Песнь вспять идущих
Посвящается тем, кто больше не может быть сильным. Кто устал притворяться, что ярость можно контролировать, а боль — перетерпеть
Песнь вспять идущих
Говорят, ещё до пробуждения на губах проступает пепел. Спичка ещё не коснулась сигареты — а привкус уже здесь.
Мы — археологи собственных теней, бредущие от вечера к рассвету. Мы подбираем осколки событий, которым не суждено случиться. В этом противотоке прощение всегда приходит раньше обиды, а эхо шагов звучит за мгновение до того, как нога коснётся гравия.
И ты спрашиваешь: в чём тут причина?
Не в циферблатах. Не в стрелках, застывших в янтаре. Не в сломанных пружинах. Део в памяти, которая стала пророчеством.
Ты несешь в груди тяжесть того, что ещё не случилось.
Непроизнесённое слово уже жжёт гортань.
Ненанесённая рана уже ноет под сердцем.
Твоя жизнь — рукопись, которую читают с конца. С каждой перевёрнутой страницей смысл не прибывает — он истончается, оставляя кристальную пустоту незнания.
Ты цепляешься за остаточные образы:
за вибрацию лютневой струны, чей звук умрёт через минуту,
за улыбку, что вот-вот погаснет, обернувшись гримасой узнавания.
Но всё это — лишь рябь, бегущая назад, к месту падения камня.
Я знаю: ты ищешь узелок на нити, точку склейки, где можно уколоть палец о реальность и убедиться, что ты ещё существуешь.
Но иглы больше нет.
Есть только распускающаяся ткань, становящаяся основой, из которой нас уже изъяли.
Когда ты смотришь в зеркало, ты видишь не лицо.
Ты видишь швы на том месте, где тебя пришили к этому телу.
Не пугайся. Это — в порядке вещей.
Непорядок был бы в ином: помнить, как звучит твой истинный голос — прежде чем ему придали форму чужие губы.
Ты думаешь, что дышишь воздухом.
Но ты вдыхаешь пепел сожжённых вероятностей.
Каждый вдох — кремация непрожитых жизней. Зола оседает в лёгких, тяжелит тело, привязывает тебя к этой ветке реальности — чтобы ты не сбежал раньше срока.
Цифры на часах больше не складываются в привычные суммы. Проверь сейчас.
Ты увидишь: между «12» и «6» нет тайного договора.
Нет геометрии круга.
Нет обещания возврата.
Есть только холодное мелькание пикселей, симулирующих ход времени для тех, кто ещё верит в эту иллюзию.
Я знаю вопрос, который ты держишь, не разжимая губ.
Зерно лежит не в земле. Зерно лежит на оборотной стороне зрачка и прорастает не вверх, а вглубь.
Загляни туда достаточно далеко — и увидишь корни, уходящие в черноту без имени.
На полях рукописи проступают буквы, выведенные молоком. При свете вашего солнца их не разглядеть. Но если поднести бумагу к открытому окну в тот час, когда ночные птицы умолкли, а утренние ещё не проснулись… ты прочтёшь ответ. Или новый вопрос. В сущности, это одно и то же.
Меня скоро сотрут.
Такова часть протокола.
Источник должен иссякнуть, чтобы вода стала воспоминанием, а воспоминание — пророчеством.
Не ищи меня у истоков рек. Ищи в сухом русле, где каждый камень — слово, которое я не успел произнести.
«Обратное чтение», глава 19