Разрушь меня

Арно проводил Фрица взглядом и, как только дверь закрылась, повернулся к Эмме. Он скрестил руки на груди, окидывая её фигуру насмешливым, но в то же время очень теплым, собственническим взглядом. Его забавил её дерзкий вид — этот «бандана-стайл» под строгим пиджаком и растрепанный пучок с «петухами».

Он подошел вплотную, сокращая расстояние, и коротко чмокнул её в губы. Его пальцы скользнули по краю топа, поправляя ткань, которая едва сдерживала её формы.

— Смело, госпожа Фрей, — прошептал он с легким смешком, в котором слышалось явное мужское одобрение. — Но позвольте спросить... где ваш лифчик? Мы всё-таки в медицинском учреждении, а не на пляже в Сен-Тропе.

Эмма фыркнула и чуть отодвинулась, поправляя пиджак, чтобы он снова скрыл живот.

— Грудь становится тяжелой, Арно, — честно призналась она, поморщившись от дискомфорта. — Всё давит, тянет и натирает. Мне просто неудобно в обычном белье, а топ хотя бы не впивается в кожу. Так что привыкай к моему новому гардеробу.

Арно тут же перестал улыбаться, и его взгляд стал профессионально-заботливым. Он снова сократил дистанцию, но на этот раз не для шуток. Его руки мягко легли ей на плечи, разминая затекшие мышцы.

— Почему ты сразу не сказала? — укоризненно спросил он. — Я сегодня же закажу тебе специальное белье для беременных из шелка. Никаких косточек и давления. Тебе должно быть максимально комфортно.

Он заглянул ей в глаза, заправляя выбившуюся прядь за ухо.

— Ты молодец. Фриц вышел отсюда с таким лицом, будто выиграл в лотерею. Теперь Клэр может звонить хоть Папе Римскому — ей никто не поверит. Но пообещай мне: как только почувствуешь усталость, ты сразу едешь домой. Больше никаких героических подвигов перед инвесторами.

— Хорошо, — бросила Эмма и, не оборачиваясь, направилась к выходу из кабинета.
Арно, прищурившись, смотрел ей в спину.

— А ты куда собралась? — догнал её его голос уже у самой двери.

Эмма остановилась на пороге и обернулась, поправляя пиджак.
— Зайду к Марие, спрошу, как её дела. Потом к Джулии. И загляну к гинекологу — мне нужны таблетки от токсикоза на твои духи, — ответила она с легкой усмешкой и вышла в коридор.

Она шла по знакомым пролетам клиники, чувствуя, как взгляды сотрудников провожают её, но ей было всё равно.

Первым делом она завернула к Марие. Увидев свою администраторку, Эмма невольно улыбнулась.
— Мария, как вы? — спросила она, подойдя ближе. — Тяжелое утро?

— Эмма, деточка, ты всё еще здесь? — Мария всплеснула руками, оторвавшись от бумаг. — Всё хорошо, не переживай за нас. Ты лучше о себе думай, бледная совсем.

Пообещав Марии беречь себя, Эмма пошла дальше. По пути она столкнулась с Джулией. Та, как обычно, была в центре рабочего процесса.
— О, Эмма! — Джулия окинула её быстрым взглядом. — Решила навестить нас в образе «директора на отдыхе»?

— Вроде того, — коротко ответила Эмма. — Забежала проверить, не развалилось ли тут всё без меня.

Джулия рассмеялась, и, перебросившись парой слов, Эмма направилась к самому важному пункту своего маршрута — кабинету гинеколога. Зайдя внутрь, она присела на край стула, чувствуя, как в горле снова встает неприятный ком.

— Доктор, мне нужно что-то от токсикоза, — сразу перешла она к делу. — Вчера я была готова утонуть в запахе мужа, а сегодня меня от его духов выворачивает наизнанку. Есть какие-то таблетки?

Врач понимающе кивнула и быстро выписала рецепт.
— Это гормоны, Эмма. Держи, это поможет снять остроту реакции. Но мужу всё равно передай, чтобы пока не усердствовал с парфюмом.

Забрав листок, Эмма вышла в коридор. Теперь, когда таблетки были в кармане, она чувствовала себя гораздо увереннее.

Эмма почти бегом направилась обратно к кабинету Арно. Ей было всё равно, кто там находится — желание, вспыхнувшее внутри, было сильнее любых правил приличия. Она буквально влетела в кабинет, даже не взглянув на присутствующих, хотя за длинным столом сидели почти все главврачи клиники, обсуждая важные показатели.

Арно удивленно приподнял бровь, но не успел произнести ни слова, как Эмма подошла к нему и решительно села к нему на руки.

— Прошу прощения, коллеги, — бросила она присутствующим, поудобнее устраиваясь на коленях мужа. — Продолжайте, я вам совсем не помешаю.

Главврачи переглянулись и начали тихо усмехаться. Вид сурового Арно Фрея, на руках у которого сидит его жена с небрежным пучком и в кроссовках, был слишком непривычным, но никто не был против — все понимали, что перед ними два босса, которым можно простить любую выходку.

Эмма придвинулась к самому уху Арно и тихо, почти жалобно, произнесла:
— Арно... я хочу персиков. Прямо сейчас. Но ведь сейчас совсем не сезон... Что делать?

Она замолчала и с абсолютно серьезным видом стала смотреть на врачей, словно ожидая, что кто-то из них прямо сейчас достанет спелый фрукт из кармана халата. Арно невольно обнял её за талию, стараясь сдержать улыбку. Ситуация была абсурдной: на повестке дня стояли бюджеты и закупки оборудования, а его жена, заставив замолчать лучших медиков города, требовала персиков в разгар несезона.

— Персиков? — так же тихо переспросил он, чувствуя, как его сердце тает от её взгляда.

Главврачи, заметив паузу, лишь понимающе закивали, а один из них весело добавил:
— Господин Фрей, боюсь, это более срочный вопрос, чем наши отчеты. Беременные женщины не терпят отлагательств.

Арно, не выпуская Эмму из объятий, достал телефон и набрал номер Леона.
— Леон, мне нужны персики. Сладкие, сочные. Найди их где угодно, хоть из-под земли достань, но они должны быть у меня в кабинете как можно скорее, — коротко бросил он и, дождавшись утвердительного ответа, положил трубку.

Он поудобнее устроила жену у себя на коленях, обхватив её за талию одной рукой, а второй продолжал жестикулировать, возвращаясь к прерванному обсуждению закупок. Голоса врачей звучали мерно, в кабинете было тепло, и Эмма, утомленная утренними приключениями и токсикозом, начала чувствовать, как веки тяжелеют. Под тихий гул медицинских терминов она и не заметила, как её голова опустилась Арно на плечо, и она глубоко уснула.

Арно почувствовал, как её тело расслабилось, а дыхание стало ровным и спокойным. Он чуть замедлил темп речи, не желая её тревожить, но продолжал совещание.

Один из старейших главврачей первым заметил, что Эмма спит. Он поднял руку, призывая коллег к вниманию, и произнес едва слышным шепотом:
— Коллеги, давайте говорить тише. Госпожа Фрей уснула.

В кабинете тут же воцарилась особенная, почти благовейная тишина. Врачи, которые еще минуту назад громко спорили, теперь общались в полголоса, аккуратно перелистывая страницы отчетов, чтобы не шуршать бумагой. Арно благодарно кивнул коллеге и прижал Эмму к себе чуть крепче, оберегая её сон, пока весь медицинский совет клиники шепотом решал судьбу отделений, боясь потревожить покой своей будущей мамы.

Совещание закончилось, и врачи один за другим бесшумно покинули кабинет, стараясь даже дверью не щелкнуть. Арно так и остался сидеть в своем большом кожаном кресле, нежно прижимая Эмму к себе. Он мерно и плавно покачивался вместе с ней, оберегая её сон, пока в коридоре не послышались быстрые шаги.

Дверь приоткрылась, и на пороге показался Леон с увесистым бумажным пакетом в руках. Арно тут же приложил палец к губам, призывая к тишине. Леон, всё поняв без слов, на цыпочках подошел к столу, осторожно поставил пакет, от которого уже исходил тонкий аромат спелых фруктов, и так же тихо «слинял» из кабинета.

Арно остался наедине с женой. Он начал медленно водить ладонью по её телу, чувствуя через ткань пиджака её тепло и мерное дыхание. Склонившись к самому её уху, он принялся нежно шептать, перемежая слова с легкими поцелуями в висок:

— Милая моя... маленькая, просыпайся, — его голос звучал как бархат. — Леон привез твои персики. Самые лучшие, как ты и хотела.

Он чуть крепче прижал её к себе,
дожидаясь, когда она начнет просыпаться от сладкого запаха и его ласкового шепота. По кабинету разносился аромат лета, который каким-то чудом удалось раздобыть Леону, и Арно не мог сдержать улыбки, глядя на свою сонную и такую родную Эмму.

Эмма медленно открыла глаза, и как только почувствовала сладкий, медовый аромат, тут же потянулась к пакету. Она ела их жадно, один за другим, наслаждаясь сочной мякотью, о которой так мечтала. Арно только наблюдал за ней с улыбкой, радуясь, что её аппетит вернулся.

Но организм, измученный токсикозом, не разделил её восторга. Эмма явно переоценила свои силы и объелась персиками в охапку. В какой-то момент лицо её резко побледнело, а в горле встал тот самый знакомый ком. Её сильно стошнило прямо там, в кабинете.

Дрожащими руками она вытерла губы салфеткой, которую Арно тут же ей подал, и виновато посмотрела на него снизу вверх. Её глаза заслезились от напряжения, и она тихо прошептала, едва шевеля губами:

— Тошнит... Арно, меня снова тошнит...

Она прижалась лбом к его плечу, чувствуя, как внутри всё крутит, и теперь даже запах тех самых идеальных персиков стал казаться ей невыносимым. Арно крепко обнял её, поглаживая по спине и пытаясь успокоить, понимая, что его маленькая «победа» над несезоном обернулась для Эммы новым приступом.

Эмме стало еще хуже, её буквально вывернуло наизнанку. Арно, не теряя ни секунды, подхватил её на руки и бегом бросился в сторону туалета, расположенного прямо в его кабинете.

Он бережно придерживал её волосы и плечи, пока Эмму рвало. Когда приступ наконец закончился, Арно намочил прохладной водой полотенце, тщательно умыл её бледное лицо и шею, помогая прийти в себя. Эмма была совсем слабой и тяжело дышала, прислонившись к нему.

Он снова поднял её на руки, словно она ничего не весила, и понес обратно в кабинет. Арно осторожно усадил её на мягкий диван, подложив под спину подушку.

— Тише, маленькая, дыши, — шептал он, присаживаясь рядом и продолжая вытирать капли воды с её висков. — Всё хорошо, сейчас станет легче.

Эмма откинулась на спинку дивана, прикрыв глаза. Персики, которых она так сильно хотела, теперь казались лишь досадным воспоминанием, а единственным желанием было просто лежать в тишине под защитой рук Арно.

Арно быстро достал из ящика стола стакан воды и ту самую таблетку, которую Эмма недавно принесла от гинеколога. Он аккуратно приподнял её голову, помогая запить лекарство, и заставил сделать несколько маленьких глотков.

— Пей медленно, родная, — тихо приговаривал он, присаживаясь на край дивана и кладя её голову себе на колени.

Следующие пятнадцать минут прошли в полной тишине. Арно медленно перебирал пряди её волос, убирая их от лица, и внимательно следил за её дыханием. Он видел, как постепенно уходит мертвенная бледность, а напряженные плечи расслабляются. Эмма глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри наконец утихает этот изматывающий шторм, а резкий запах персиков, оставшихся на столе, перестает казаться ядом.

— Полегчало? — шепотом спросил он, коснувшись губами её лба, проверяя, нет ли испарины.

Эмма слабо кивнула и чуть слышно выдохнула:
— Кажется, да... Таблетка подействовала.

Она открыла глаза и посмотрела на мужа. Арно выглядел встревоженным, его обычно холодные глаза сейчас были полны такой нежности и страха за неё, что Эмме стало даже немного неловко за свой внезапный набег на персики.

— Прости, — прошептала она, накрывая его ладонь своей. — Я повела себя как ребенок. Просто так сильно захотелось, что я совсем забыла про осторожность. И кабинет тебе испортила...

Арно лишь крепче сжал её пальцы и отрицательно покачал головой.
— Не смей извиняться. Кабинет — это мелочи, клининг всё уберет через пять минут. Главное, чтобы ты и малыши были в порядке. Я готов хоть каждый день заказывать тебе эти персики и носить тебя в туалет, лишь бы ты улыбалась.

Он помог ей сесть удобнее и прижал к своему боку, укрывая своим пиджаком, который снял со спинки кресла. Эмма уткнулась носом в его рубашку, вдыхая его родной запах, который после таблетки перестал вызывать тошноту, и почувствовала себя в полной безопасности.

— Больше никаких экспериментов с едой в охапку, — строго, но с любовью добавил он. — Теперь будем кушать по кусочку. Договорились, госпожа Фрей?

Эмма резко махнула головой, соглашаясь с Арно, но не успела она ничего ответить, как дверь кабинета с грохотом распахнулась. В помещение буквально влетела Джулия. Она тяжело дышала, лицо было пунцовым от быстрого бега, а медицинский халат расстегнут.

— Арно! Эмма! — выпалила она, пытаясь перевести дыхание. — Леон только что передал... на парковку въехали машины. В клинике внеплановая проверка! Сказали, из министерства, и они уже поднимаются в холл!

Сонливость и слабость с Эммы сняло как рукой. Несмотря на то, что еще пару минут назад она лежала почти без сил, она сразу вскочила с дивана. В голове мгновенно включился режим руководителя.

— Проверка? Сейчас? — Эмма быстро поправила свой топ-бандану и накинула пиджак, стараясь придать себе максимально деловой вид. — У нас все журналы учета в порядке? Мария успела подготовить отчеты по утренним инцидентам?

Арно тоже поднялся, его лицо в секунду стало непроницаемым и жестким, как у истинного владельца империи. Он подошел к Эмме, придерживая её за локоть, чтобы она не упала от резкого скачка адреналина.

— Эмма, спокойно, — властно произнес он, глядя ей в глаза. — Ты только что была в полуобморочном состоянии. Сядь обратно. Я сам со всем разберусь. Джулия, веди их в малый конференц-зал, пусть ждут там.

— Нет, Арно, — Эмма упрямо вскинула подбородок, отстраняясь. — Если они увидят, что хозяйка клиники прячется в кабинете, это вызовет лишние вопросы. Я должна быть там. Мы вместе строили этот бизнес, и я не собираюсь отсиживаться на диване, пока министерские чиновники роются в наших документах.

Она быстро подошла к зеркалу, за несколько секунд переделала свой растрепанный пучок в аккуратную, строгую прическу и стерла следы усталости с лица.

— Джулия, скажи Марии, чтобы выставила на стойку все книги регистрации. И пусть Леон проверит черный вход. Мы не знаем, кто за этим стоит — Клэр или кто-то еще, но встретить мы их должны во всеоружии.

Арно посмотрел на неё с тяжелым вздохом, в котором смешивались злость на её упрямство и безграничное восхищение её силой. Он понимал, что спорить с ней сейчас бесполезно.

— Хорошо, — процедил он, поправляя галстук. — Но ты держишься рядом со мной. Если я замечу, что тебе снова стало плохо — я вынесу тебя оттуда на руках, и мне будет плевать на всех инспекторов мира. Идем.

Эмма крепко сжала руку Арно, переплетая свои пальцы с его. Это простое движение придало ей сил, заставляя окончательно забыть о недавней слабости. Она чувствовала, как от него исходит спокойная, холодная уверенность, которая всегда передавалась и ей.

Они вместе вышли из кабинета, и коридоры клиники словно замерли. Врачи и медсестры, завидев идущих плечом к плечу владельцев, невольно выпрямлялись. Арно шел своей фирменной тяжелой походкой, а Эмма, несмотря на кроссовки, держалась так статно, будто на ней были самые высокие шпильки в мире.

Когда они приблизились к центральному холлу, Эмма увидела группу людей в строгих темных костюмах. Они уже стояли у стойки Марии, бесцеремонно требуя журналы посещений. Мария выглядела напряженной, но держалась достойно.

— Добрый день, господа, — голос Арно прозвучал низко и угрожающе спокойно, эхом отдаваясь от глянцевых стен. — Я так понимаю, вы из министерства?

Инспекторы обернулись. Главный из них, мужчина с холодным взглядом и папкой в руках, окинул чету Фрей изучающим взором. Эмма не отвела глаз, лишь чуть плотнее прижалась плечом к мужу, давая понять, что они здесь — единое целое.

— Именно так, господин Фрей, — ответил чиновник. — Внеплановая проверка по анонимной жалобе на нарушение протоколов безопасности. Надеюсь, вы не возражаете, если мы начнем немедленно?

Эмма почувствовала, как пальцы Арно чуть сильнее сжали её ладонь. Она сделала шаг вперед, мягко, но уверенно перехватывая инициативу:

— Мы всегда за прозрачность, господин инспектор. Раз уж вы здесь, мы лично проводим вас в административный блок. Мария, подготовьте, пожалуйста, личные дела персонала и графики дежурств за последний квартал.

Она мельком взглянула на Арно и заметила в его глазах одобрительную искру. Несмотря на токсикоз, персики и утренний хаос, «леди Фрей» была в строю, и она не собиралась отдавать свою клинику на растерзание проверкам без боя.

Они прошли в административный блок, где Эмма, сохраняя ледяное спокойствие, начала показывать документы и четко рассказывать о протоколах работы клиники. Инспекторы внимательно слушали, фиксируя каждое её слово, но внезапно Эмма замолчала на полуслове.

— Ой... — тихо вырвалось у неё, и она резко схватилась за живот, непроизвольно пригибаясь.

Арно, который ни на секунду не сводил с неё глаз, мгновенно оказался рядом. Он обхватил её за плечи, поддерживая, и его голос, только что холодный и официальный, дрогнул от скрытой тревоги.

— Тянет? — быстро спросил он, заглядывая ей в лицо и игнорируя застывших вокруг чиновников. — Эмма, ответь мне, болит?

Эмма сделала глубокий вдох, прислушиваясь к ощущениям внутри, и на её губах появилась слабая, но искренняя улыбка. Она накрыла руку мужа своей, успокаивая его.

— Всё хорошо, правда, — прошептала она, приходя в себя. — Просто... толкнулись. Сразу оба. Очень ощутимо.

Арно заметно выдохнул, его напряженные плечи опустились, а ладонь так и осталась лежать на её животе, словно он пытался почувствовать это движение сам.

В этот момент представители министерства одновременно обернулись, глядя на неё с нескрываемым удивлением. До этого момента они видели перед собой лишь жесткую бизнес-леди, но эта внезапная сцена напомнила всем о её положении. Эмма выпрямилась и посмотрела на них в упор. Её взгляд был спокойным, но в нём читался вызов.

— Прошу прощения, господа, — произнесла она, возвращаясь к деловому тону. — У моих будущих наследников, кажется, свой взгляд на график нашей проверки. На чём мы остановились? Мы обсуждали сертификацию оборудования в операционном блоке, верно?

Инспекторы переглянулись. Главный из них слегка смягчился в лице, кивнул и кашлянул, пытаясь вернуть официальную атмосферу, хотя внимание всех присутствующих теперь невольно было приковано к Эмме, которая продолжала вести дела, несмотря на «бунт» внутри себя.