20 часть
Прошло ещё несколько дней.
Наташа всё ещё привыкает к новой реальности.
К тому, что в квартире теперь есть не только тишина.
К тому, что кто-то может готовить ей завтрак, даже если она не просила.
К тому, что её постоянно кто-то ждёт дома.
И этот “кто-то” — Миша.
***
На часах было 11:56.
Наташа медленно открыла глаза.
Свет из окна был слишком ярким для её сонного состояния.
Она повернулась — Миша уже не спал.
Сидел на кровати, в телефоне, с растрёпанными волосами.
— Ты вообще спишь? — хрипло спросила она.
— Иногда.
— Пугаешь.
Он усмехнулся.
— Зато ты теперь спишь нормально.
Наташа промолчала.
Потому что это было правдой.
Она впервые за долгое время реально спала.
Миша вдруг убрал телефон.
— Слушай.
— М?
— Давай выйдем сегодня.
Наташа сразу напряглась.
— Куда?
— Просто. Город. Люди. Воздух. Всё такое.
Она отвернулась.
— Не хочу.
— Наташ…
— Миш, я не готова нормально жить ещё.
Он замолчал на секунду.
Потом спокойно сказал
— А кто сказал, что ты должна быть готова?
Она медленно посмотрела на него.
— Я.
— Глупо.
— Спасибо.
Он тихо засмеялся и сел ближе.
— Смотри.
— Что?
— Ты не обязана сразу стать как раньше.
Наташа опустила взгляд.
— Я вообще не знаю, какой я теперь.
Миша осторожно коснулся её руки.
— Ты всё ещё ты.
— Но мне пусто.
Он кивнул.
— Пусто — это нормально после такого.
Пауза.
— Я просто не хочу, чтобы ты в этом застряла.
В итоге она всё-таки согласилась.
Через час они уже шли по улице.
Без особой цели.
Просто идти.
Смотреть на город, который жил своей жизнью.
На часах было 15:43.
Весна уже почти полностью победила зиму — тёплый ветер, зелёные деревья, открытые окна машин.
Наташа шла чуть позади Миши.
Периодически хватала его за рукав, как будто боялась потеряться.
Он это замечал.
Но ничего не говорил.
Просто не отпускал её руку.
Они зашли в небольшой магазин.
Купили что-то сладкое.
Вышли.
Сели на скамейку.
И молчали.
Долго.
Пока Миша вдруг не сказал:
— Ты сегодня держишься лучше.
Наташа фыркнула.
— Это комплимент?
— Это наблюдение.
— Звучит скучно.
Он усмехнулся.
— Я стараюсь не делать драму из каждого дня.
Она посмотрела на него.
— У тебя это плохо получается.
— Я знаю.
Потом она неожиданно сказала
— Я боюсь, что однажды проснусь и снова почувствую всё это.
Миша повернулся к ней полностью.
— Послушай.
Она посмотрела на него.
— Ты не обязана быть “вылеченной”.
— Я не хочу снова ломаться.
— И не будешь одна.
Эти слова прозвучали спокойно.
Без пафоса.
Просто как факт.
Наташа долго молчала.
Потом тихо сказала
— Ты слишком уверен в себе.
— А ты слишком недооцениваешь, насколько ты для меня важна.
Она отвела взгляд.
Но пальцы сжали его руку крепче.
Когда они возвращались домой, солнце уже садилось.
Небо стало тёплым, оранжевым.
На часах было 19:22.
И впервые за долгое время Наташа поймала себя на мысли:
ей не так страшно.
Не идеально.
Не легко.
Но уже не так страшно.
Она тихо сказала:
— Миш.
— М?
— Если бы ты тогда не пришёл… я бы не справилась.
Он посмотрел на неё и чуть улыбнулся.
— Я знаю.
Она нахмурилась.
— Откуда ты можешь это знать?
Он пожал плечами.
— Потому что я тебя уже слишком хорошо знаю.
Наташа тихо фыркнула.
— Самоуверенный придурок.
— Зато твой.
Она чуть сжала его руку.
И впервые за долгое время не отпустила.
Они остановились у подъезда.
Тишина была тёплой, не давящей.
Наташа вдруг тихо сказала:
— Миш…
— М?
— Поцелуй меня.
Он на секунду замер.
— Ты сейчас серьёзно?
— Нет, блин, шучу.
Миша тихо засмеялся и притянул её ближе.
— Ты стала наглее.
— Ты сам виноват.
— Обожаю.
Он осторожно коснулся её лица и поцеловал.
Медленно.
Спокойно.
Так, будто у них было всё время мира.
Когда они отстранились, Наташа тихо выдохнула:
— Не отпускай.
Миша прижался лбом к её лбу.
— Я и не собираюсь.
— А если я снова сломаюсь?
— Тогда я снова соберу тебя.
Она слабо улыбнулась.
— А если ты устанешь?
Миша усмехнулся.
— Тогда ты меня бесить будешь, как обычно.
— Очень романтично.
— Знаю.
Она тихо фыркнула, но не убрала его руку.
И они просто стояли так ещё несколько секунд — пока город вокруг продолжал жить.
— Миш…
— М?
— Я, кажется, начинаю снова чувствовать себя живой.
Он тихо ответил:
— Я знаю. Я это вижу.
— И ты не уйдёшь?
— Нет.
— Никогда?
— Если ты не выгонишь.
Наташа чуть улыбнулась.
— Попробую.
— Не советую.
И они снова поцеловались — уже без слов, но с таким ощущением, будто дальше у них всё ещё будет.