Глава 28
поляна у водопада. Та самая.
Время действия: месяц спустя после того, как Катя, Лиза и Мира свели все пары. Лето. Солнце. Водопад шумит.
Катя сидела на бревне, смотрела, как наряжают поляну. Пик — рядом.
— Ты помнишь, — спросила она.
— Что?
— Как мы здесь уже праздновали.
— Помню. Ты напилась и устроила конкурсы.
— И отрубила Вару возможность говорить.
— Это было лучшее, что ты сделала.
Катя улыбнулась.
— Сегодня — новые свадьбы.
— Кто женится?
— Данте и Габриэль. Куромаку и Зонтик. Юля и Вовка. Незвана и Мстислав. — ответила проходящая мимо Мира
— Незвана? И твой Мстислав? — спросил Пик, поворачиваясь к Мире.
Мира кивнула.
— Я в шоке, — сказал Пик.
— Все в шоке, — ответила Мира. — Но они счастливы.
— А ты?
— Я — тоже.
Свадьба первая. Данте и Габриэль.
Данте был в белом костюме (никто не ожидал, все ахнули). Габриэль — в чёрном. Они стояли под руку и смотрели друг на друга так, что даже Вару замолчал.
— Ты красивый, — сказал Габриэль.
— Ты тоже, — ответил Данте.
— Я не умею говорить тосты.
— А я не умею плакать. Но сегодня — научусь.
Они обменялись кольцами. Поцеловались. Данте вытер слезу. Габриэль — тоже.
Катя подняла кружку с чаем.
— За них.
— За них, — ответили все.
Вару засвистел. Эмма дала ему подзатыльник.
— Не мешай.
— Я радуюсь.
— Радуйся тихо.
Свадьба вторая. Куромаку и Зонтик.
Куромаку был в строгом сером костюме. Зонтик — в синем. Он перестал заикаться с тех пор как приехали главы и начали с ним заниматся, но сегодня снова начал — от волнения.
— Я... я... беру тебя, — сказал он.
— Беру, — спокойно ответил Куромаку.
— Ты не боишься?
— Я всё контролирую.
— Даже меня?
— Тебя — особенно.
Они поцеловались.
Катя подошла к ним после.
— Ты, — сказала она Куромаку. — Если обидишь — я приду.
— Я знаю.
— Не заставь меня.
— Не заставлю.
Зонтик покраснел, но улыбался.
Свадьба третья. Юля и Вовка.
Вовка был в чёрном(его силой застаивли костюм надеть, он даже улетал от них), Юля — в темно-бордовом почти чёрном платье(там ещё веселей). Она всё время смеялась. Он — краснел.
— Ты уверена? — спросил Вовка.
— Нет, — сказала Юля. — Но это весело.
— Свадьба — не приключение.
— С нами — всегда приключение.
Поцеловались.
Катя подошла к ним после.
— Ты, — сказала она Юле. — Если обидит — говори, заставлю отчёты в тройном размере делать.
— Я сама справлюсь.
— А если нет?
— Тогда скажу.
— Вот и договорились.
Вару подошёл к Вовке.
— Ты теперь женат.
— Я заметил.
— Будешь скучать по холостяцкой жизни?
— Я буду скучать по спокойствию.
— Его больше не будет.
— Знаю.
Свадьба четвёртая. Незвана и Мстислав.
Самая тихая церемония. Незвана в простом белом платье, Мстислав — в чёрном. Они не говорили громких слов, не обещали звёзды с неба. Просто смотрели друг на друга.
— Я не умею быть главой масти, — сказала Незвана.
— Научишься.
— А если нет?
— Тогда будешь просто собой. Этого достаточно.
Поцеловались.
Катя стояла рядом, смотрела. Незвана поймала её взгляд.
— Спасибо, — сказала она тихо.
— Не за что.
— Ты знала.
— Я всегда знаю.
Незвана улыбнулась.
Банкет. Бухло.
Столы ломились от еды. Гости смеялись, танцевали, поздравляли молодожёнов. Всё шло чинно-благородно.
Пока Вару и Катя не переглянулись.
— Пора?— сказал Вару.
— Пора, — кивнула Катя.
Они отошли в сторону, Катя открыла портал и на подготовленное место полетел алкаголь. Больше чем на их собственной.
— Сколько? — спросил Пик, глядя на гору алкоголя.
— Много, — ответила Катя.
— Зачем?
— Отмечать.
— Мы уже отмечаем.
— Это — для особого веселья.
Пик вздохнул и отошёл. Спорить было бесполезно.
Первые жертвы: Незвана и Мстислав
Незвана не пила никогда. Мстислав — раньше пил, и немало. Пока не стал нормальным главой масти. Но сегодня Катя смотрела на него так, что спорить не хотелось.
— Это сладкое, — сказала Катя, наливая Незване. — Ты любишь сладкое.
— Откуда ты знаешь? — спросила Незвана.
— Я всё таки тебя не первый день знаю.
— Это отмазка.
— Но работает.
Незвана выпила. Мстислав протянул свой бокал.
— Ты уверен? — спросила Катя.
— Я давно не пил, — ответил он. — Сегодня можно.
— Не пожалеешь?
— Пожалею. Но это не страшно.
Он выпил. Потом ещё. Потом ещё.
Через полчаса они сидели на бревне, обнимались и смотрели на звёзды.
— Ты красивая, — сказал Мстислав.
— Ты тоже, — ответила Незвана.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— А ты меня?
— Тоже знаю.
— Это не ответ.
— А это не вопрос.
Мстислав усмехнулся. Пьяный, он был другим — не серьёзным, не зажатым. Почти весёлым.
— Знаешь, — сказал он. — Я раньше много пил. Даже больше чем Соколовы
— Знаю.
— Думал, что так легче.
— А теперь?
— Теперь легче с тобой.
Незвана покраснела.
— Ты пьяный.
— Трезвый бы я не сказал.
— Поэтому я за то, чтобы ты пил почаще.
— А я — за то, чтобы ты была рядом.
Они замолчали. Тишина была счастливой.
— Кстати а какая у тебя фамилия?
— Сильварен эт фамилия папы, а у Миры мамина девичья Тенебрис, но чаще всего её называют моей фамилией. Про семью, отец человек но у него эльфийские корни, а мама тёмный эльф у неё в роду и эльфы и тёмные.
— Ого.
— Ага, — подтвердила Катя — Его родня с моими общалась. Мать там истинная ведьма, диву даюсь как она погибла.
— Кать ну это только если ты и выяснишь, — Мира, — В конце концов это же ты духов видишь.
— Чаво? — все оглянулись на Катю.
— Таво, у меня одно из обличий ворон, а они призраков и прочее видят. Только вот я их вижу только в обличии ласки.
Вторая пара: Юля и Вовка
Юля пить умела. Вовка — тоже. Но сегодня они перестарались.
— Ты меня любишь? — спросил Вовка.
— Люблю, — ответила Юля.
— А докажешь?
— Как?
— Спой.
Юля запела. Громко. Фальшиво. Вару подхватил. Эмма дала ему подзатыльник, но он не замолчал.
— Ты прекрасна, — сказал Вовка, когда она закончила.
— Врёшь.
— Немножко. Но ты всё равно прекрасна.
Они поцеловались. Долго. При всех.
Мира отвернулась. Феликс покраснел.
Третья пара: Данте и Габриэль
Данте не пил вообще. Габриэль — один раз был тайком споен Катей. Сегодня был праздник.
— Это опасно, — сказал Данте, глядя на бокал.
— Это весело, — ответил Габриэль.
— Мы можем сделать глупость.
— Мы всегда делаем глупость. Но вместе.
Они выпили. Потом ещё. Потом ещё.
Через час Габриэль решил, что умеет летать.
— Я эльф, — сказал он. — Я должен летать.
— Ты не должен, — сказал Данте.
— А я попробую.
Он подпрыгнул. Не полетел. Упал в кусты. Данте пошёл его вытаскивать. Упал следом. Они лежали в кустах, смотрели на звёзды.
— Это романтично, — сказал Габриэль.
— Это глупо, — ответил Данте.
— Одно и то же.
— Да.
Конкурс: кто выше?
Данте наколдовал облако — белое, пушистое, идеально круглое. Габриэль сел рядом.
— Мы полетим? — спросил он.
— Я полечу. Ты — со мной.
— А если я упаду?
— Я поймаю.
— А если ты упадёшь?
— Я не падаю.
Габриэль усмехнулся. Данте поднял облако в воздух. Медленно, плавно. Габриэль смотрел вниз, на поляну, на людей, на костёр.
— Красиво, — сказал он.
— Да.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— А ты меня?
— Тоже знаю.
Они зависли над водопадом. Данте посмотрел на Катю. Та сидела на бревне, смотрела на них, улыбалась.
— Ты тоже можешь, — сказал Данте.
— Могу. Но не буду.
— Зачем?
— Выглядит тяжело.
— Это легко.
— Для тебя. А я устала.
Габриэль помахал ей рукой.
— Катя, лети к нам!
— Не хочу.
— Ты боишься?
— Я — волчица. Я не боюсь.
— Тогда лети.
Катя вздохнула, встала, щёлкнула пальцами. Под ней появилось облако — серое, плотное, не такое красивое, как у Данте, но своё.
— Я медленно, — сказала она.
— Мы подождём.
Она поднялась. Медленно, осторожно. Догнала них у водопада.
— Ну? — спросил Габриэль.
— Ну.
— Ты молодец.
— Знаю.
Они зависли втроём, смотрели на звёзды.
Вару снизу заорал:
— ЭЙ, ТАМ ТЕСНО? МЕСТА МАЛО?
— Иди на своё, — крикнула Катя.
— У меня нет облака!
— Это не моя проблема.
Вару обиделся, но не надолго — рядом была еда.
Вару против Пика
Вару подошёл к Пику с бутылкой.
— Ну что, рогатый, выпьем?
— Я не пью, — сказал Пик.
— Ты пьёшь. Просто не с нами.
— С вами — тем более.
— А если на спор?
Пик посмотрел на него. Потом на Катю. Та кивнула.
— Ладно. Давай.
Вару налил. Они выпили. Потом ещё. Потом ещё.
Через 2 часа бесперерывного питья Пик сидел на бревне, смотрел на звёзды и улыбался.
— Ты пьян, — сказал Вару.
— Немножко.
— Впервые за полгода.
— Катя научила меня пить.
— И теперь ты не умеешь проигрывать.
— Это она научила тоже.
Вару хлопнул его по плечу.
— Ты молодец.
— Сам знаю.
Концерт
Незвана встала на бревно.
— Я хочу петь! — заявила она.
— Ты не умеешь, — сказал Мстислав.
— Сегодня умею.
— Ноу проблем — сказал Катя уже навеселе и открыла портал из которого вылетели гитары, бурабанная установка, клавиши и по мелочи.
— Откуда? — спросил Пик.
— У Незваны свои запасы, — ответила Катя. — Она любит музыку.
— Она любит тишину.
— Не сегодня.
К Незване присоединились Лиза (бас), Катя (акустика), Юля (вторая акустика), Эмма (барабаны) и Мира (клавиши).
Слёзы и кровь (Канцлер Ги)
Слезы и кровь — все как обычно…
Будем сжигать мосты!
Честно сказать, мне безразлично,
Чем захлебнешься ты!
Но не привык раздавать я пощаду
Для ядовитых змей…
Мне ничего объяснять и не надо:
Пей, отравитель. Пей
пели катя и незвана в 2 голоса, а последнюю строчку вообще проорали
Все затихли.
Кхуям
Давайте все уедем, забросим все дела…
Вару дирижировал. Эмма отбивала ритм. Мира где-то надыбала гитару бас и потащила Габри на сцену. Но тк он был пьяный не сопротивлялся и начал отжикать
— А теперь легенда проорала Эмма и передав барабаны незване пошла к микрофону вместе с катей
Кукушка
— Песен ещё не написанных сколько, скажи кукушка(Эмма)
— Пропоой(все девочки)
— В городе мне жить или на выселках, камнем лежать или гореть звездоой(Катя)
— Звездой(все девочки)
— Солнце моё взгляни на меня. Моя ладонь превратилась в кулак(Эмма)
— И если есть порох дай огня... Вот так....(Мира)
—Кто пойдет по следу одинокому? Сильные да смелые головы сложили в поле, в бою — Эмма уже пела сильнее и громче.
—Мало кто остался в светлой памяти,в трезвом уме да с твердой рукой.В строю, в строю. — Катя не отставала. — Солнце моё взгляни на меня, моя ладонь превратилась в кулак. И если есть порох, дай огня! Вот так...
дальше они пели в два голоса но также
Где же ты теперь, воля вольная,
С кем же ты сейчас ласковый рассвет встречаешь? Ответь!
Хорошо с тобой, да плохо без тебя:
Головы да плечи терпеливые
Под плеть, под плеть...
Ты солнце мое, взгляни на меня!
Моя ладонь превратилась в кулак.
И если есть порох, дай огня! Вот так...
Солнце мое, взгляни на меня!
Моя ладонь превратилась в кулак.
И если есть порох, дай огня! Вот так...
Пик подпевал. Тихо, но Катя услышала.
Штиль (Ария)
Габри тут отжёг, он спел всю песню да лучше оригинала
Штиль, ветер молчит,
Упал белой чайкой на дно,
Штиль, наш корабль забыт,
Один, в мире, скованном сном.
Между всех времён, без имён и лиц,
Мы уже не ждём, что проснётся бриз.
Штиль, сходим с ума,
Жара пахнет чёрной смолой,
Смерть одного лишь нужна
И мы, мы вернёмся домой.
Его кровь и плоть вновь насытят нас,
А за смерть ему, может, Бог воздаст.
Что нас ждёт, море хранит молчанье,
Жажда жить сушит сердца до дна,
Только жизнь здесь ничего не стоит,
Жизнь других, но не твоя.
Нет, гром не грянул с небес,
Когда пили кровь, как зверьё,
Но нестерпимым стал блеск
Креста, что мы Южным зовём.
И в последний миг поднялась волна,
И раздался крик - "Впереди земля!"
Что нас ждёт, море хранит молчанье,
Жажда жить сушит сердца до дна,
Только жизнь здесь ничего не стоит,
Жизнь других, но не твоя.
Что нас ждёт, море хранит молчанье,
Жажда жить сушит сердца до дна,
Только жизнь здесь ничего не стоит,
Жизнь других, но не твоя.
Тут все аплодировали стоя. Никто не знал что у него настолько сильный голос.
Отбитые конкурсы
Кто громче крикнет «ГОРЬКО»
Габриэль заорал так, что у эльфов в соседнем лесу заложило уши. Приз — поцелуй от Данте.
Кто дальше плюнет
Вовка использовал магию. Вару обвинил его в жульничестве.
— Это тактика, — сказал Вовка.
— Это нечестно.
— Это весело.
Кто смешнее упадёт
Вару упал лицом в салат. Вовка — в кусты. Габриэль упал с облака на Вару.
— У меня сломана гордость! — заорал Вару.
— Не считается, — сказала Незвана.
Финал
Гитары замолчали. Барабаны стихли. Незвана опустила микрофон.
— Всё, — сказала она. — Я устала.
— Ты крутая, — сказала Катя. Она сидела на бревне, откровенно пьяная, но всё ещё держалась. Пик — рядом, в таком же состоянии.
— Ты тоже, — ответила Незвана.
— Я всегда крутая.
— Не зазнавайся.
— Не буду. Ещё не время.
Катя икнула. Пик усмехнулся.
— Ты пьяна, — сказал он.
— Ты тоже.
— Немножко.
— Врёшь.
— Сильно.
— Вот так-то лучше.
Вару уже спал под столом. Эмма укрыла его пледом. Вовка пытался доползти до палатки, но заснул на полпути. Юля сидела рядом и смотрела на него.
— Он так и будет лежать? — спросила она.
— До утра, — ответила Эмма. — Не трогай.
Лилит
И тут над поляной разлилось золотое свечение. Лилит появилась из ниоткуда — высокая, полупрозрачная, с руками на бёдрах.
— Всё, — сказала она. — Веселье закончено.
— Нет! — заорал Вару из-под стола.
— Да. — Лилит щёлкнула пальцами.
У всех, кто ещё стоял, внезапно протрезвели головы. Катя моргнула.
— Я трезвая.
— Я тоже, — сказал Пик.
— Это ты сделала? — Катя посмотрела на Лилит.
— А кто? Вы уже на облаках летаете, песни орёте, Вару под столом спит. Хватит.
— Мы веселились.
— Вы буянили.
— Это одно и то же.
— Нет. Веселье — это когда вы не разрушаете поляну.
Катя огляделась. Поляна была в идеальном порядке. Лилит позаботилась.
— Спасибо, — сказала Катя.
— Не за что.
— Ты на нас не сердишься?
— Я всегда на вас сержусь. Но сегодня — особенно.
Лилит исчезла.
Катя посмотрела на Пика.
— Она права. Надо спать.
— Идём.
Они пошли к палатке.
Незвана сидела на бревне, смотрела на звёзды. Мстислав — рядом.
— Ты устала? — спросил он.
— Немного.
— Идём.
— Идём.
Они ушли.
Юля подняла Вовку с земли, потащила в палатку.
— Ты тяжёлый, — сказала она.
— Я — мужчина, — пробормотал он спросонья.
— Это не оправдание.
Эмма накрыла Вару вторым пледом и села рядом, ждать, пока он проснётся. Не хотела оставлять его одного.
Данте и Габриэль уже спали. На облаке. Которое Данте не убрал.
Куромаку и Зонтик — в своей палатке. Тихо. Спокойно.
Лиза и Фёдор — тоже. Они устали больше всех.
Мира с Феликсом сидели у костра, смотрели на огонь.
— Хороший был день, — сказал Феликс.
— Да, — ответила Мира.
— Жалко, что он кончился.
— Он не кончился. Он запомнился.
Феликс поцеловал её в макушку.
Утро
Солнце вставало над поляной. Все спали. Кто — в палатках, кто — под столом, кто — на облаке.
Катя проснулась первой. Вылезла из палатки, потянулась.
Пик — следом.
— Голова не болит, — удивился он.
— Лилит постаралась.
— Она добрая.
— Для демона — да.
Катя посмотрела на поляну.
Вару спал под столом. Эмма — рядом, опершись спиной о дерево. Незвана и Мстислав — в обнимку, укрытые одним пледом. Данте с Габриэлем — на облаке, которое всё ещё висело в воздухе.
— Красиво, — сказала Катя.
— Да, — ответил Пик.
Она взяла его за руку.
— Пошли завтракать.
— Идём.
Они ушли.
Птицы пели. Солнце светило.
Все были живы.