глава 28
Олег лишь понимающе хмыкнул, сделал последний глоток и, поставив кружку в раковину, вышел в коридор. Даша не спеша пошла следом, лениво прислонившись плечом к дверному косяку гостиной.
Картина маслом: Влад сидел на ковре, взъерошенный, как воробей после бури, и усиленно тер глаза. Дима, уже успевший как-то вернуть себе человеческий вид, сидел в кресле и безуспешно пытался пригладить вихры на затылке.
— О, вы живы! — воскликнул Череватый, заметив Олега и Дашу. Он тут же принюхался. — Чай? Кофе? Даш, спаси раненых бойцов, у меня во рту как будто стадо программистов ночевало.
— На кухне чайник, чашки в верхнем шкафу. Сами нальете, руки есть, — лениво отозвалась Даша, всем своим видом показывая, что режим «гостеприимная хозяйка» официально закрыт.
— Понял, принял, ушел на водопой, — Влад резво поднялся с ковра и, задев плечом Олега, ушмыгнул в сторону кухни. Дима, виновато улыбнувшись Даше, поднялся следом за ним, на ходу бормоча: «Я помогу, а то он там всё разнесет».
В гостиной снова стало тихо. Олег подошел к журнальному столику, забрал свой рюкзак и перекинул ремень через плечо. Он посмотрел на Дашу, которая всё так же отстраненно наблюдала за происходящим.
— Мы сейчас соберемся и уйдем, — спокойно сказал он, возвращая ту самую рабочую дистанцию, которую она выстроила между ними. — Больше не побеспокоим. За проект еще раз спасибо, ты нас реально вытащила из ямы.
Даша посмотрела на него, лениво сощурившись. Её «стена» была на месте, но внутри почему-то не было привычного желания поскорее выставить всех за дверь и запереться на три замка. Вчерашний вечер и этот дурацкий утренний чай оставили странное, но совсем не противное послевкусие.
— Проект ваш — сырой кусок кода, Шепс, — привычно съязвила она, но уже без прежней колючести. — На следующей неделе, если ваш препод снова найдет там петли, так и быть, можете показать мне. Но чур, без ночевок. Мой диван не резиновый.
Олег замер на секунду, а потом его губы тронула открытая, настоящая улыбка.
— Идет, — кивнул он. — Без ночевок.
Из кухни донесся громкий звон разбивающейся ложки и испуганный шепот Влада: *«Димка, тихо, лови её, пока хозяйка не услышала!»*
Даша тяжело вздохнула и потерла переносицу. Похоже, спокойное утро на втором курсе официально отменялось, но, черт возьми, этот семестр действительно переставал быть скучным.
Из кухни вернулись Влад и Дима, держа в руках кружки. Череватый со стоном облегчения опустился обратно на ковер, привалившись спиной к креслу.
— Народ, у меня предложение, — загробным голосом произнес Влад, глядя в потолок. — Давайте никуда не пойдем. Какая первая пара? Какая дискретная математика? У меня мозг после этой курсовой до сих пор как пережаренный процессор. Я если сейчас в универ приду, я просто умру на первой же скамейке.
Дима, уныло кивая, сел рядом.
— На самом деле, Влад прав. У меня голова раскалывается уже третий день из-за этих кодов. Мы же реально спали по три часа всю неделю, пока проект добивали. Шепс, ну скажи им. У тебя самого глаза красные.
Олег молча опустил рюкзак обратно на пол. Он потер виски, и по его утомленному лицу было видно, что эти пара дней адской работы над проектом действительно выжали из парней все соки.
— Даш, — Влад вдруг повернулся к ней и сложил руки в умоляющем жесте. — Пожалуйста! Давай ты тоже на пары забьешь? Тебе же все равно лень ехать. Ну посмотри на нас, мы же трупы ходячие. Нам так лень сейчас тащиться по домам по этому питерскому транспорту... Мне до общаги час пилить, Димке вообще на другой конец города. Можно мы просто у тебя посидим? Пожалуйста! Мы будем тихими, как обои!
Дима посмотрел на неё такими же просящими глазами:
— Даш, серьезно, голова просто сдаёт. Шевелиться лень, думать лень. Разреши нам просто перекантоваться у тебя до вечера, пока тупняк не пройдет. Мы даже с дивана вставать не будем.
Олег перевел взгляд на Дашу. Он не умолял, как парни, но в его серых глазах читалась крайняя степень ментальной усталости. Он слегка приподнял плечи, безмолвно спрашивая: *«Сжалуешься над пострадавшими от науки?»*
Даша стояла у косяка, лениво переведя взгляд с одного старшекурсника на другого. Её собственная лень, дремавшая внутри, мгновенно среагировала на этот призыв. Идея забить на пары и остаться дома в теплом худи выглядела максимально соблазнительно, а вид троих беспомощных парней, у которых мозги расплавились от учебы, вызывал легкую усмешку.
— Ну вы и немощные, старшекурсники, — лениво протянула Даша, но в её голосе уже не было строгости. Она подошла к дивану и с размаху повалилась на него, сразу зарываясь в плед. — Ладно. Мне всё равно было лень краситься и обуваться. Оставайтесь. Но если кто-то из вас хотя бы заикнется про базы данных или учебу — выметается пешком под дождь. Мне тоже нужно восстановить логику в абсолютной тишине.
Влад издал победный победный стон и растянулся на ковре:
— Всё, я в режиме энергосбережения. Даша — ты наш спаситель.
В гостиной воцарилась глухая, блаженная тишина, нарушаемая только редким тиканьем часов на стене. Накал страстей вокруг курсовой, бессонные ночи и утренняя неловкость — всё это разом отступило, уступив место тотальному, коллективному пофигизму. Мозги у всей компании официально ушли в спящий режим.
Влад, не меняя позы, подтянул поближе подушку, которую Даша скинула с дивана, и затих. Кажется, он отключился за секунду до того, как его голова коснулась ковра. Дима устроился в глубоком кресле, натянув капюшон толстовки на самые глаза, чтобы дневной свет не раздражал уставшие от монитора глаза.
Даша лениво поднялась с дивана. Находиться в эпицентре этого сонного царства её внутренней лени мешал затекший бок. Оставив гостиную в полное распоряжение парней, она тихо доплелась до своей спальни, плотно прикрыла за собой дверь и с превеликим удовольствием завалилась на нормальную, широкую кровать. Завернувшись в одеяло, как в кокон, Даша мгновенно провалилась в глубокий, качественный сон.
Олег пару минут просто стоял посреди опустевшей гостиной, переводя взгляд с одного заснувшего друга на другого. Когда силы окончательно покинули его, он просто забрался на освободившийся диван, устроился поудобнее, подложил руку под голову и прикрыл глаза.
Весь оставшийся день квартира Даши напоминала тихое убежище для пострадавших от высшего образования. Никто не залипал в телефонах, никто не проверял дедлайны и не сверял схемы связей. Время от времени кто-то один лениво доползал до кухни, чтобы попить воды, а потом возвращался обратно в это царство сонной тишины.
Даша поймала себя на мысли, когда ненадолго проснулась посреди дня, что её идеально спланированное одиночество, которое она так тщательно оберегала от всех в универе, сейчас было нарушено самым бесцеремонным образом. Но почему-то за закрытой дверью спальни, зная, что в соседней комнате тихо сопят эти трое уставших парней, ей впервые за весь семестр было по-настоящему спокойно.