Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 4: Горькая правда.
Они вернулись в свою квартиру, забаррикадировав дверь. Катя чувствовала: что-то не так. Матвей стал тихим. Он постоянно пил воду, литр за литром, но жажда не уходила. Ночью она проснулась от того, что он сидел на краю кровати и смотрел на неё. В лунном свете его карие глаза казались почти черными.
К: Матвей?
М: Катя... — его голос был как наждачная бумага. — Помнишь, ты спрашивала, почему я согласился на этот брак?
Он медленно расстегнул рубашку. На плече темнела рваная рана. Она не заживала — края были воспаленными, сине- черными, а вены вокруг вздулись, как ядовитые змеи.
М: Я люблю тебя, Катя. По-настоящему. Давно, ещё до этого ада, — он горько усмехнулся, и по его щеке скатилась слеза.
М: и сейчас больше всего на свете я хочу... я хочу впиться зубами в твою шею. Я слышу, как твоя кровь бежит по венам. Это звучит как самая прекрасная музыка. И это сводит меня с ума.
Катя замерла. Холодный ужас сковал её сердце, но любовь оказалась сильнее. Она не отстранилась. Она продвинулась ближе и обняла его, прижимаясь лицом к его горячей груди.
К: Борись, Матвей. Пожалуйста. Не оставляй меня здесь одну среди этих монстров. Если ты сдашься, я сдамся тоже.
М: Кать, если я потеряю контроль... — он схватил ее за плечи, сжимая их так сильно, что на ее коже остались следы. — Обещай мне. Убей меня. Не дай мне стать одним из них. Не дай мне причинить тебе боль.
Это был момент до слёз — два человека в пустой квартире, окружённые смертью, признавались в любви, которая стала их проклятием. Катя плакала навзрыд, зарываясь пальцами в его кудри.
К: я не смогу... Матвей, я не смогу нажать на курок.
Комментарии