Собственность учёного/Айзек Найт

- Почему ты с ней вообще вместе? - спросила Т/и, медленно проводя пальцем по складке на покрывале. Движение было ровным, почти механическим, но голос звучал так, будто ей всё равно, хотя в нём отчётливо пряталась колкость. - Она же тебя раздражает. Пустая. Вечно только о своих сумочках.

Айзек не ответил сразу. Он слегка сжал край кровати пальцами, будто проверяя устойчивость момента, потом устало провёл ладонью по затылку, задержавшись на секунду, и только после этого посмотрел на неё прямо - без привычной маски, сухо, внимательно.

- Не знаю, - честно сказал он.

Он чуть наклонил голову, словно сам не до конца согласен со своим ответом.

Т/и медленно повернула к нему лицо, прищурившись.

- Ты её любишь?

- Нет.

Ответ прозвучал резко, почти автоматически, слишком быстро, чтобы за ним можно было спрятать сомнение.

Т/и задержала на нём взгляд. Несколько секунд она просто смотрела, не моргая, будто пыталась поймать в его лице хоть маленькую трещину, намёк на ложь или защиту. Но Айзек не отвёл глаз.

- Тогда зачем встречаешься? Быть рядом без любви... странно.

Айзек тихо усмехнулся, но уголки губ даже не дрогнули - в этом звуке не было ни капли веселья. Он чуть откинулся назад, опираясь ладонью о матрас.

- Поначалу любил. Или думал, что любил, - он на секунду задержал взгляд на её лице, потом чуть медленнее добавил: - Это быстро прошло. Видимо, я не умею любить по-настоящему.

В комнате повисла тишина. Слишком плотная для такого маленького пространства: слышно было только их дыхание и далёкий, глухой шум дома за стенами.

Т/и отвела взгляд первой, будто резко потеряла интерес к разговору.

- Или просто не встретил... ту самую, - хмыкнула она, проводя пальцем по краю покрывала чуть быстрее, чем раньше. - Скажем так.

Айзек глубоко выдохнул. Его взгляд на секунду зацепился за трещину в стене напротив - тонкую, неровную, будто она давно уже там жила. Он молчал дольше, чем обычно.

- Возможно, - тихо согласился он.

Пауза.

- А ты... любила того щенка?

Плечи Т/и едва заметно напряглись - почти незаметно, но Айзек всё равно уловил это движение.

Она не ответила сразу. Пальцы на покрывале сжались чуть сильнее, ткань смялась.

- Да, - выдохнула она наконец. - Любила.

Айзек кивнул один раз, медленно, без комментариев. Не давил, не уточнял - просто принял.

- Всё ещё злишься?

Т/и медленно подняла на него взгляд. В её глазах не было вспышки - только усталость, ровная и тяжёлая.

- Нет. А смысл? - голос стал тише, ровнее, как будто она специально убирала из него эмоции. - Это ничего не изменит. Если родной отец продал... то злость уже бесполезна.

Слова повисли между ними, будто не сразу нашли, куда упасть.

Айзек тихо хмыкнул, но это снова не было насмешкой. Скорее короткое признание того, что он понял больше, чем хотел бы.

- Поэтому ты разнесла комнату?

Т/и пожала плечами. Движение получилось слишком лёгким для того, что только что было сказано.

- Побочный эффект.

На секунду в уголках её губ мелькнула тень улыбки - слабая, почти автоматическая, больше защитная, чем настоящая.

Айзек придвинулся ближе. Его взгляд зацепился за что-то в её волосах - он чуть нахмурился, будто это было единственное, что выбивалось из общей «неправильной» картины. Осторожно, почти механически бережно, он протянул руку и снял застрявший лепесток цветка. Потом ещё один. Его пальцы двигались неожиданно аккуратно - не как у человека, привыкшего к крови и резким решениям, а скорее как у того, кто не до конца понимает, почему вообще делает что-то настолько мягкое.

Т/и удивлённо приподняла бровь, не отводя взгляда, наблюдая за ним слишком внимательно, будто ловила момент на ошибку.

Он задержал руку чуть дольше, чем требовалось. На долю секунды пальцы зависли в воздухе рядом с её волосами - и их взгляды встретились. Близко. Слишком спокойно для такой тишины.

Между ними повисла короткая, плотная пауза.

- Что? - тихо спросила она, чуть сжав ткань на коленях.

Айзек моргнул, будто резко вышел из какого-то внутреннего расчёта.

- Ничего... - он выпрямился. Пальцы сжались и разжались, будто он только сейчас заметил, что вообще что-то делал. - Пойду проверю Тайлера. Если не проследить, он кухню спалит.

Т/и кивнула, медленно, не сразу.

Он постоял ещё пару секунд. Слишком долго для обычного ухода. Словно внутри него было ещё одно предложение, которое так и не нашло выхода. Но он его не сказал. Просто развернулся и вышел, аккуратно закрыв дверь.

Тишина вернулась - плотная, вязкая, как воздух после грозы.

Т/и опустила взгляд на пол, где лежали лепестки и мелкий мусор. Взгляд задержался, будто она искала там ответ, который не формулировался в голове.

- Блять... - едва слышно выдохнула она.

Звук растворился почти сразу.

Тишина после его ухода стала ощутимой физически. За дверью послышались удаляющиеся шаги, потом где-то в глубине дома что-то глухо звякнуло - металлический, неуверенный звук, явно предвещающий катастрофу на кухне. Тайлер, конечно.

Т/и сидела неподвижно, уставившись в одну точку. Мысли цеплялись друг за друга, но не складывались в цельное движение. Она медленно сжала край покрывала, так сильно, что ткань собралась жёсткими складками под пальцами.

Комната выглядела так, будто в ней прошёлся ураган, а не один человек. Перевёрнутые вещи, осколки, лепестки - чужая буря, оставшаяся внутри её границ.

Она глубоко вдохнула, но воздух будто застрял где-то на полпути.

Где-то за стеной снова хлопнула дверца шкафа, и раздался голос Тайлера - приглушённый, живой, абсолютно бытовой. И от этого контраста внутри стало ещё пустее.

Т/и медленно сползла с кровати и опустилась на корточки. Пальцы автоматически начали собирать крупные осколки. Стекло было холодным, почти чужим. В одном из кусочков отражалось её лицо - раздробленное, неправильное, как мысль, которую нельзя закончить.

- Вот и всё, - тихо пробормотала она, будто проверяя, осталась ли в голосе хоть какая-то уверенность.

В коридоре на секунду скрипнули половицы. Она замерла, прислушиваясь, пальцы остановились над очередным осколком.

Шагов больше не было.

Он не вернулся.

Эта мысль почему-то не ударила, а медленно осела внутри. Легче. Но вместе с этим - странно пусто, будто что-то не завершилось.

Т/и поднялась, стряхнула осколки в мусорное ведро и провела ладонью по волосам. Между пальцами застрял один лепесток. Она сняла его медленно и слишком долго держала в руке, прежде чем отпустить. Он упал почти беззвучно.

Подошла к окну. В стекле отразилась комната - растрёпанная, неровная, как её собственное состояние.

- «Не умею любить», - тихо повторила она его слова.

Губы чуть сжались.

Слово «любить» застряло где-то между дыханием и раздражением.

Через некоторое время она всё же спустилась вниз. Ступени тихо отзывались под ногами, каждый шаг звучал чуть громче, чем должен был. Внизу пахло подгоревшим маслом и чем-то явно уже проигранным.

Айзека на кухне не было, зато Тайлер и Робин стояли у плиты, наклонившись над сковородой, из которой лениво поднимался дым. Тайлер держал её так, будто это был артефакт, требующий осторожного обращения, а Робин размахивала полотенцем, как будто пыталась договориться с огнём.

- Он вас убьёт, - спокойно сказала Т/и, прислонившись плечом к косяку, наблюдая без особого участия.

- О-о, - протянула Робин, не оборачиваясь сразу, потом резко повернулась, как будто её только что поймали на месте преступления. - Отвлеки его, принцесс... пожалуйста.

Слово повисло в воздухе.

Т/и моргнула.

Тайлер медленно повернул голову к Робин, держа сковороду чуть на весу, будто она могла взорваться.

Робин на секунду застыла, и по её лицу пробежало почти незаметное «я только что это сказала вслух?», затем она неловко отвела взгляд.

- Вылетело... - пробормотала она, чуть пожав плечами, но уже без прежней уверенности.

- А... ну ладно... - спокойно ответила Т/и, делая шаг вперёд, но останавливаясь на полпути, будто передумала вмешиваться. - Думаю, я вам... уже не помогу.

Айзек появился почти бесшумно. Он стоял у входа в кухню так, будто был там всё время. Одна бровь чуть приподнята, взгляд ровный, слишком спокойный для человека, который сейчас явно оценивал уровень катастрофы.

Робин первой это заметила и слегка втянула воздух.

- Эм... это... случайно... - добавила она быстро, чуть наклоняя голову.

- Да мы уже поняли, - пробормотал Тайлер, с облегчением выдыхая и направляясь к мусорному ведру.

Сковорода с глухим звоном исчезла внутри.

Айзек ничего не сказал. Только медленно осмотрел кухню, как будто фиксируя ущерб в голове. Но когда Т/и проходила мимо, его взгляд на долю секунды задержался на ней - коротко, почти незаметно, но слишком точечно, чтобы быть случайным.

Т/и почувствовала это, не оборачиваясь.

Она ушла в гостиную и села на диван, поджав ноги. Экран телевизора мигал случайными цветами, освещая её лицо рваными отблесками.

Робин пошла следом почти сразу.

- Я правда случайно, - сказала она тише, садясь рядом и чуть наклоняясь вперёд, локти на коленях, взгляд внимательный, почти аналитический.

Т/и смотрела на экран, но не видела его.

- Да всё нормально.

Робин чуть прищурилась, изучая её профиль.

- Ты всегда так реагируешь на такие вещи? С одеждой, прикосновениями, разговорами...

- Как?

- Просто... убираешь всё, что тебе говорят, будто это можно стереть.

Т/и тихо хмыкнула.

- Не всё. Только то, что раздражает.

Робин усмехнулась - коротко, с тем самым характерным для неё оттенком спокойной дерзости.

- Это почти честно.

Она чуть наклонилась ближе, но не вторглась.

- Ты правда так легко провоцируешься?

- Только если меня довести.

- Поняла, - кивнула Робин. - Значит, мне просто нужно быть настойчивее.

Т/и на секунду повернула к ней голову.

- Ты странная.

- Спасибо, - спокойно ответила Робин. - Я старалась.

В коридоре послышались шаги. Медленные. Узнаваемые.

Т/и не повернулась, но плечи чуть напряглись - едва заметно, рефлекторно.

Айзек прошёл мимо гостиной, будто действительно шёл по делу. Но на секунду его взгляд всё же скользнул в их сторону.

И Т/и это увидела - не напрямую, а в отражении тёмного экрана телевизора.

Она сделала вид, что смотрит рекламу. Хотя внутри уже давно не было никакой рекламы.