Северная мафия

Несколько недель спустя. Москва. Квартира Кати.

Все думали, что Катя целиком и полностью восстановилась. Пик спал спокойно. Вовка перестал её проверять через связь. Близнецы успокоились. Даже Вару перестал приставать с вопросами «ты как?».

Но это было не так.

У неё начались ночные эмоциональные качели.

То пол ночи проревёт — тихо, в подушку, чтобы никто не слышал. То засмеётся — тоже тихо, но так, что страшно становится. То всё вместе — и плачет, и смеётся, и не поймёшь, что с ней вообще происходит.

А на утро — холодноватая. Спокойная. Без лишних эмоций. Никто не замечал. Потому что на людях она умела держать лицо.

Слава богу, она жила одна. Никто не видел. Никто не спрашивал. Просто на ночь ставила звукоизоляционный барьер — и всё.

И единственные, кто реально знал об этом, — Мира и Юля.

Мира — через связь. От неё не получалось изолироваться, хоть тресни.

А Юля — потому что лучшая подруга. Они всегда чувствуют. Даже сквозь барьеры. Даже сквозь магию. Даже сквозь враньё.

Ночь. Квартира Кати.

Катя сидела на кровати, обхватив колени, и ревела. Байкал лежал рядом и иногда вздыхал.

Юля сидела напротив, смотрела на часы.

— Так, Катя, ты ревёшь уже который там, третий час? Ты как на утро адекватная просыпаешься? — удивилась Юля.

— Легко, — всхлипнула Катя. — Привычка с детства. Реви, чтоб никто не заметил, и ни в коем случае не на людях.

— И так быстро успокаиваешься и говоришь ровным голосом?!

— Ну да, бля. Я уже жалею, что тебя позвала.

— А я вот нет. — Юля сложила руки на груди. — Ну сколько ты вот так можешь?

Катя вытерла лицо, откинулась на подушку.

— Если вот ты про тип «ночь» — то я могу хоть всю ночь проистерить и на утро быть в относительно нормальном состоянии. Так чтоб никто ничего не заподозрил. А если ты про количество ночей — то тут хоть год, хоть неделю, хоть месяц. Как получится.

— Мдяя… И вот ты…

— Хватит меня допрашивать, — оборвала её Катя. — Я всё это знаю.

— Да оке оке. — Юля подняла руки. — Пик хоть знает?

— Никто, кроме тебя и Миры, не знает.

— Не понял?

— Я научилась ослаблять связь с братом и близнецами. Но вот только это получается только с пацанами. А Мира вам — индикатор моего состояния. С ней единственной я связь ослабить не могу. А ты, — Катя посмотрела на Юлю, — как лучшая подруга это чувствуешь сама. Тебе не нужно для этого ничего.

— А Лиза?

— А она слишком далеко. И не такая чувствительная.

Юля вздохнула.

— Ох, Катерина, я прям не знаю, чё с тобой делать.

— А не надо знать. Нужно просто понять и простить.

— Ты мне лучше расскажи, переносной фонтан, как мы будем выбивать пленных и деньги?

Катя усмехнулась. Глаза ещё красные, но голос уже ровный — как будто и не плакала.

— Пфф, да легко. Я ещё неделю назад отослала запрос в Совет на собрание. И мне его одобрили. Дата — двадцать девятое мая.

— Мда. А ты продумала, как забирать-то будешь?

— Предлагаю так: возьмём пиковых, Джокера, Миру и тебя.

— А если на передаче будут нападать?

— Драться не будем. Мы просто покажем мою истинную ауру.

— Напомнить, что у меня она заблокирована? — прищурилась Катя.

— Не, ты слушай дальше. — Юля оживилась, подсела ближе. — Для этого мы вызовем автора и попросим передать контроль тебе.

Катя посмотрела на Юлю долгим взглядом.

— Вот поэтому я с тобой и дружу.

— Хе-хе, я знаю. — Юля встала, потянулась. — А ты давай спи. А то я завтра не проснусь или буду зомбиком.

— Ну ляяяядня. — Катя уткнулась в подушку. — Иди спи и я тоже.

— Точна?

— Точна-точна.

Юля вышла.

Катя осталась одна.

Байкал ткнулся носом в её ладонь.

— Не бойся, — сказала Катя псу. — Я справлюсь.

Байкал вздохнул. Он верил. Но всё равно переживал.

Утро. Штаб.

Катя собрала своих. Пик, Вовка, Мира, Эмма, Вару, Джокер. Юля тоже была — как и договаривались.

— Двадцать девятого мая — собрание Совета. Мы идём забирать пленных и деньги, — объявила Катя.

— И как будем забирать? — спросил Вару. — С боем?

— Без боя, — ответила Юля. — Я придумала.

Все посмотрели на неё.

— Слушайте сюда.

План Юли

Юля вышла в центр, взяла указку, ткнула в карту.

— Первое: состав группы. Катя — лицо переговоров. Пик — прикрытие справа. Вовка — слева. Мира — магическая поддержка и связь с Катей через их менталку.

— А я? — спросил Вару.

— Ты с Джокером. Джокер открывает порталы на отход. Ты — страхуешь.

— А Эмма?

— Эмма — резерв. Если что-то пойдёт не так — она вводит тяжёлую артиллерию.

— То есть меня? — уточнил Вару.

— То есть магию, — поправила Эмма.

— Жалко.

Юля продолжила.

— Второе: место. Передача будет на нейтральной поляне. Лес вокруг — идеальное место для засады. Поэтому мы не даём им устроить засаду.

— Как? — спросил Пик.

— А никак. Мы просто не будем ждать, пока они нападут. Мы сами покажем силу.

— То есть? — не понял Вовка.

— Катя вызывает автора. Автор передаёт ей контроль над аурой — полностью, без блоков. Катя включает её на полную мощность. Все враги падают на колени. Мы забираем пленных и деньги и уходим.

— А если не сработает?

— Сработает, — сказала Катя. — Я видела их лица в прошлый раз. Они боятся.

— А если кто-то выстрелит?

— Джокер ставит щит.

— А если щит не выдержит?

— Тогда Эмма вводит артиллерию, — усмехнулась Юля.

— То есть меня? — снова спросил Вару.

— То есть магию, — в сотый раз поправила Эмма.

— Всё, — подвела черту Катя. — План утверждён. Выступаем двадцать девятого.

— Вопросы есть? — спросил Пик.

— А поесть дадут? — спросил Вару.

— После.

— А можно до?

— Нет.

Вару вздохнул.

Несколько дней до передачи. Москва. Квартира Кати. Вечер.

Из портала я вывалилась не как обычно — красиво и эффектно, а как мешок картошки. Чихающий от всего. Прямо перед Катей. Она мгновенно вскинула пистолет.

— Я приду когда зацветёт веснаааааа… — пропела я, отряхиваясь. — …и сдохнууууу от аллергиииии.

— Айка? — Катя не опустила пистолет.

— Нет, блять, хуяйка. Я, конечно. И прости за такой пиздец.

— А если нет?

— Ну на нет и суда нет. Убью и делов то.

— Неа. Ненядя дядя няяя.

Я закатила глаза и опустилась на диван. Байкал, который всё это время лежал в углу, поднял голову и посмотрел на меня. С подозрением.

— Чего смотришь? — спросила я. — Не узнал?

Байкал фыркнул.

— Ах так? — я наклонилась к нему. — Ну давай, поиграем.

Я вытащила из кармана кусочек вяленого мяса.

— Ну что, старый? Играем?

Байкал навострил уши.

— Правила простые: я кидаю, ты ловишь.

Байкал фыркнул.

Я кинула. Байкал поймал. Сожрал. Посмотрел на меня — мол, давай ещё.

— Ах ты ж обжора, — засмеялась я и кинула второй кусок.

Так мы провели минут десять. Байкал радовался, Катя смотрела, я кидала.

— Ты пришла сюда, чтобы играть с моим псом? — спросила Катя.

— А что? Нельзя?

— Можно. Но обычно ты приходишь по делу.

— Я и по делу. Просто решила начать с приятного.

Байкал лизнул меня в руку — в знак благодарности. Я почесала его за ухом.

— Хороший пёс, — сказала я. — Лучший.

— Я знаю, — ответила Катя.

— Лады. Так тебе нада ауру под контроль, да?

— Ага. Как угадала?

— Бля, действительно блять, КАК? Не смеши. Всё же автор то я.

— Бля, забыла.

— Ага. Так ты ща глаза закрой, а то ничерта не получится. Ты будешь ржать.(т9 рожать. Ну ничего и до этого дойдём)

— А с чего это так?

— У меня магия другая, немножко. Я когда блоки снимаю, и именно на них такая хрень, насинается лютая дичь типо галлюцинаций но их видят все.

— Серьёзно?

— Я никогда не шучу про такую хрень. Вопрос один: тебе как — быстро или медленно?

— Ээээ… а в чём разница?

— Ну как тебе сказать. Если медленно — это где-то час. И ты лучше поймёшь, как держать. А если быстро — то часть твоей ауры навредит нам обеим. Зато всё за десять минут.

— Давай быстро, — сказала Катя. — А то мне ещё на собрание переться.

— Оке. Ща только барьер выставлю себе. А то у тебя аура-то двойная.

Я выставила барьер. Прозрачный, мерцающий, в который раз — надёжный, но не на сто процентов. Потому что против двойной ауры Кати ни один барьер не выдерживал идеально.

— Готова? — спросила я.

— Давай уже, — ответила Катя. — Не тяни.

Я кивнула, закрыла глаза и начала.

Сначала было тихо. Аура откликалась неохотно, будто просыпалась после долгой спячки. Потом — как током ударило. Золотой свет плеснул из Кати, ударил в барьер, и тот загудел, как натянутая струна.

— Держи, — сказала я скорее себе, чем ей.

— Держу, — выдохнула Катя.

Но держала она плохо. Аура рвалась наружу — демоническая, тяжёлая, давящая, и волчья, дикая, первобытная. Они не мешали друг другу, они работали вместе. И от этого барьер трещал по швам.

Я почувствовала, как магия бьёт в ответку. По рукам, по лицу, по глазам. Барьер прорвало. Не полностью, но достаточно, чтобы я вздрогнула и отшатнулась.

— Тихо, — сказала я, стиснув зубы. — Тихо.

— Ага, — прохрипела Катя. — Легко сказать.

Золотой свет разливался по комнате, но не слепил — он был тёплым, почти живым. Он обтекал мебель, скользил по стенам, и везде, где он проходил, оставалось чувство… покоя. Странно, но факт.

Барьер трещал, но держался.

— Ещё немного, — сказала я.

— Сколько?

— Минуту.

— Долго.

— Терпи.

Катя зажмурилась, сжала кулаки. Аура дёрнулась в последний раз — и успокоилась. Барьер перестал гудеть. Свет померк.

Я выдохнула. Провела рукой по лицу — мокрая.

— Всё, — сказала я. — На сегодня хватит.

— А по ощущениям — будто меня выпотрошили, — сказала Катя, открывая глаза.

— Это нормально. Завтра будет легче.

— Врёшь?

— Немножко. Но завтра действительно будет легче.

Катя усмехнулась.

— Ладно. Верю.

Я убрала остатки барьера. Байкал, который всё это время сидел в углу и не вмешивался, подошёл, обнюхал Катю, потом меня.

— Всё нормально, старый, — сказала я, почесав его за ухом. — Она просто привыкает.

Байкал фыркнул и лёг обратно.

Катя посмотрела на свои руки.

— Они не дрожат, — удивилась она.

— А должны?

— Раньше дрожали.

— Раньше ты боролась с аурой. Теперь ты с ней работаешь.

— Разница?

— Как между тем, чтобы тонуть, и тем, чтобы плыть.

Катя подумала.

— Понятно, — сказала она. — Ни хрена не понятно, но звучит красиво.

— Это главное.

Я встала, потянулась.

— Так, а теперь, Екатерина, слушай и вникай, по поводу твоей психики. Ты считай полная психологическая копия меня. И всё, что пережила ты, переживала и я. Ток чуть в другом порядке.

— И что, это пройдёт?

— Пройдёт, не волнуйся. Доверять ты научишься, но не сразу.

— А что ещё?

— Не вздумай никогда драться и пререкаться с теми, кто старше и сильнее. Травм не оберёшься.

Катя помолчала.

— И это всё?

— А и поспешу тебя порадовать: вы с Пиком объедините свои империи. И да, ты сведёшь Чую и Дазая.

— Что?! — Катя вытаращила глаза.

— А ты думала, я шучу? Я никогда не шучу про хэппи-энды.

Катя сидела в ахуе. Рот открыт, глаза круглые, пистолет опущен.

— Так, окееееееееееей, — выдавила она. — Ладна.

— Вот и сиди ахуевай. А я к невошедшим дальше беситься.

Я развернулась, шагнула в портал, но на полпути обернулась.

— Кать, — сказала я.

— Что?

— Ты справишься.

— А если нет?

— Не можешь не справиться. Тут по факту я контролирую прям всё. И не справиться у тебя ну просто не получится.

— Ты это серьёзно?

— Абсолютно. Я — автор. Если я скажу, что ты выиграешь — ты выиграешь. Если я скажу, что ты сведёшь Чую и Дазая — ты сведёшь. Если я скажу, что ты будешь счастлива — ты будешь. Вопрос только во времени.

Катя посмотрела на меня долгим взглядом.

— Ты ненормальная.

— А ты такая же. Пойми, ты — копия меня. Следовательно, когда будешь пытаться предугадать, что будет дальше, подумай: а как бы ты на моём месте сделала?

Катя замерла.

— То есть…

— То есть. Ты знаешь меня лучше, чем думаешь. Потому что ты — это я. Просто в других обстоятельствах.

— Это странно.

— Это удобно. Пользуйся.

— А если я ошибусь?

— Не ошибайся. У тебя есть я.

— Ты всегда будешь рядом?

— Когда надо — да.

Катя вздохнула.

— Ты невыносима.

— А ты — моя любимая героиня. Поэтому мы друг друга и заслужили.

Я шагнула в портал.

— Айка, — крикнула Катя.

— М?

— Спасибо. И приходи почаще.

— Не за что, а вы ждите меня со следующим аск(ребята намёк пишите чё хотите вопросы задания и прочее) — сказала я и исчезла.

Катя осталась сидеть на диване.

Байкал ткнулся носом в её ладонь.

— Ты это слышал? — спросила она пса.

Байкал вильнул хвостом.

— Вот и я о том же.

Она посмотрела на окно, на звёзды.

— Всё будет хорошо, — сказала она. — Автор обещала.

Байкал вздохнул и положил голову ей на колени.