Дом где Умерла Тоска

Марк сидит на диване, смотрит телевизор. На его лице слабая улыбка. Грехи в углу. Зависть в стороне молча наблюдает.

Гнев стучит тростью: Ладно, Гордыня. Ты молодец.

Гордыня не оборачивается: Как всегда.

Жадность пересчитывает монеты: Он начал улыбаться. Но он всё равно держит эмоции под жёстким контролем.

Похоть: Он должен стать свободным в слове.

Лень зевает на подушке: Гнев, готов помочь?

Гнев хмурится: Зачем я ему нужен?

Гордыня оборачивается серьёзно: Ты же спец по эмоциям.

Гнев вздыхает: Ладно. Я пойду.

Телевизор рябит. На столике появляется карлик в монокле.

Гнев: Эй. Я снизу.

Марк медленно опускает взгляд: А ты кто? Ты не похож на того, в костюме.

Гнев: Нет. Я его друг. Уильям.

Марк: А я Марк. Ты что хочешь сделать?

Гнев стучит тростью, комната озаряется красным: Я хочу показать: сдерживаться не всегда правильно. Ты как овощ. Безжизненный. Надо отстаивать свои границы.

Марк: И что ты предлагаешь?

Гнев: Сейчас всё будет.

Пляж. Люди. Качки. Гопники. Марк оглядывается.

Марк: Что мне тут делать?

Гнев сидит у него на плече: Ну, я не знаю.

Гнев шевелит пальцами. Качок спотыкается и падает перед Марком.

Качок вскакивает: Эй, ты! Ты на кого нарываешься?

Марк: Извини, случайно.

Качок оглядывается на девушек: Да нет! Ты меня перед девчонками толкнул. А ну встань на колени.

Марк начинает сгибать колени. Гнев прыгает с плеча и бьёт качка тростью по яйцам.

Качок визжит: Ай, урод!

Качок орёт своей компании: Смотрите на него! Неудачник! Жены или девушки у тебя нет. Сбегают от тебя в страхе. Ты вообще никто. Тряпка.

Марк терпит, сжимает кулаки. Потом голос становится ледяным: Ещё раз скажешь что-то про неё — я убью тебя.

Качок смеётся нервно: Что ты? Ты неудачник и лузер. Ты такой — и она была такая же.

Марк бьёт первого в челюсть. Тот отлетает. Двое друзей набегают — Марк ломает одному нос, второму выбивает колено. Третий пытается ударить сзади — Марк перекидывает его через плечо.

Все трое на песке. Девушки разбегаются.

Марк тяжело дышит, кулаки в крови: ЕЩЁ КТО-ТО?

Гнев хватает Марка за штанину. Телепортация. Лесополоса. Тишина.

Марк рвётся: Зачем ты меня перенёс? Я почти выиграл.

Гнев строго: Нет. Ты сделал достаточно. Гнев не всегда правильный.

Марк садится на траву: Смотря на тебя, ты всегда злишься.

Гнев садится рядом: Я не всегда был таким. Раньше я был духом спокойствия.

Яркий свет. Картинка становится чёрно-белой. Высокий светлый дух парит над полем. Потом он падает в тёмную бездну, полную когтей. Он учится бить первым. Его рост уменьшается. Лицо калечится. Он становится карликом.

Гнев: Я выживал как мог. Однажды я понял — мой гнев может помочь мне. Я стал сильнее и умнее. Но появился вечный гнев.

Картинка возвращается в лес.

Гнев: Однажды я дрался с могущественным духом. Мой гнев ослабил меня — он бил не врага, а меня. Я почти погиб. Но из темноты появилась Маска.

Марк: Маска?

Гнев: Он спас меня. Вытащил оттуда. Я не знал, кто он. Но он пошёл со мной. Я понял: надо научиться контролировать свою мощь.

Марк молчит, потом кивает: Ладно. Я кажется понял. Спасибо.

Гнев: Ты дерёшься не как гражданский. Откуда?

Марк молчит. Идёт к рюкзаку, достаёт красную папку. Бросает на стол. Гнев открывает.

В ней удостоверение — мастер спорта по карате, чёрный пояс. Медали — чемпион Европы. Фото в форме, краповый берет. Орден Мужества.

Гнев тихо: Ты воевал?

Марк убирает папку: Семья была всем. После службы я ушёл. Думал, буду жить мирно. А потом пожар. Не остановишь ударом с локтя.

Гнев снимает монокль, протирает, надевает: Ты подавлял гнев не потому, что боялся. Ты подавлял его, потому что знал — если выпустишь его на полную, кто-то умрёт. Ты оружие, которое боится своего выстрела.

Марк смотрит ему в глаза: И что теперь?

Гнев стучит тростью утверждающе: Гнев — не враг. Он инструмент. Им можно крушить. А можно защищать. Сегодня ты защищал память о ней. Это правильно.

Хлопок. Гостиная. Марк на диване. В телевизоре футбол.

Марк вдруг вскакивает: ДАВАЙ! БЕЙ! О-о-о, какой пас — ЭТО ЖЕ ОФСАЙД, СУДЬЯ, ТЫ СЛЕПОЙ КРОТ?!

Он орёт, смеётся, закрывает лицо руками, когда промахиваются.

Чревоугодие тихо: Он смеётся. Настоящий смех.

Похоть улыбается: Настоящий.

Гнев медленно поворачивается и смотрит на Зависть. Зависть стоит в углу неподвижно, молча наблюдает. Его рука сжата в кулак — и медленно разжимается.

Гнев тихо, только для Зависти: Ты тогда вытащил меня. Теперь я вытащил его. Мы квиты.

Зависть молчит. Не кивает. Не шевелится. Но сжатый кулак разжался до конца.

Марк орёт на телевизор. Грехи расходятся по теням. Гнев садится в кресло-качалку, кладёт трость на колени и закрывает глаза не от гнева.