Глава 37.После ужина
Домой мы приехали в тишине.
Родители всю дорогу не поднимали тему ужина.
Альхамдулиллах.
И уж тем более - тему помолвки или драки...
Только тихо играло радио, а за окнами машины медленно проплывали вечерние улицы Анкары.
Эх...
Да, Кемаль получил немало.
Но взрослые сразу запаниковали - подбежали к нему, начали обрабатывать раны, расспрашивать, суетиться...
А Демир?
Демир терпел боль один.
Никто к нему не подошёл.
Никто не посмотрел на нос, из которого почти ручьём текла кровь.
Даже Озлем ханым...
Я тяжело вздохнула, глядя в окно машины.
Да.
Я немного злилась на него.
Очень даже.
Ну зачем было драться?
Зачем кричать?
Но...
Мне всё равно было его жалко.
Было видно, что ему больно.
И физически, и... как-то иначе.
Только он, как всегда, прятал это за своим невозможным характером.
Перед глазами вдруг снова всплыл тот момент.
Кровь на его лице.
Упрямый взгляд.
И этот дурацкий ответ:
«Нет».
Как будто ему вообще никогда не бывает больно.
Странный человек.
Невозможный.
Котожор...
Я нахмурилась и тут же отвернулась к окну.
Нет.
Не хочу сейчас о нём думать.
Совсем.
- Амина, кизим, мы приехали, - мягко сказал папа.
Я вздрогнула.
- А... да. Точно... приехали.
Папа, как всегда, первым вышел из машины и помог нам с мамой.
Прохладный ночной воздух коснулся лица.
Дом встретил нас привычной тишиной и запахом домашнего уюта.
Почему-то после шумного вечера это ощущалось особенно сильно.
- Кизим... - мама погладила меня по голове и улыбнулась. - Иди отдохни. Завтра будем варенье делать.
И я сразу немного оживилась.
- Правда?
- Конечно, - рассмеялась мама. - Клубничное. Как ты любишь.
О Аллах.
Ну вот.
Настроение стало чуточку лучше.
- Хорошо, анни.
Папа устало снял пиджак и потянулся.
- А я завтра официальный дегустатор, - заявил он.
- Нет, бабам, - серьёзно сказала я. - Ты официальный вор варенья.
Мама тихо засмеялась.
- Вот именно.
Папа только сделал вид, что обиделся.
- Как несправедливо в этом доме относятся к честным людям.
И почему-то от этого маленького разговора стало легче.
Словно ужин остался где-то далеко.
С этими мыслями я поднялась к себе.
Комната встретила меня тишиной.
Мягким светом ночника.
И привычным запахом моих книг, духов и чистого белья.
Я медленно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.
Только сейчас пришла настоящая усталость.
Слишком длинный день.
Слишком много эмоций.
Я аккуратно сняла платье, которое ещё несколько часов назад казалось почти сказочным.
Нежно-розовая ткань мягко легла на кровать.
Платье всё ещё пахло духами и вечерним воздухом.
Красивое...
Но почему-то, глядя на него, я вспоминала совсем не ужин.
А взгляд одного невозможного человека.
- Астагфируллах... - тихо пробормотала я.
Нет.
Опять.
Я быстро переоделась в тёплую пижаму, распустила волосы из-под платка и подошла к зеркалу.
Лицо выглядело уставшим.
Но щёки всё ещё были слегка розовыми.
И почему-то это раздражало.
- Хватит, Амина, - сказала я своему отражению.
Потом совершила намаз.
И как всегда после него внутри стало спокойнее.
Словно сердце наконец перестало метаться.
Я долго сидела на коврике, шепча дуа.
За родителей.
За наш дом.
За завтрашний день.
И...
Немного за одного глупого, больного и ужасно упрямого человека.
Только поняла это не сразу.
Когда молитва закончилась, я забралась в кровать и укрылась одеялом.
Завтра воскресенье...
ИншаАллах, спокойный день.
Без драк.
Без помолвок.
Без странных разговоров.
Я уже почти закрыла глаза, когда вдруг снова вспомнила окровавленный нос одного невозможного котожора.
И маленький пластырь с котиком...
Интересно...
Он вообще его приклеил?
Или, как обычно, сделал вид, что ему ничего не нужно?
В груди почему-то кольнуло.
В этот момент дверь тихо царапнулась.
А потом-
прыг.
Муиза уверенно приземлилась прямо ко мне.
- Ай! - тихо пискнула я.
Рыжая бессовестница тут же развалилась у меня на груди, будто кровать принадлежала исключительно ей.
Я невольно рассмеялась.
- Ну конечно... где же ещё тебе лежать?
Муиза довольно мурлыкнула.
Мой маленький рыжий комочек...
Я крепко обняла её, уткнувшись носом в мягкую шерсть.
Тёплая.
Сонная.
Родная.
За окном медленно падал первый снег.
Тихий.
Красивый.
Я слушала мурчание Муизы и чувствовала, как мысли наконец становятся тише.
Демир.
Ужин.
Драка.
Помолвка.
Всё постепенно растворялось в сонной дымке.
И наконец...
мы обе провалились в сон.