4 глава.
Я открыла холодильник, от всего сердца надеясь, что там окажется нормальная еда, но, как обычно, ничего не было. Я не предпочитаю есть дома, но сейчас захотелось. Открыв холодильник, я увидела лишь пустые банки из-под энергетиков. Не всегда такое пью, но иногда себе позволяю.
Если честно, то всё настроение после разговора с подругой пропало. Не то чтобы она меня бесит. Просто упоминание имени Демиана портит всё настроение. Его существование действует мне на нервы. Зачем он вообще вернулся? Мой телефон снова завибрировал, но на этот раз там было имя моего старшего брата, а не имя лучшей подруги.
— О, какие люди! — как только отвечаю на его звонок, с ноткой иронии начинаю я.
— Уже соскучилась? — спрашивает он, но это не голос моего брата. Вот черт, как же он меня бесит!
Какого хрена телефон моего брата у него? И зачем он мне звонит?
— Чего тебе? — рявкнула я.
— Ему — ничего, — отвечает уже мой брат. Его голос слышен как-то далеко, значит, он что-то делает, а Демиана попросил позвонить мне со своего телефона, ведь, во-первых, у Демиана нет моего номера, к счастью. Во-вторых, я бы ему всё равно не ответила, и он об этом прекрасно знает. — Мама попросила тебе сегодня приехать на семейный ужин.
— С фига ли? — изумлённо спрашиваю я, ведь меня никто уже второй год не приглашал, только если на какие-то праздники, по типу дня рождения, Нового года или же их годовщина. Вы не представляете, как меня бесит само слово "годовщина", столько неприятных воспоминаний от одного лишь этого мерзкого слова. — И вообще, я не могу.
— У нее сегодня день рождения, — вмешивается в наш разговор Демиан, и я мысленно прокляла себя за то, что забыла.
— Я помню, — огрызнулась я.
Какого черта он со мной разговаривает? Я то, что вчера случилось, никогда не забуду! Тяжело вздохнув, я подавила желание сбросить трубку и закрыла холодильник, напрочь забыв, что он всё это время был открыт.
— Если помнишь — шевели своей задницей и приезжай сюда, — отвечает он. А брат выругался, видимо, одна из запчастей его железки выпала. Я на все сто процентов уверена, что он сейчас возится со своей машиной, если это можно вообще называть машиной, конечно.
— Я не с тобой разговариваю, — раздражённо выплюнула я в динамик.
— Мне плевать, — быстро отразил он.
— Мне тем более, — крикнула я.
— Вы все ещё как дети себя ведёте, — послышался где-то голос брата. Он чуть посмеивался про себя, я уже даже забыла, что он тут. — Так, ты едешь?
— У меня ноги болят, — прочеканила я каждое слово, а потом услышала фирменный смешок этого психа.
— Только утро, а она уже устала, — насмешливо проговорил брат.
Я выключила звонок.
Как же они оба меня бесят! С самого детства надо мной издеваются, и хоть бы что. Что такого забавного в том, чтобы действовать человеку на нервы, мать вашу?
Если я не приду, то мама обидится. Если я приду, то на все сто процентов увижу Демиана. Я застонала и схватила себя за волосы. Как же всё сложно! Зачем он вообще вернулся? Ему что, сложно было дальше жить в том проклятом городе? Что с ним стало вообще?
ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ ♡ ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ
Я ехала на такси к маме и папе. Мне кажется, что моё сердце сейчас выпрыгнет из груди от волнения. Мне так страшно не было даже на экзаменах. Это действительно чертовски страшно. Не то чтобы я его боюсь, просто... Блять, ладно, я его боюсь. Он же ненормальный.
Такси остановилось возле дома моих родителей, и, заплатив, я вышла. Тут всё такое же, как и в детстве: тот же сад, тот же дом, та же лестница. То же чёртово дерево, возле которого я первый раз познакомилась с этим полудурком. Нехотя, даже недовольно топая, я шла к двери, время от времени останавливаясь, чтобы помедленнее пойти туда. Я знаю, что он тут. Иначе быть не может: когда был звонок, он уже был тут, не мог же он уйти. Или мог? Боже, это будет самая лучшая новость, клянусь.
Ноги от каждого шага напоминали о себе. Дерьмо. А что будет, если я сейчас развернусь и просто пойду домой? Сколько дней мама будет на меня обижаться? Или сколько месяцев? Не понимая своего тупизма, я открыла входную дверь и зашла в дом, несколько раз оглядываясь по сторонам. Я даже вверх посмотрела, чтобы убедиться – есть ли там вода или её нет? Но её там не было. В детстве он часто надо мной так шутил, но сейчас же мы не в детстве, его шутки стали ещё "смешнее", по его мнению, конечно. Для меня они никогда и не были "шутками".
Я пошла на кухню, ведь там, скорее всего, они все и были. Но не тут-то было: тут только Демиан и мой брат. Чёрт. Чёрт. Чёрт. Сделав крутой разворот, я попыталась уйти, но тут меня остановил до одури знакомый голос:
— Уже уходишь, маленький смерч?
Знаете, у меня было много раздражающих прозвищ, но это определённо стоит впереди моего топа. Я разворачиваюсь и смотрю на это умственно отсталое существо.
— Вихрюга, я ищу свою маму, чтобы её поздравить, — отвечаю я, всеми силами сжимая кулаки.
Он ухмыляется, скорее всего, из-за ответного прозвища. Только его прозвище придумано несколько лет тому назад, а моё только что. Брат в то время встаёт, у него в руках красная подарочная коробка, по всей видимости, подарок ко Дню матери. Он проскальзывает между мной и выходит из комнаты. Я следую за ним, но меня хватают за запястье в тот же миг, когда я пытаюсь выйти из кухни, а саму дверь закрывают на замок. Он прижимает меня к стене и нависает надо мной. Его запах заполняет мои лёгкие, а глаза впиваются в меня. Моё сердце начинает биться быстрее от страха и нежелания тут находиться.
— Вихрюга? — переспрашивает он спустя минуту после того, как я произнесла последнее слова.
— Ну да, — я киваю. — Отпусти меня, пещерное ты создание!
Он издал низкий смешок, но это было больше похоже на рычание.
— Знаешь, ты всегда была дикой, — говорит он, как будто уверен в своих словах на все сто процентов.
— Я не дикая, — возражаю я.
Он ничего не отвечает на мои слова, переводит свой взгляд на мои губы, а после — на шею. Я чувствую, как краснею от одного лишь его взгляда, но это последнее, что я сейчас хочу делать. Блять, это просто реакция организма, ничего большего. Так и есть, с фига ли мне краснеть от того, что он просто посмотрел на мои губы?
— Ты краснеешь, — насмешливо заметил он.
Я фыркнула. Обычно в книгах про это не говорят, но этот ублюдок не упустит возможности поиздеваться надо мной. Он погладил мое запястье, может быть, даже случайно, но какого хрена? Я дёрнулась всем телом, и он сам отошёл от меня.
ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ ♡ ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ
Мы сидели за столом. Мама буквально сияла от счастья: отец пел ей серенаду, а мне оставалось лишь слушать их трепет. Я села подальше от этого дебила, а он как назло сел прямо передо мной и смотрит, как я ем. Какое интересное у него шоу! Лучше, чем фильмы, которые я смотрю во время еды.
Хмыкнув, я облизнула пальцы, глядя прямо на него, а потом подавилась смехом. Я посмотрела на него и увидела, как он ухмыляется. Решила поиздеваться над ним, называется! Лишь опозорилась, блять.
Нахмурившись, я уставилась на него, а потом мама радостно захихикала.
— Всё как в детстве! — с ностальгией сказала она.
Я лишь закатила глаза на эту глупую реплику и потянулась к алкоголю. Никогда при родителях не пила, но что уж там.
— Похоже, не всё как в детстве, — заметил Эшер, мой брат.
Демиан шлёпнул меня по руке, протянутой к бутылке, и я недовольно на него посмотрела.
— Какого хрена? — буквально прорычала я.
Он взял бутылку и налил себе в стакан, а затем отдал её мне. Пустую, ведь там и так ничего не было. А-а, теперь понятно: сам выпить захотел, полудурок.
Он отпил половину, а потом протянул стакан мне, мол, на, выпей. Я нервно вцепилась в свою юбку под столом. Иногда этот мудак делает такие вещи, что мне становится до одури стрёмно.
— Не хочу, — сказала я, пытаясь, чтобы мой голос звучал серьезно, но получилось как-то по-детски капризно.
Он лишь кивнул и допил остальное. Я брезгливо на него смотрела. Он что, действительно думал, что я буду пить из его стакана? Ну и мерзость.
Я отвернулась, делая вид, что меня жутко заинтересовал узор на скатерти. Отец закончил свою песню и теперь ворковал с мамой, целуя её в щеку. Идиллия, чтоб её. А я сидела напротив этого придурка, чувствуя, как его взгляд буквально прожигает во мне дыру.