Пока ты меня ненавидел

Чакыр сделал всё так, как велела Акча.
Лекарства — по часам.
Бульон — горячим.
Чай — без сахара, как Исо любил.
И уже на следующее утро температуры не было. Оставалась слабость, ломота в теле и редкий кашель, но по сравнению со вчерашним днём он чувствовал себя почти человеком.
— Если так дальше пойдёт, завтра уже будешь здоров, — сказал Чакыр, разогревая обед.
— Сам удивляюсь, — Исо сел за стол и потёр шею. — Обычно я умираю минимум дня четыре.
— Вот и я о том же. А тут два дня — и снова ворчишь.
Исо усмехнулся.
— Твоя медсестра оказалась опасно хороша.
— Моя? —Чакыр повернулся к нему с ложкой в руке. — С ума сошёл?
— Ну а чья ещё? — спокойно продолжил Исо. — Как вы познакомились? Уже встречаетесь?
— Не смеши меня. Я её вчера впервые увидел.
— Тогда с чего такая забота? Ты перед ней вчера на цыпочках ходил.
Чакыр поставил кастрюлю на плиту и пожал плечами.
— Это внучка тёти Султан предложила помощь. Сказала, что у неё есть подруга-медсестра. Исо поднял взгляд.
— Внучка?
— Ну да. Фадиме.
Он ничего не ответил.
В этот момент на телефон Чакыра пришло сообщение. Тот мельком взглянул на экран и продолжил мешать суп. Исо машинально скользнул взглядом по телефону. На экране светилось знакомое имя.
Фадиме.

"Чакыр, дорогой, как там твой друг? Акча помогла?"

Исо замер. Всего на секунду. Но этого хватило.
— Чакыр, — произнёс он как можно ровнее. — Та девушка... как её зовут?
— Я же сказал. Фадиме.
— А как выглядит?
Чакыр удивлённо посмотрел на него.
— Брюнетка. Волосы по плечи. Ниже меня ростом. Ты чего?
— Ничего. Пойду умоюсь.
Он встал слишком быстро и вышел из кухни.

В ванной было прохладно. Исо включил воду и долго смотрел, как она бежит по раковине. Потом поднял глаза на зеркало. Уставшее лицо. Щетина. Красные после болезни глаза.
— Фадиме...
Имя прозвучало тихо. Почти недоверчиво. Он умылся холодной водой. Снова. Будто это могло привести мысли в порядок. Значит, это она.
Бульон. Медсестра. Сообщение утром.
Забота, спрятанная за чужими руками. Он опёрся ладонями о раковину.
— Зачем?
В голове тут же всплыл другой вопрос. «Почему тебя это волнует?» Исо резко выпрямился. «Нет.» Не нужно было снова заходить туда. Он слишком хорошо помнил, как выбирался из той тьмы после её ухода. Как месяцами собирал себя по кускам. Как учился дышать без неё.
И теперь... Одно сообщение — и всё внутри снова пришло в движение. Он сжал челюсть.
— Поздно, Фадиме.
Но почему-то эти слова не прозвучали убедительно даже для него самого.

Когда он вернулся на кухню, Чакыр уже сидел за столом.
— Ну? Умылся и поумнел?
— Вряд ли.
Исо сел напротив и взял ложку. Несколько минут они ели молча. Потом он всё же заговорил:
— Расскажи о ней.
Чакыр приподнял бровь.
— О ком?
— О Фадиме.
— Интересно...
— Просто расскажи.
Чакыр откинулся на спинку стула.
— Ну... хорошая девушка. Спокойная. Всем помогает. Здесь её любят.
— И всё?
— А что тебе ещё надо?
Исо пожал плечами.
— Не знаю.
Чакыр внимательно посмотрел на него.
— Готовит отлично. Ресторан, думаю, тётя Султан потом оставит ей. С бабушкой живёт. Никому не грубит. Лишнего не говорит.
Он сделал паузу.
— Иногда кажется грустной.
Исо невольно поднял глаза.
— Почему?
— Не спрашивал.
Тишина повисла между ними. Исо опустил взгляд в тарелку.
Перед глазами вдруг всплыл завтрак. Тёплый бурек. Точно такой, какой он любил раньше. Он замер.
— Тот завтрак утром...
— Что за завтрак?
— Ничего, ешь дальше.
Значит, и это тоже она. Он отложил ложку. Внутри становилось слишком тесно.
— Я слышал, — как бы между прочим сказал Чакыр, — она приехала сюда после какого-то несчастного случая. Но подробностей никто не знает.
Исо поднял голову.
— Сможешь узнать?
— Для тебя?
— Просто спросил.
Чакыр усмехнулся.
— Попробую.

***
Позже Чакыр уехал принимать работу электриков. Дом снова погрузился в тишину. Исо остался один. Он прошёл к окну и остановился. Во дворе соседнего дома женщина развешивала бельё. Где-то смеялись дети. Обычный день.
Но внутри него ничего обычного не было. Он думал о том, как она спрашивала о его самочувствии. О том, что помнила, как он болеет. О том, что всё ещё заботилась. И это ломало самую удобную версию прошлого. Если ей было всё равно — зачем она это делает? Если она предала его — зачем дрожали её руки? Если она ушла легко — почему в её глазах было столько боли?
Исо закрыл глаза.И память, будто только этого и ждала, сразу потянула его назад.

<< Flashback >>
— Даже не думай вставать.
— Фадиме, у меня просто температура.
— У тебя не температура, а трагедия вселенского масштаба.
Он слабо усмехнулся и попытался приподняться на кровати. Она тут же толкнула его обратно в подушки.
— Лежи.
— Ты командуешь мной?
— Да.
Она вошла в комнату с подносом в руках. От миски поднимался ароматный пар.
— Что это?
— Бульон.
— Я не хочу.
— Тебя никто не спрашивал. —Она села рядом, подула на ложку и протянула ему. — Открой рот.
— Мне двадцать три года.
— А ведёшь себя на семь.
Он всё же послушался. Тёплый вкус мгновенно разлился по телу.
— Вкусно, — нехотя признал он.
Фадиме довольно улыбнулась.
— Конечно вкусно. Это рецепт бабушки.
Она поправила одеяло у его плеч и коснулась ладонью лба. Её пальцы были прохладными.
— Температура ещё есть.
— Останешься со мной?
Она посмотрела на него так, будто ответ был очевиден.
— Пока не выздоровеешь.
Он поймал её за руку и прижал к губам.
— Тогда болеть не так уж плохо.
— Не наглей, больной.
Но она улыбалась.
<< End flashback >>

Исо резко открыл глаза. Комната снова была пустой. Тишина.
Никакой Фадиме. Никакого смеха. Никакого прошлого. Только тяжесть в груди.
Он провёл рукой по лицу и глухо выдохнул.
— Чёрт...
Он злился на неё.
Но впервые за три года ненавидеть стало труднее.

***
На следующий день он уже был в отеле.
Свежий воздух, запах дерева, рабочие голоса — всё это должно было отвлечь.
— Начинаем с верхних этажей, — спокойно сказал Исо, глядя на разгрузку мебели. — Грузовой лифт справа по коридору. Аккуратно с зеркалами.
Работа всегда помогала ему держать мысли под контролем.
Обычно.
Но сегодня, среди коробок и шума инструментов, он всё равно ловил себя на одном имени. Фадиме.