Мы были друзьями

- Юнги, я в заголовках, - голос Чимина дрожал. Он улыбался, но выглядело это страшно. Парень был на грани истерики. Или обморока. Он ещё не решил, к какому варианту больше склоняется.

- Ты о чем? - Юнги мягко забрал телефон из дрожащих рук младшего, и полистал ленту. С каждым новым заголовком его лицо принимало всё более мрачный вид.

Еле как они добрались до машины. Держать лицо перед репортёрами требовало невероятных усилий.

Уже в салоне чиминову дамбу прорвало. По лицу заструились горячие слёзы. Чимин рыдал, но при этом не издавал никаких звуков, чем изрядно пугал Юнги. Когда человек беззвучно плачет, это уже та стадия, на которой он осознаёт свое бессилие или слабость. Паника младшего передалась и Юнги, руки дрожали, но он всё равно крепко прижал к себе Чимина, равномерно поглаживая по плечу.

Делал он это скорее на автомате, в то время как свободной рукой разблокировал телефон. Несколько минут он молча читал несколько статей.

- Убью сучку!.. - Юнги сказал это сквозь зубы и с такой яростью, что Чим удивлённо вскинул на него взгляд.

- Юнг-ги, ч-что там? - младший заикался, глотая слёзы.

- Тише, котёнок, - Юнги легонько чмокнул его в макушку. - Всё не так плохо.

- Ты опять?! То есть это по-твоему тоже не проблема?! Все узнали о наших отношениях, а тебе все равно?! - нервы были на пределе, и поэтому Чим повысил голос. Водитель недовольно на них покосился.

- Успокойся, - твердый голос старшего заставил Чимина замолчать. - Вдох- выдох. Вот так, - Чим постепенно приходил в себя.

- Мне не всё равно, это раз. А два, тут ни слова о наших отношениях.

- Ч-что?... Но я видел заголовки...

- Вот именно. Ты только заголовки и видел. Всё и правда не так плохо.

- но что тогда?!...

- Тише, дослушай, - Юнги старался говорить спокойно и размеренно, что бы успокоить Чимина, хотя не будь у него на плече этого плачущего ангелочка, он бы давно раскрошил телефон об стену и сделал бы в ней пару вмятин. - Все эти статьи про тебя и Ли Мину.

- Но почему? Мы ведь давно расстались, если бы кто-то и заснял наши свидания, то почему выложил только сейчас?! Или это Мина?! - Чим аж задохнулся от этой мысли. Ему было невозможно противно и подумать, что некогда близкий человек и правда может так поступить. - Только не она... Но она же говорила про другие снимки...

- Нет, это свежачок, - старший горько усмехнулся. - эта стерва подстроила поцелуй в самолёте, и нужный человек сделал "щелк", - Юнги изобразил пальцами щелчок камеры.

Глаза Чимина из заплаканных челочек превращались в большие, по пять копеек.

- Но там же должно быть видно, что это она меня прижимает?

- Это вопрос ракурса.

Чимин разрывался. С одной стороны, он чувствовал нереальное облегчение от того, что их отношения не раскрыты. Но с другой, он всё ещё находился в заднице. Одно дело, если слухи пораждают фанаты, основываясь на каких-нибудь мелочах, это легко опровергнуть, достаточно компании выпустить статью или сделать заявление. Но другое дело, когда есть такие вот вещественные доказательства... Как ни крути, а поцелуй был, что четко видно на фото. Одним словом, ситуация - трындец.

Оставшуюся дорогу до отеля они молчали, каждый думал о своём. И если мысли Чимина крутились вокруг путей выхода из ситуации, то Юнги думал, как бы жёстче разобраться с Миной.

Когда только он увидел снимки, и понял, что сцена в самолёте- постановка, парень пришёл в дикую ярость. Эта девка таки сумела довести его парня до слёз. Больше всего на свете Юнги ненавидел слёзы Чимина. В такие моменты он сразу чувствовал себя слабым, не знал куда себя деть и как хоть как-то помочь этому крошечному созданию (Чиму). Про себя старший уже давно решил, что будет плать око за око, и зуб за зуб всем, кто посмеет обидеть его Минни. Его Минни. Его, черт возьми, Минни! Да никто и пальцем руки его больше не тронет, а кто решиться, останется без этой самой руки.

***

Они сидели в номере и пили горячий чай. Чимин свернулся клубочком и замотался в плед на диване, обхватив теплую чашку двумя руками, будто на улице было по меньшей мере -10 градусов.

Юнги сидел на полу у него в ногах и тоже потихоньку отпивал из дымящейся кружки.

Они молчали. Каждый переваривал ситуацию. В дверь позвонили. Чим хотел было подорваться и побежать открывать, но чуть не упал, пытаясь выбраться из своего кокона.

- Сиди, я открою, - Юнги направился к входной двери.

На пороге стоял Намджун. Из-за его спины выглядывал обеспокоенный Джин, а ещё чуть дальше стоял Хосок.

- Можно?

Юнги молча отошёл с прохода, запуская ребят в глубину номера. Пока все толпились в коридоре, с гостиной послышался глухой стук и тихие ругательства. Джин первым бросился к двери и вбежал в комнату. На полу гусеничкой лежал Чимин и матюкался всеми словами, которые знал. Хен тут же подбежал к нему и начал разматывать.

- Ты чай пролил? - голова Юнги возникла в дверном проёме.

- Да! - прошипел Чимин, извиваясь, - горячо.

- Сильно обжёгся? - Хоби помог размотать Чима.

Чимин молча предъявил им руку, на которой уже начинал пузыриться волдырь.

- Ну и зачем ты так замотался? - принялся ворчать мамочка- Джин, - на улице ж лето. Джун, дай лед из морозилки.

Пока Джин оказывал пострадавшему от кипятка первую помощь, остальные расселись на диване и на стульях кухни (гостиная и мини-кухня совмещены).

- Итак, - Намджун выстукивал по столу ровную дробь. - Давайте проясним.

Не перебивая, он выслушал все чиминовы возмущения, дополняемые красочными словечками Юнги.

- Я думаю, - никто так и не узнал, что думает Хоби, потому что в дверь снова постучали. Да так, будто от этого зависела жизнь стучавшегося.

Закатив глаза, Юнги снова поплёлся открывать. В дверном проёме возник Чонгук, в одной руке он держал руку ТэТэ, а в другой покет с пивом.

- Чимин-щи, я тебе говорил, эта чертова истеричка!.. - он наконец заметил, что перед ним стоит Юнги, причем с таким лицом, будто его заставили мешки с песком таскать, и осекся.

Заслышав из соседней комнаты слабый голос Чима, Тэхен ринулся в дверной проём, но оба с Гуком они там не поместились, и когда они оттуда вылетели, как пробка, они развили приличную скорость, не обычную для таких малых дистанций. Поэтому когда Вигуки вихрем ворвались в гостиную, в которой и так уже было пять человек на 12 квадратных метров, они сбили с ног Хоби-хена и такой лепешкой приземлились в ноги Джина, который успел предусмотрительно отскочить в сторонку. Траектория их полета задела ещё и стоящую на низком столике кружку Чимина, которая со звоном упала, расплескивая остатки уже остывшего чая.

- Та штоб вас, - беззлобно зашипел Чимин, ему не улыбалось убираться по второму кругу. Однако заслышав мягкий звон стекла в пакете он заметно приободрился. - Что это там у вас?

- ЧимЧим, я тебе говорил, что эта дура- истеричка.

- Когда?

- Не суть. Важно то, что она действительно оказалась гадюкой!

- Это я и без тебя знаю, - отмахнулся Чимин, - ты мне лучше скажи, чем ты нас порадуешь...

Тэ забрал у Гука пакет и гордо вскинул над головой, и как раз попал по голове заходящему в комнату Юнги.

- Айщ!

- Ой прости, Юнги-хен!

- Коть, иди сюда, - Чимин похлопал по дивану рядом с собой, и когда Юнги сел, принялся дуть и поглаживать ушибленное место.

От этой милой картины все притихли. Первым нарушил тишину Джун:

- То есть это постановка?

- Да!

- Гук, а ты то откуда знаешь?

- Так мы с Тэ рядом сидели! Я даже видел, кто сфотографировал!

- И чего ты молчал? - Юнги тут же оживился. Всё-таки, главным его мотивом была месть, хоть он никому и не раскрывал свои планы.

Чимин тяжело вздохнул. Получить нож в спину оказалось больнее, чем он себе представлял.

Он кивнул на пакет, что принесли Вигуки:

- Чонгук-а, доставай.