Глава5: Больница
Сознание возвращалось медленно.
Сначала Луна услышала тихий писк аппаратов.
Потом почувствовала мягкость под собой.
Запах лекарств.
Больницу.
Она медленно открыла глаза.
Белый потолок.
Размытый свет ламп.
Тяжесть в теле.
Луна нахмурилась и попыталась пошевелиться.
Рука сразу отозвалась резкой болью.
- Угх...
Она опустила взгляд.
Вся левая рука была зафиксирована бинтами и шиной.
По телу тоже тянулись повязки.
Луна тяжело выдохнула.
А потом заметила кое-что странное.
На тумбочке.
И на соседнем столе.
Цветы.
Сладости.
Пакеты с фруктами.
Записки.
Очень много.
Луна удивлённо моргнула.
- ...Что?..
Она медленно взяла одну из записок.
«ПОПРАВЛЯЙСЯ СКОРЕЕ!! - Урарака»
Рядом лежал огромный пакет сладостей с подписью:
«Ты обязана выжить, потому что я ещё не привык к твоим волкам. - Каминари»
Луна тихо замерла.
В груди стало странно тепло.
Она медленно откинулась обратно на подушку и прикрыла глаза.
- Хах...
Слабая улыбка появилась на её лице.
- Я их заставила переживать...
Тишина.
А потом её глаза резко распахнулись.
Айдзава.
Луна мгновенно села на кровати.
Боль пронзила руку.
- Ай-
Но она даже не остановилась.
Быстро выбралась из койки, игнорируя протесты тела, и почти бегом вышла из палаты.
Коридоры больницы мелькали перед глазами.
Несколько медсестёр удивлённо обернулись, когда девушка в больничной одежде буквально пролетела мимо.
- Мисс, вам нельзя вставать!
Но Луна уже подбежала к дежурной стойке.
Тяжело дыша.
Бледная.
С растрёпанными тёмно-фиолетовыми волосами.
- Прошу...
Медсестра удивлённо посмотрела на неё.
- Вам нужно вернуться-
- Шота Айдзава! - резко перебила Луна. - Он в этой больнице?!
Несколько людей в коридоре обернулись на её голос.
Луна даже не заметила.
- Скажите... в какой он палате?..
Рука пульсировала болью.
Ноги дрожали от слабости.
Но она стояла.
Упрямо.
Медсестра уже хотела что-то сказать, как вдруг за спиной Луны послышался знакомый усталый голос:
- Ты ужасный пациент.
Луна резко обернулась.
И застыла.
Айдзава стоял в конце коридора.
В бинтах.
С перевязанной головой.
Уставший.
Потрёпанный.
Но живой.
Луна почувствовала, как всё напряжение внутри мгновенно исчезло.
И только сейчас поняла...
Как сильно боялась увидеть пустую палату.
Луна смотрела на него, не моргая.
Живой.
Он действительно был жив.
Не воспоминание.
Не сон.
Не очередная жестокая шутка её сознания.
Айдзава стоял перед ней, пусть и весь в бинтах, с уставшим взглядом и привычным выражением вечного раздражения.
Но живой.
И в этот момент что-то внутри Луны окончательно сломалось.
Глаза резко защипало.
Она даже не сразу поняла, что плачет.
Слёзы медленно скатились по её щекам.
- Айдзава-сенсей...
Голос дрожал.
Луна попыталась улыбнуться.
Но вместо этого губы предательски задрожали сильнее.
- Вы... вы...
Она сделала шаг вперёд.
Мир вдруг качнулся.
Тело слишком долго держалось только на адреналине и упрямстве.
Боль резко ударила сильнее.
Перед глазами потемнело.
Айдзава сразу нахмурился.
- Луна?
Она попыталась что-то сказать.
Но сознание уже ускользало.
Ноги подкосились.
И Луна рухнула вперёд прямо на холодный пол.
- ЛУНА!
Айдзава мгновенно сорвался с места, успев подхватить её прежде, чем она сильно ударилась.
Медсёстры вокруг всполошились.
- Быстро каталку!
- Я же говорила, ей нельзя вставать!
Айдзава осторожно придерживал девушку, пока та без сознания лежала у него на руках.
Такая лёгкая.
Слишком бледная.
Её пальцы всё ещё слабо сжимали ткань его бинтов.
Будто даже потеряв сознание, она пыталась убедиться, что он настоящий.
Айдзава прикрыл глаза и тяжело выдохнул.
- Глупая девчонка...
Но в его голосе не было раздражения.
Только усталость.
И странное, непривычное тепло.
Один из теневых волков медленно появился рядом и тихо заскулил возле Луны.
Айдзава посмотрел на него.
А затем осторожно поправил волосы Луны с её лица.
- Я жив.
Тихо.
Почти шёпотом.
- Так что можешь перестать пытаться угробить себя раньше времени.
Прошло три дня.
И вся больница уже говорила только об одном.
- Это ненормально...
- Её рука была полностью сломана.
- Регенерация такого уровня вообще возможна?..
Даже врачи выглядели шокированными.
Когда Луну доставили после нападения на U.S.J, её состояние было тяжёлым - переломы, внутренние повреждения, сильное истощение из-за перегрузки причуды.
Медики ожидали недели восстановления.
Минимум.
Но уже через три дня...
Луна спокойно сидела на подоконнике своей палаты и пила чай.
Будто ничего не произошло.
От бинтов почти ничего не осталось.
Лишь лёгкие следы на коже напоминали о ранениях.
Даже сломанная рука восстановилась полностью.
Сама Луна тоже не понимала, как это работает.
Её мать когда-то говорила:
«Тени защищают своих.»
И, похоже, это касалось даже её тела.
В дверь палаты постучали.
- Входите.
Дверь открылась.
И в комнату буквально влетели Урарака, Мина и Каминари.
- ЛУНА!!
- ТЫ ЖИВАЯ!!
- Ты нас до инфаркта довела!!
Луна едва успела поставить чашку, как Урарака крепко её обняла.
- Эй- я же не умирала...
- ПОЧТИ!!
Мина уже осматривала её с ужасом.
- Как ты вообще ходишь?! Ты выглядела так, будто тебя грузовик переехал!
Каминари ткнул пальцем в её руку.
- Она реально была сломана! Я сам видел!
Луна неловко отвела взгляд.
- Ну... зажило.
- ЗА ТРИ ДНЯ?!
Даже Киришима, зашедший следом, выглядел поражённым.
- Это супер-муж... кхм... супер-круто.
Луна тихо рассмеялась.
В палате впервые стало по-настоящему шумно и живо.
Следом зашли Цую, Мидория и Тодороки.
Мидория сразу облегчённо выдохнул, увидев её на ногах.
- Слава богу...
Он выглядел так, будто эти три дня нормально не спал.
Луна чуть виновато улыбнулась.
- Простите, что заставила всех переживать.
- Переживать?! - Каминари схватился за голову. - Да Айдзава-сенсей чуть не убил врача, когда узнал, что ты сбежала из палаты в первый день!
Луна удивлённо моргнула.
- ...Что?
Мина сразу закивала.
- Ага! Он буквально пришёл проверить тебя, а ему говорят: «Пациентка убежала».
Даже Тодороки едва заметно кивнул.
- Он выглядел очень злым.
Луна тихо застыла.
Почему-то от этой мысли внутри стало тепло.
Очень тепло.
Но вдруг дверь снова открылась.
И в палату вошёл Айдзава.
Повисла мгновенная тишина.
Класс резко выпрямился.
Айдзава оглядел шумную комнату.
- Почему мне кажется, что это больше похоже на вечеринку, чем на больницу?
- Потому что вы пришли испортить атмосферу, сенсей, - спокойно сказала Луна.
В палате повисла тишина.
А потом Каминари начал задыхаться от смеха.
- ОНА ЭТО СКАЗАЛА ЕМУ В ЛИЦО-!!
Айдзава устало прикрыл глаза.
- Да. Полностью восстановилась. Теперь точно вижу. Очень жаль.
Смех в палате постепенно стих.
Луна сидела на подоконнике, мягко держа чашку в руках.
Солнечный свет падал на её тёмно-фиолетовые волосы, делая их почти серебристыми на концах.
Она смотрела на своих одноклассников.
На шумного Каминари.
На улыбающуюся Урараку.
На Мидорию, который всё ещё выглядел так, будто готов проверить её пульс каждые пять минут.
На Айдзаву, стоящего у двери с привычно усталым лицом.
И неожиданно для самой себя Луна очень тихо улыбнулась.
Нежно.
Тепло.
Без привычной осторожности.
- Я рада... что была полезна.
В палате стало тише.
Луна опустила взгляд на чай.
- Ради всех вас и жизни не жалко.
Мидория резко напрягся.
- Не говори так...
Она слабо усмехнулась.
- Но это правда.
Её пальцы слегка сжали чашку.
- Мама и папа всегда учили меня защищать тех, кого любишь.
На секунду в палате стало совсем тихо.
Луна редко говорила о родителях.
Очень редко.
Она подняла взгляд к окну.
- Просто...
Слабая улыбка дрогнула.
- К сожалению, они не были героями.
В голосе не было злости.
Только грусть.
Тихая.
Глубокая.
Урарака осторожно села рядом с ней.
- Но ты ведь другая.
Луна посмотрела на неё.
Урарака улыбнулась мягко и уверенно.
- Ты рисковала собой ради нас.
Киришима кивнул.
- Очень по-геройски, между прочим!
- Да! - сразу поддержала Мина. - Ты вообще была невероятной!
Каминари драматично схватился за сердце.
- Я до сих пор вспоминаю, как ты отправила волков нас спасать... Это было так круто, что я чуть не расплакался.
- Ты и расплакался, - спокойно напомнил Тодороки.
- ПРЕДАТЕЛЬ.
В палате снова послышался смех.
Луна тихо смотрела на них.
И чувствовала странное тепло в груди.
Такое чувство...
Будто у неё наконец появилось место, где её приняли.
Не как дочь злодеев.
А просто как Луну.
Айдзава всё это время молча наблюдал за ней.
А потом спокойно сказал:
- Героя определяет не происхождение.
Все повернулись к нему.
Айдзава смотрел прямо на Луну.
- А то, ради кого он готов встать снова.
Луна замерла.
Её глаза слегка дрогнули.
И впервые за долгое время слова о геройстве больше не казались ей чем-то недосягаемым.
Шум в палате постепенно стих.
Луна ещё несколько секунд смотрела в окно, наблюдая за вечерним небом.
А потом тихо выдохнула.
- Сенсей...
Айдзава поднял взгляд.
Луна медленно повернулась к нему.
Её лицо стало непривычно серьёзным.
- Я бы хотела поговорить наедине.
Класс сразу притих.
Каминари хотел что-то сказать, но Урарака быстро ткнула его локтем.
- Пойдёмте.
- А? Но-
- Живо.
Через минуту палата опустела.
Дверь тихо закрылась.
Наступила тишина.
Айдзава молча стоял у стены, ожидая.
Луна опустила взгляд на свои руки.
Несколько секунд она просто собиралась с мыслями.
А потом тихо произнесла:
- Я бы хотела навестить родителей.
Тишина.
Айдзава слегка нахмурился, но не перебил её.
Луна слабо сжала пальцы.
- Если... вы не против.
Она грустно усмехнулась.
- Хотя я понимаю, что Совет героев вряд ли будет в восторге от этой идеи.
В её голосе не было злости.
Только усталость.
Очень тихая.
Луна подняла взгляд.
- Я не видела их с того дня.
Айдзава замер.
Он знал, о каком дне она говорит.
Тот переулок.
Арест.
Всемогущий.
Четырёхлетняя девочка, плачущая среди теней.
Луна отвела взгляд к окну.
- Возможно... они злодеи.
Её голос дрогнул едва заметно.
- Возможно, они сделали ужасные вещи.
Тени у её ног тихо двигались.
Спокойно.
Будто слушали её.
- Но для меня они всё равно мама и папа.
Она слабо улыбнулась.
Очень грустно.
- Они любили меня.
В комнате стало тихо.
- Они всегда были рядом... всегда защищали меня... учили... заботились...
Луна закрыла глаза.
- И я скучаю по ним.
Просто.
Честно.
Без оправданий.
Без попытки защитить их поступки.
Только слова дочери, которая одиннадцать лет не видела родителей.
- Будь они героями или злодеями... они всё равно моя семья.
Айдзава долго молчал.
А потом тихо выдохнул.
- Луна.
Она подняла голову.
- Ты понимаешь, что это будет тяжело?
Она кивнула сразу.
- Да.
- И что после U.S.J Совет будет следить за тобой ещё внимательнее.
- Знаю.
Айдзава смотрел на неё несколько секунд.
Будто пытался понять, не сомневается ли она.
Но Луна выглядела уверенной.
Не как будущая злодейка.
А как ребёнок, которому просто не хватает семьи.
Наконец Айдзава устало потёр переносицу.
- Я поговорю с советом.
Глаза Луны слегка расширились.
- Правда?..
- Но при одном условии.
Она сразу выпрямилась.
- Каком?
Айдзава посмотрел прямо на неё.
- Ты не пойдёшь туда одна.
Луна замерла.
- ...Вы пойдёте со мной?
- Иначе тебя туда никто не пустит.
Несколько секунд она просто смотрела на него.
А потом неожиданно тихо рассмеялась сквозь подступающие слёзы.
- Звучит справедливо...
Айдзава хмыкнул.
- И ещё кое-что.
Луна вопросительно подняла взгляд.
- Если твои родители хоть попытаются уговорить тебя стать злодейкой...
В его глазах мелькнула привычная строгость.
- Я лично заверну их обратно в камеру.
Луна не выдержала и тихо улыбнулась.
По-настоящему.
Тепло.
- Договорились, сенсей.