8. Путь домой..
Остаток пути до города прошел в тяжелом молчании. Фургон, теперь вез не только нашу потрепанную, компанию, но и нашего бывшего похитителя.
Я сидела, привалившись спиной к холодной спинке задних сидений фургона, и косилась на Блейна. В его глазах, по прежнему ни одной эмоции, да и смотрел он в одну и ту же точку. За те несколько часов, что он ехал с нами, он не проронил ни слова. Только когда Лена начинала сыпать вопросами про его базу, он отвечал короткими, сухими фразами, больше похожими на рапорты.
Эван, сидевший рядом со мной, пихнул меня локтем в бок.
— Ты так на него смотришь, будто прожечь хочешь, — прошептал он, наклонившись к моему уху. — Или заморозить, что в его случае, кажется, бесполезно.
— Я пытаюсь понять, какого черта мы везем с собой психопата с кукольным лицом, который еще пару часов назад держал нас в клетке, — процедила я в ответ, не отводя взгляда от Блейна.
— Лена считает, что у него есть много полезной информации — неуверенно пожал плечами Эван. — И... ну, Чейз за ним приглядывает.
Я перевела взгляд на переднее сиденье. Чейз сидел за рулем, мрачнее тучи. Рядом с ним, на пассажирском, сидела Лена. Это зрелище вызывало во мне смешанные чувства. Радость от того, что Чейз наконец-то нашел кого-то, кто может пробить его броню, и глухое раздражение от того, что Чейз стал меньше уделять мне внимания, хотя я и раньше без него справлялась.
— «Приглядывает» — фыркнула я, повторяя слова брата. — Блейн скрутил Лену и отобрал у нее пистолет за долю секунды, пока Чейз просто смотрел. Не думаю, что это можно назвать полным контролем.
В этот момент, словно почувствовав мой взгляд, Блейн повернул голову. Наши глаза встретились. Я ожидала увидеть презрение, насмешку или угрозу — хоть что-то человеческое, но наткнулась лишь на изучающий, бесстрастный интерес. Он рассматривал меня, даже не стесняясь, будто ему вообще насрать, что это выглядит предельно странно. Я не выдержала первой, косо взглянула на него, и отвернулась к окну.
За стеклом виднелись лишь дороги усыпанные снегом, лес, и не сильный туман. Чем ближе мы подъезжали к городу тем выше становились сугробы. Дороги, по которым мы ехали, были чудом не заметены полностью. Вдалеке, между голых верхушек сосен, мелькали какие-то тени. То ли ветер взметал снежную пыль, то ли стая тварей рыскала в поисках добычи. Элли и Бобби тихо переговаривались. Кэсси стала заметно тише, просто спала. Моя же голова гудела от усталости и вопросов без ответа.
Спустя еще полчаса, фургон замедлил ход, а затем и вовсе остановился. Чейз обернулся к нам.
— Дальше пешком, — его голос звучал глухо. — Улицу к дому Лены замело под самую крышу. Техника не пройдет, да и шум от двигателя привлечет внимание. Мы должны быть тихими и быстрыми.
Когда двери фургона распахнулись, сразу почувствовался ледяной воздух. Я спрыгнула в снег, и ноги тут же провалились почти по колено. Улица была похожа на заброшенный лабиринт: из высоких сугробов, словно надгробия, торчали крыши машин, а некогда яркие гирлянды теперь свисали мертвыми, оборванными плетями.
— Все держимся вместе, — тихо скомандовал Чейз.
Мы шли за Леной с Чейзом, выстроившись в неровную цепочку. Я старалась ступать за Элли. Блейн замыкал цепочку, и я спиной чувствовала его присутствие — холодное и нервирующее.
Дом Лены показался из-за поворота внезапно. Он был цел, только крыльцо полностью занесло снегом, а стекла веранды покрылись толстой коркой льда.
— Здесь тихо, — прошептал Бобби, оглядываясь по сторонам. — Даже слишком.
—бобби, если ты не заметил, здесь везде тихо — ответила ему Элли, которая все это время шла рядом с ним.
Мы дошли до входной двери, и Чейз взломал замок, тот поддался с тихим скрежетом, и мы ввалились внутрь. В доме царил могильный холод и полумрак. Запахло пылью и чем-то затхлым.
— Пап! Мам!!— негромко позвала Лена.
Ответом была тишина.
Лена быстро пошла по коридору, мы — за ней. Чейз попытался ее остановить, чтобы первым проверить помещение, но Лена уже осматривала комнаты, кладовку. И к сожалению, никого так и не нашли.