Глава двадцать первая
Фу Шиюэ слегка прищурился. Подцепив серебряной вилкой кусочек стейка, он принялся медленно его разжевывать, не сводя с Линь Фэя пристального взгляда: — Хочешь, чтобы я стал твоим девятым парнем?
Несмотря на внешнее спокойствие, в глубине его глаз затаился резкий холод — казалось, в следующую секунду он может вцепиться Линь Фэю в горло и задушить его. Линь Фэй на мгновение опешил, но Фу Шиюэ опустил взгляд, вновь принимая безмятежный и элегантный вид.
— Первым.
Линь Фэй тихо выдохнул, подавляя внезапную дрожь в сердце.
Фу Шиюэ небрежно поманил его рукой. Линь Фэй пригнулся и, задрав голову, приблизился к нему. Фу Шиюэ ущипнул его за щеку и предупредил тоном, каким говорят с нашалившим ребенком: — Я не люблю такие шутки.
Линь Фэй мельком глянул на свои часы, и в памяти всплыл тот шрам... Все те жуткие, невообразимые слухи о семье Фу Шиюэ. Любого нормального человека такая обстановка могла бы довести до безумия, так что если он иногда ведет себя странно — это вполне объяснимо, верно?
— Если ты не будешь со мной встречаться, найдется полно желающих.
Фу Шиюэ поднес к губам чашку кофе и сделал глоток: — Кто, например?
Линь Фэй обвел взглядом ресторан: — А вот посмотри.
Сказав это, он встал, сгреб со стола телефон и направился прямиком к соседнему столику. Там сидела семья из трех человек, на столе стоял праздничный торт. Судя по цифрам на нем, именинник был года на два старше Линь Фэя и как раз резал десерт.
Увидев подошедшего Линь Фэя, все трое замерли. На нем все еще была школьная форма — простая белая футболка с черными полосками на рукавах, вид у него был чистый и невинный. А когда он улыбнулся, это детское очарование проявилось еще сильнее, делая его похожим на подростка: — С днем рождения тебя!
Парень смущенно улыбнулся: — Спасибо.
Линь Фэй покосился на Фу Шиюэ и кивнул в его сторону: — Вон тот мужчина — мой дядя. Ему очень понравился дизайн твоего торта. Можно добавить тебя в друзья в Вичат, чтобы ты скинул мне адрес кондитерской?
— А... хорошо, — парень открыл приложение на телефоне.
Линь Фэй отсканировал код, и в его глазах заплясали искорки смеха: — Спасибо, братик. Как тебя зовут? Я подпишу в контактах.
Стоило ему договорить, как крепкая и сильная рука обхватила его за шею сзади. Второй рукой Фу Шиюэ плавно выхватил телефон из его пальцев и вежливо улыбнулся: — С днем рождения. Наш малыш больше не будет мешать вам ужинать.
Линь Фэй послушно поплелся за ним из ресторана. Забирая свой телефон, он не забыл подлить масла в огонь: — Верни! Я еще даже имя не узнал!
Фу Шиюэ протянул ему мобильный, слегка приподняв бровь: — Ты уверен, что хочешь меня разозлить?
— Ты мне не парень, так с какой стати тебе решать, с кем мне встречаться? Господин Фу, неужели в вашей компании «Кэжуй» есть такие деспотичные правила? — Линь Фэй смотрел ему прямо в лицо вызывающим взглядом.
Фу Шиюэ смотрел на него несколько секунд, затем поднял руку и расстегнул пуговицу на манжете рубашки, будто его загнали в угол: — Я серьезно обдумаю твое предложение.
Прозвучало это даже как-то обиженно.
Результат проверки совпал с ожиданиями, и Линь Фэй немного успокоился. По крайней мере, слова и поступки, которые Фу Шиюэ позволял себе при нем, все еще укладывались в рамки понимания. Все мы живые люди, у кого нет своих скелетов в шкафу?
Дул легкий ночной ветерок, неоновые огни вдоль дороги казались размытыми, а с неба начал накрапывать мелкий дождь.
А-Кай, раскрыв большой черный зонт, поспешил им навстречу: — Господин Фу, мы едем в городскую квартиру или в загородный дом?
Фу Шиюэ обернулся. Линь Фэй прислонился к колонне у входа в отель и, задрав голову, подставил лицо каплям дождя. Теплый желтый свет от купола очерчивал линию его лба и носа, окрашивая лицо в спокойный янтарный цвет.
Поймав на себе взгляд мужчины, Линь Фэй посмотрел на него совершенно без тени стеснения: — Один очень умный и милый мальчик сегодня забыл ключи от дома. Он рискует остаться на улице, не мог бы дядя Фу забрать его к себе?
Откровенная провокация.
Выражение лица А-Кая было таким, будто он получил сокрушительный удар под дых, но его боссу, судя по всему, именно это и нравилось.
Загородный дом был великолепен: белоснежная вилла в современном стиле с панорамными черными окнами, напоминающими клавиши пианино. Она располагалась на склоне горы, и в радиусе пяти миль вокруг не было ни единого огонька — лишь тишина и уединение.
Перед тем как войти, Линь Фэю стало немного жутко. Если здесь с кем-то случится беда, его найдут только тогда, когда он окончательно остынет.
Однако внутри его ждало потрясающее зрелище. Интерьер с холодными геометрическими линиями нельзя было назвать просто роскошным — внимание парня привлекла парящая в воздухе голограмма. Ярко-синие рыбки плавали туда-сюда в абсолютно виртуальном аквариуме. Линь Фэй видел такое только в кино и не удержался, чтобы не коснуться их рукой.
Заметив это, Фу Шиюэ тихо рассмеялся. Он взял его за запястье и надел белый браслет: — Считай, что это ключ. В него встроен чип, через телефон ты сможешь настраивать температуру воды, свои вкусовые предпочтения, любимую музыку и телепередачи.
Линь Фэй потрогал браслет, с любопытством озираясь по сторонам. Его взгляд наткнулся на сверкающий череп в стеклянной витрине. Подойдя ближе, он увидел, что тот сплошь усыпан бриллиантами, а пустые черные глазницы смотрели в пустоту. Такое «загробное искусство» он оценить не смог.
— Дядя Фу, тебе не страшно на это смотреть? — вполголоса спросил Линь Фэй.
Фу Шиюэ налил стакан воды и протянул ему: — Это череп моей матери. Чего тут бояться?
Линь Фэй чуть не выронил стакан, его глаза округлились, и он поспешно отошел подальше от витрины. «Теперь это в сто раз страшнее, ясно?!»
Фу Шиюэ взглянул на череп и совершенно спокойно произнес: — Она покончила с собой, прыгнув в реку во время прилива. Когда тело нашли, остались только кости. Это было её последнее желание.
Линь Фэй поежился, стараясь не думать об ужасах: — Ты наверняка очень по ней скучаешь?
— Когда человек умирает, его свет гаснет. Скучать или нет — не имеет значения, — Фу Шиюэ буднично достал телефон, нажал пару кнопок, и перед витриной опустилась плотная черная штора. — Прости, напугал тебя. В следующий раз ты его не увидишь.
Линь Фэй не удержался от любопытства: — Какой она была?
Фу Шиюэ налил себе кофе и медленно отхлебнул: — Жалкой и несчастной женщиной.
Сказав это, он явно дал понять, что не хочет продолжать разговор: — Иди в душ. Сказка на ночь окончена.
Умная гидромассажная ванна была удобной и просторной — в ней легко поместились бы двое. Линь Фэй откинулся на бортик, глядя на лампы на потолке. Какой должна быть женщина, чтобы бросить сына, покончить с собой, да еще и завещать украсить свой череп бриллиантами?
При всем уважении к усопшим, Линь Фэй считал, что это за гранью нормального рассудка. Ему становилось всё больше жаль Фу Шиюэ. Поставив себя на его место, он понял, что с таким безответственным отцом и не совсем нормальной матерью в характере неизбежно появится надлом.
Задумавшись, он тут же отругал себя за проснувшееся сочувствие. Это всего лишь интрижка с «дядей», нечего строить из себя святую мадонну и играть в «настоящую любовь». Глупости. Фу Шиюэ — мужчина с прошлым и опытом, именно такой типаж ему и нравился. И он не отступит, пока не заполучит его.
Линь Фэй коснулся своей щеки. Он был из тех людей, кто засыпает сладкими речами, пока любит, но как только интерес пропадает — «прощай, а ты вообще кто такой?». Короче говоря, прирожденный мерзавец. И никто не мог его приструнить.
Приняв душ, он бросил одежду в корзину для белья и открыл шкаф в гардеробной. Из ряда безупречно выглаженных рубашек он выбрал одну наугад.
Фу Шиюэ сидел в кресле у панорамного окна, листая изящную книгу. Его взгляду предстали две стройные белые ноги. Кожа была нежной и чистой, изгиб икр — плавным, а легкая полнота бедер светилась юношеским сиянием. Светло-синяя полосатая рубашка тяжело ниспадала, прикрывая самые двусмысленные места.
Он не спеша поднял глаза. Линь Фэй, который был заметно ниже его, закатал рукава до локтей, пуговицы были застегнуты небрежно. После ванны его щеки раскраснелись, словно розы, а в воздухе разлился теплый сладковатый аромат геля для душа.
Линь Фэй взял книгу из его рук и глянул на обложку: — «Эрос и цивилизация». Интересно?
Фу Шиюэ пристально смотрел на него и кивнул.
Линь Фэй вернул книгу, скрестил ноги и уселся на ковер прямо перед ним: — Расскажешь, о чем там?
С этого ракурса — сверху вниз — ключицы парня казались расправленными крыльями бабочки. Фу Шиюэ отвел взгляд и расстегнул две пуговицы на своей рубашке, чтобы стало легче дышать: — О том, что эрос — это инстинкт человека, и нужно давать волю своей натуре...
— О-о? — Линь Фэй, не теряя времени, придвинулся ближе, заглядывая ему в лицо. — И что еще?
Голос Фу Шиюэ немного охрип. Он открыл книгу и прочитал случайный отрывок. Линь Фэй слушал с неподдельным интересом, придвигаясь всё ближе и ближе. Наконец он прошептал совсем тихо: — Дядя Фу, я тут не нашел нижнего белья... ты ведь не против?
Дыхание Фу Шиюэ перехватило, кровь бросилась в голову. Он подсознательно опустил взгляд туда, где подол рубашки отбрасывал мягкую тень — всё было расплывчато, но воображение дорисовывало остальное.
Это был прямой, плотоядный мужской взгляд.
Через пару секунд Линь Фэй стал свидетелем явной физической реакции. Он и не хотел смотреть, но, сидя на полу, его глаза оказались как раз напротив того самого места. — Дядя Фу, я не специально, — невинно произнес он.
Кадык Фу Шиюэ судорожно дернулся, он с трудом подавил всплеск эмоций. Протянув руку, он коснулся мягкого затылка Линь Фэя: — Вставай.
Линь Фэй вскинул веки. Рука на затылке начала медленно скользить вниз, к спине. Он невольно вздрогнул и ехидно прошептал: — Дядя Фу, я еще в школе учусь, тебе не кажется это неуместным?
— ...
Фу Шиюэ смотрел на его лицо, где невинность и порок сочетались безупречно, вызывая желание довести его до слез и срыва. Он глубоко вздохнул и направился прямиком в ванную. На зеркале, еще покрытом паром, было нарисовано милое сердечко.
Подарок от Линь Фэя. Фу Шиюэ уперся рукой в стекло рядом с этим сердечком, тяжело и прерывисто дыша, пытаясь успокоиться самостоятельно.
Когда он вышел, Линь Фэй уже крепко спал на диване, его дыхание было ровным и спокойным. Мало кто мог так безмятежно спать рядом с Фу Шиюэ.
Тот мельком глянул на рубашку, под которой тонкая ткань скрывала ложь парня — Линь Фэй все-таки умел мастерски врать.
Он накрыл его легким одеялом и сел на подлокотник дивана. Вытирая волосы полотенцем, Фу Шиюэ взял с журнального столика телефон и открыл скрытый почтовый ящик.
[Незнакомец]: Кто вы? Почему вы мне помогаете?
Он усмехнулся и одной рукой набрал ответ:
[У тебя нет выбора. Единственный путь — слушаться меня.]