояла и смотрела на этот дом, пытаясь поверить, что это реальность.

- Невероятно, - прошептала она, и голос её дрогнул от восторга.

Чан подошёл к ней и встал рядом. Он тоже смотрел на дом, но его взгляд был направлен больше на неё. На то, как она улыбалась, как её глаза сияли, как она вся светилась.

- Мне кажется, ты влюбилась не в меня, а в этот дом, - сказал он с лёгкой усмешкой.

- А ты ревнуешь к дому? - она повернулась к нему, смеясь.

- Если честно - немного, - он взял её за руку. - Идём. Нас ждут.

Они подошли к входу, и дверь открылась до того, как они успели постучать.

Изнутри выбежала Софи :

- Джиа! - она бросилась к подруге и обняла её так сильно, что та пискнула. - Ты приехала! Ты не представляешь, как я рада!

- Я тоже рада! - смеялась Джиа, обнимая подругу в ответ. - Ты выглядишь просто потрясающе!

- А ты - влюблённой! - хитро подмигнула Софи, покосившись на Чана. - Так, знакомь меня.

- Это Бан Чан, - сказала Джиа, чуть смущаясь. - Чан, это Софи, моя самая лучшая подруга из Москвы.

- Очень приятно, - Чан вежливо поклонился. - Джиа много о вас рассказывала.

- Надеюсь, хорошее, - Софи улыбнулась, оглядывая его с ног до головы. - А это мой жених, Джихон.

Из дома вышел мужчина :

П

одойдя, он поклонился Чану.

- Привет, - сказал он по-корейски. - Меня зовут Джихон. Рад познакомиться. Софи рассказывала о вас.

- Бан Чан, - ответил тот, пожимая ему руку. - Приятно познакомиться.

- Я покажу Джиа дом, - Софи схватила подругу за руку и потянула внутрь. - А вы пока поговорите.

Мужчины остались у входа, а Софи повела Джиа по особняку.

Они прошли через огромную гостиную с высокими потолками и хрустальными люстрами, где стояли мягкие диваны и антикварный рояль в углу.

Потом через столовую с длинным столом на двадцать человек, через бильярдную и зимний сад, где росли цветы, которые Джиа видела только в фильмах.

- Это всё принадлежит семье Джихон , - рассказывала Софи, ведя Джиа за руку. - Они очень богатые, но при этом простые в общении. Я сначала боялась, думала, что они не примут меня. Но они оказались тёплыми, заботливыми. Они полюбили меня, как свою дочь.

- Ты счастлива? - спросила Джиа, останавливаясь у окна, из которого открывался вид на море.

- Очень, - Софи улыбнулась, и в глазах её блеснули слёзы. - Джихона я встретила в Корее, он работал в международной компании. Мы случайно столкнулись в кафе, он пролил кофе на мою сумку... - она рассмеялась. - Смешно, да? А теперь мы женимся. Я даже не думала, что такое возможно.

- А ты? - спросила Софи, беря её за руку. - Расскажи про своего Чана.

Джиа вздохнула и прислонилась плечом к оконной раме.

- Он особенный, - сказала она, глядя на море. - Мы работаем в одной компании, он айдол. Всё сложно. Мы скрываемся, боимся, что нас заметят. Но когда я с ним - я перестаю бояться.
Рядом с ним я становлюсь слабой. Он понимает меня, поддерживает, слушает. И это... это самое важное, что есть в моей жизни.

- Он прилетел с тобой в Сочи, - сказала Софи. - Это многое говорит, Джиа. Не каждый рискнёт.

- Я знаю, - прошептала Джиа. - Поэтому я хочу верить, что у нас всё получится.

Софи обняла её крепко.

- Получится, - сказала она. - Я чувствую.

Они пошли обедать. В столовой уже собралась семья Джихона: его родители, старшая сестра с мужем, младший брат, несколько близких друзей.

Все были одеты по-летнему, светло и празднично. Родители Джихона - мужчина с сединой в волосах и женщина в элегантном платье - встретили гостей с улыбкой.

- Добро пожаловать, - сказала мама Джихона на ломаном английском. - Вы - друзья Софи. Значит, наши друзья.

Джиа поклонилась, чувствуя себя немного неловко.

Джин сидел во главе длинного стола. Всё было очень по-европейски - приборы лежали в идеальном порядке, вино уже разлито по бокалам, а на столах стояли вазы с цветами.

Рядом с Джихоном сидел Чан, и они о чём-то тихо разговаривали на корейском. Джиа сидела напротив и то и дело ловила его взгляд.

Он улыбался ей, подмигивал, и от этих маленьких жестов у неё внутри всё переворачивалось.

- О чём они говорят? - шепнула она Софи.

- Джихон спрашивает, серьёзно ли он настроен, - улыбнулась Софи. - И Чан ответил, что очень.

Джиа почувствовала, как краснеет, и уткнулась в тарелку, делая вид, что очень увлечена салатом.

Обед прошёл в тёплой атмосфере. Родители Джина оказались на удивление приветливыми. Мама Джихона ,Ли Соён, расспрашивала Джиа о её жизни в Корее, о родителях, о мечтах. Джиа рассказывала, и видела, как глаза женщины становятся мягче.

- Ты смелая, - сказала Соён, когда Джиа закончила. - Уехать из дома в незнакомую страну, чтобы петь... Это требует большой силы.

- Спасибо, - ответила Джиа, чувствуя, как к горлу подступает комок.

В конце обеда папа Джихона поднял бокал.

- За наших гостей, - сказал он. - За Софи, которая стала частью нашей семьи. И за её подругу, которая прилетела из далёкой Кореи. Желаю вам счастья, любви и чтобы море всегда было тёплым!

Все выпили, и Джиа почувствовала, как лёгкое вино разливается по телу, разгоняя остатки напряжения.

После обеда Софи проводила их в комнату. Когда она открыла дверь, Джиа замерла на пороге.

Это была спальня огромного размера :

- Это ваша комната, - улыбнулась Софи. - Надеюсь, вам понравится.

- Понравится? - выдохнула Джиа, входя внутрь. - Софи, это... это невероятно!

Она подошла к окну и распахнула его. В комнату ворвался свежий морской ветер, и Джиа закрыла глаза, чувствуя, как он касается лица.

- Спасибо, - сказала она, оборачиваясь к Софи. - Это лучший подарок, который ты могла мне сделать.

- Вы заслуживаете этого, - Софи подмигнула и вышла, оставляя их вдвоём.

Джиа повернулась к кровати и, не выдержав, бросила рюкзак на пол рядом с чемоданом Чана и с разбегу упала на кровать.

Перина была мягкой, как облако, и она зарылась лицом в подушку, чувствуя, как тело расслабляется впервые за долгое время.

- Я не хочу отсюда уезжать, - пробормотала она в подушку.

Чан засмеялся, снял кепку и тоже лёг рядом. Кровать прогнулась под его весом, и он повернулся к ней на бок, подперев голову рукой.

- А мы не уедем, - сказал он. - Останемся здесь и будем жить на веранде.

- А как же битва с HYBE?

- Забудь о HYBE, - сказал он тихо. - Хотя бы на один день.

Она перевернулась на спину и посмотрела на него. Он был так близко - его глаза, его улыбка, его руки, которые лежали рядом с её плечом.

- Ты счастлива? - спросил он.

- Очень, - прошептала она.

- Тогда я тоже.

Они лежали на кровати, обнявшись, и смотрели в окно.

Море было бескрайним, небо - бирюзовым, и только облака медленно плыли куда-то вдаль.

Чан гладил её по голове, его пальцы перебирали её волосы, спутанные после полёта.

Он целовал её в макушку, в висок, в плечо, и каждый его поцелуй отзывался в ней теплом.

- Расскажи мне что-нибудь, - попросила она, прикрыв глаза.

- О чём?

- О себе. О чём-то, чего ты никому не рассказывал.

Чан задумался. Потом тихо начал:
- Когда я был маленьким, я боялся собак. Огромных. Я думал, что они хотят меня съесть. Однажды я увидел овчарку и залез на дерево. Сидел там час, пока мама не пришла. Я плакал, а она смеялась. Но когда появилась Берри , я перестал бояться.

Джиа приоткрыла один глаз.

- Ты? Боялся собак?

- Теперь уже нет, - он улыбнулся. - Но иногда, когда вижу большую, у меня внутри всё сжимается.

Она засмеялась, и он тоже засмеялся, чувствуя, как её смех передаётся ему. Они лежали и смеялись, как дети, и в этом смехе не было ни тревог, ни страхов.

- Теперь твоя очередь, - сказал он.

- Моя очередь?

- Расскажи что-то, чего никому не рассказывала.

Джиа подумала. Потом заговорила:

- Когда я первый раз приехала в Корею, я заблудилась в аэропорту. Не могла найти выход. Я плакала и не знала, что делать. И тогда одна женщина подошла ко мне и сказала: «Ты не бойся. Даже если ты потеряешься, ты всегда найдёшь свой путь». Я запомнила эти слова.

- Ты нашла свой путь, - сказал Чан.

- Я нашла тебя, - поправила она. - Это было лучшее, что могло случиться.

Чан притянул её к себе и поцеловал. Долго, нежно, вкладывая в этот поцелуй всё, что не мог сказать словами. Она ответила, чувствуя, как внутри разливается счастье.

Через час она встала, взяла пижаму и направилась в ванную. Чан остался на кровати, глядя в потолок. Он думал о ней, о её словах, о том, как она улыбалась.

Вдруг телефон завибрировал. Чан взял его и увидел на экране: «Джихё».

- Да Джихë ?

- Чан, - голос Джихё был серьёзным. - Я не смогу быть с вами до конца шоу.

- Что? - он сел на кровати. - Почему?

- У нашей группы стартовал тур, - сказала она. - Я вылетаю завтра утром. Всё, что мы готовили - теперь в твоих руках. Ты будешь главным.

- Но мы готовились с тобой...

- Знаю, - перебила она. - Но ты справишься. Минхо будет рядом. Я сказала ему, чтобы он взял на себя хореографию, а ты - всё остальное. Я верю в тебя, Чан.

- Спасибо, - сказал он, чувствуя, как внутри нарастает ответственность. - Я справлюсь.

- Береги Джиа, - сказала Джихё мягче. - Она тебя любит.

- Я тоже её люблю, - сказал он.

- Знаю, - она улыбнулась в трубку. - Удачи.

Она сбросила вызов. Чан положил телефон на тумбочку и закрыл глаза. Через пять минут дверь ванной открылась, и вышла Джиа.

Она была в пижаме :

На голове - полотенце, которое она держала, вытирая мокрые волосы. Капли воды стекали по её плечам, по ключицам, и на коже оставались мокрые дорожки. Она выглядела так расслабленно и естественно, что Чан невольно засмотрелся.

- Всё в порядке? - спросила она, заметив его сосредоточенное лицо.

- Да, - он улыбнулся. - Джихё улетает в тур. Я теперь главный.

- Мы справимся, - сказала она, подходя к нему и целуя в лоб.

Чан пошёл в ванную. Вода шумела почти час - он стоял под душем, думая о предстоящей битве, о HYBE, о том, что теперь вся ответственность лежит на нём. Но когда он вышел, все эти мысли исчезли.

Джиа сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в окно.

Когда она повернулась и увидела его, её глаза округлились, а щёки залились ярким румянцем.

Чан был в одних пижамных шортах. Мокрые волосы падали на лоб, капли воды стекали по груди, по прессу, и он выглядел как герой с обложки мужского журнала.

Джиа почувствовала, как внутри всё переворачивается.

- Что? - спросил Чан с усмешкой, подходя ближе. - Тебе нравится то, что ты видишь?

- Ты... - она засмеялась истерически, отодвигаясь на кровати. - Ты... сядь!

Она схватила стакан воды с тумбочки и выпила залпом, пытаясь успокоиться. Вода пролилась на подбородок, и она вытерла её тыльной стороной ладони.

- Я просто спросил, - сказал Чан с притворной невинностью, садясь рядом.

Он был так близко, что Джиа чувствовала его дыхание. Горячее, тёплое, пахнущее гелем для душа - свежее, морское, такое же, как Сочи за окном.

Его рука легла на её колено, пальцы чуть сжали кожу через ткань шорт. Она подняла глаза, и в них плясали искры.

- Ты знаешь, что я люблю тебя? - прошептал он.

- Знаю, - её голос дрогнул, но в глазах зажглось что-то новое. Что-то смелое, решительное.

- И я знаю, что ты любишь меня, - он провёл рукой по её щеке, и она закрыла глаза, чувствуя его тепло.

Но в этот раз она не стала ждать. Не стала позволять ему вести. Джиа открыла глаза, посмотрела на него в упор и, не говоря ни слова, взяла инициативу в свои руки.

Она подалась вперёд и поцеловала его сама. Сначала мягко, почти невесомо - пробуя, проверяя. Но когда он ответил, она углубила поцелуй, запуская пальцы в его мокрые волосы и притягивая его к себе. Её руки скользнули по его плечам, по груди, ощущая каждый мускул под влажной кожей.

- Джиа... - выдохнул он, отрываясь на мгновение.

- Тсс, - она приложила палец к его губам, заставляя замолчать. - Я хочу. Сама.

И она снова поцеловала его - на этот раз смелее, глубже, вкладывая в поцелуй всё, что копилось внутри неделями. Она прижалась к нему всем телом, чувствуя, как его руки обхватывают её талию, притягивают ближе.

Чан позволил ей вести - на мгновение.
Но он был слишком голоден, слишком долго ждал. Он перехватил контроль, переворачивая её на спину и нависая сверху.

Его губы скользнули по её шее, по ключицам, оставляя горячие следы на коже. Джиа выдохнула, запрокидывая голову и вцепляясь пальцами в его плечи.

- Я хочу тебя, - прошептал он в её шею, и голос его был хриплым, почти незнакомым.

- Тогда возьми, - ответила она, чувствуя, как внутри всё горит.

Он не заставил себя ждать. Его руки скользнули под её майку, сжимая талию, и она ответила, притягивая его к себе так сильно, что он почти упал на неё. Она чувствовала его дыхание, его тепло, его руки, которые уверенно гладили её тело.

- Ты сводишь меня с ума, - прошептал он, касаясь губами её губ.

- А ты меня, - ответила она, вцепляясь в его волосы и притягивая его ближе.

Их губы встретились снова - жарко, жадно, словно они оба умирали от жажды и нашли воду.

Чан целовал её так, будто хотел запомнить каждое прикосновение, каждую её реакцию. Его руки гладили её спину, бёдра, он касался её везде, куда мог дотянуться.

Джиа чувствовала, как её тело отвечает на каждое его движение, как внутри нарастает волна, которую невозможно остановить. Она вцепилась в его плечи, и её пальцы оставляли следы на его коже.

- Я люблю тебя, - выдохнул он в её губы.

- Я тоже тебя люблю, - ответила она, и в этом шепоте было столько всего - и благодарность, и страсть, и обещание.

Они двигались в едином ритме - медленно, глубоко, чувствуя каждое прикосновение. Ночь была их, только их. Никаких правил, никаких запретов, никакого "завтра". Только здесь и сейчас. Только они двое.

Джиа чувствовала, как он дрожит от напряжения, как его дыхание сбивается, как его губы покрывают поцелуями её шею, плечи, ключицы. Она прижималась к нему, ощущая, как его руки сжимают её бёдра, притягивая ближе.

- Скажи, что ты моя, - прошептал он.

- Я твоя, - ответила она, глядя в его глаза. - Вся. Навсегда.

Он замер на мгновение, глядя на неё, и в его глазах было столько любви, что у неё перехватило дыхание. А потом он поцеловал её снова, и в этом поцелуе было всё - благодарность, нежность, страсть и обещание быть рядом всегда.

Когда всё стихло, они лежали в объятиях друг друга, и их дыхание постепенно выравнивалось. В открытое окно влетал тёплый ветер с моря, пахло солью и цветами. Где-то кричали чайки.

Джиа лежала на его груди, чувствуя, как бьётся его сердце - ровно, спокойно, надёжно. Она провела пальцами по его груди, изучая его тело, касаясь каждого изгиба, и он нежно поглаживал её по волосам.

- Мы сумасшедшие, - прошептала она в темноту.

- Сумасшедшие, - согласился он и поцеловал её в макушку.

- Но я ни о чём не жалею, - сказала она, поднимая голову и глядя на него.

- Я тоже, - он улыбнулся, и в этой улыбке было столько тепла, что она почувствовала, как внутри всё переворачивается. - Я никогда ни о чём не пожалею, если это связано с тобой.

Она поцеловала его в губы - медленно, нежно, прощаясь с этим днём.

- Спасибо, что ты есть, - прошептала она.

- Спасибо, что ты есть у меня, - ответил он.

Они закрыли глаза и провалились в сон - глубокий, спокойный, с ощущением полной безопасности.

Море шумело за окном, ветер играл со шторами, и они спали в объятиях друг друга, забыв обо всём на свете.

И этого было достаточно.

___________________________________________

Вот это страсти.... А дальше ему будет интереснее....