Глава 22
Запах свежесмолотого кофе сладковатый аромат выпечки, только что извлечённой из печи, смешивался с гулким многоголосием — как в коконе.
Кампус, пробудившись после каникул, взорвался жизнью. В кофейне яблоку негде было упасть. Повсюду — смех, оживлённые рассказы, мелькающие экраны с фотографиями. Арчи сидел за угловым столиком, механически ковыряя ложкой в остывшей пене капучино. Кружка была уже холодной, но он не замечал.
— Вы уже видели? — донёсся звонкий голос от соседнего стола, прорезав общий гомон.
— Ты про то, что наши местные звёзды теперь... вместе?
— Эх, теперь Итан и вовсе стал недосягаем...
Арчи медленно поднял взгляд. Итан. Это имя прозвучало как удар по натянутой струне где-то внутри. «Недосягаем? Это значит...»
— Но они же такая красивая пара, — продолжала девушка, и в её голосе слышалось сладостное сожаление.
— Пол-университета в трауре, — усмехнулся кто-то.
— А чего вы хотели? Вы же видели, как они смотрят друг на друга?
Арчи отвёл взгляд. Его пальцы сами собой сжались. Ещё ничего не видя, не зная наверняка, он уже ощутил, как по виску скатилась ледяная капля. Рука сама потянулась к телефону.
У Итана не было страницы — конечно, он был выше этого. Но у Лилу была. Он ткнул в иконку — и сердце на секунду замерло, словно провалилось в пустоту.
Все звуки вокруг — смех, голоса, звон посуды — разом слились в белый шум. На экране — они. Они. Смеющиеся. Обнявшиеся. Счастливые.
Пальцы внезапно ослабели. Телефон с глухим стуком упал на стол, но он не услышал. «Почему? Почему она выбрала его?» — билось в висках. Он, который столько времени смотрел сквозь неё, будто она пустое место...
— Теперь ясно, почему он всех отшивал, — донёслось сзади. — Помнишь, все думали, что он...
— Неуловимый Джо? — хихикнула одна из девушек.
— Да бросьте. Он просто ни в кого не был влюблён.
Дышать стало тяжело. Грудь сжало тугим обручем, каждый вдох давался с усилием. Голоса вокруг нарастали, сливаясь в один оглушительный гул, который затягивал его на дно.
«Почему именно он? Холодный. Расчётливый. Безжизненный.»
Арчи резко поднялся, отшвырнув стул. Шум стал невыносимым. Куда ни глянь — везде их улыбающиеся лица, настоящие или воображаемые. «Везде Итан. Итан идеальный. Итан безупречный. Все от него без ума. Что она в нём нашла?!»
Он выскочил на улицу. Морозный воздух обжёг лёгкие, на секунду вернув к реальности, но тут же, словно ледяная змея, пополз по венам, дробя остатки самообладания на острые осколки. Арчи опустился на подмерзшие ступеньки, закрыл лицо ладонями. Кожа под пальцами была ледяной.
«Бесит. До чёртиков бесит! Словно весь мир вертится вокруг этого благообразного Блэка.»
Порыв ветра ударил в лицо, заставив вздрогнуть. Арчи сжал кулаки так, что кости затрещали. Где-то в глубине, поднимаясь из самой тёмной части его души, закипала ярость — не только на Итана, но и на самого себя. Потому что он с мучительной ясностью осознал: он проиграл эту битву ещё до того, как она началась. Он проиграл её в тот самый день, когда впервые позволил зависти поселиться в своём сердце.
Он понял это — и замер. Тишина, что воцарилась внутри, была страшнее любого шума.