6 часть
Следующие несколько дней пролетели слишком быстро.
Наташа сама не заметила, как Миша стал частью её обычной жизни. Теперь утро почти всегда начиналось с его сообщений, а вечер — с прогулок.
Иногда они просто ходили по дворам.
Иногда сидели у круглосуточного магазина с энергетиками и спорили из-за какой-нибудь фигни.
А иногда Миша просто приходил под окна и писал
Миша:
5 секунд на сборы, синеволосая
И почему-то она реально собиралась за пять.
В этот вечер всё было по-другому.
На часах было 20:37, когда Миша написал
Миша:
Одевайся теплее
Наташа:
Зачем?
Миша:
Сюрприз
Наташа:
Ненавижу сюрпризы
Миша:
Не пизди
Она закатила глаза, но всё равно натянула самую тёплую куртку.
Когда Наташа вышла из подъезда, Миша стоял не один.
Рядом был какой-то старый потрёпанный велосипед.
Она уставилась сначала на него, потом на Мишу.
— Ты издеваешься?
— Нет.
— На улице снег, январь и минус дохера градусов.
— И?
— И ты притащил велосипед?!
Миша невозмутимо пожал плечами.
— Залезай.
Наташа уставилась на него как на психа.
— Я не сяду на это.
— Сядешь.
— Миш, мы убьёмся нахрен.
— Не драматизируй.
Через две минуты она всё-таки сидела сзади, крепко держась за его куртку.
— Если мы врежемся — виноват ты.
— Хорошо.
— Я серьёзно.
— Я тоже.
Велосипед ехал криво, иногда буксовал в снегу, а Наташа каждые секунд десять материлась от страха.
— БЛЯТЬ, МИША!
— Не ори.
— Ты сейчас нас в сугроб уронишь!
— Не уроню.
Через секунду колесо занесло, и они всё-таки чуть не улетели в снег.
Наташа вскрикнула и вцепилась в него сильнее.
Миша засмеялся.
— Ты дебил!
— Но тебе весело.
— Нет мне весело! Я сейчас инфаркт словлю!
Он смеялся так, что ей самой становилось смешно, несмотря на холод и страх.
Спустя минут пятнадцать они всё-таки остановились возле какого-то небольшого парка.
Фонари светили тускло, снег лежал почти нетронутый, а людей вокруг почти не было.
На часах было уже 21:24.
— И зачем мы приехали сюда? спросила Наташа, пытаясь отдышаться.
Миша слез с велосипеда.
— Просто хотел показать.
— Что показать?
Он кивнул вперёд.
За деревьями виднелся склон, полностью покрытый снегом. А рядом валялись чьи-то ледянки.
Наташа несколько секунд молчала.
Потом медленно повернулась к нему.
— Нет.
— Да.
— Мне семнадцать, я не поеду с горки.
— Поздно, синеволосая.
Через десять минут они уже летели вниз по склону на одной ледянке.
Наташа орала так громко, что у неё заболело горло, а Миша ржал где-то прямо над ухом.
Внизу они всё-таки перевернулись в снег.
Наташа несколько секунд просто лежала, тяжело дыша.
— Боже… — выдохнула она. — Мы реально больные.
— Немного.
Она повернула голову к нему.
Снег запутался в его волосах, щёки покраснели от холода, а в глазах всё ещё была эта дурацкая улыбка.
И почему-то именно сейчас он выглядел слишком красивым.
Наташа быстро отвела взгляд.
— Ты замёрзла? — тише спросил Миша.
— Есть немного.
Он молча снял с себя шарф и накинул ей на шею.
Наташа удивлённо посмотрела на него.
— Ого. Забота?
— Не привыкай.
— Опять эта фраза…
Миша усмехнулся и сел ближе.
Вокруг было тихо. Только ветер, снег и редкие звуки машин где-то далеко.
На часах уже было 22:11.
— Знаешь, — тихо сказала Наташа, — мне уже не хочется обратно в Самару так сильно, как раньше.
Миша посмотрел на неё.
— Потому что тут я?
Она усмехнулась.
— Самоуверенный придурок.
— Это не ответ.
Наташа молчала пару секунд.
Потом тихо сказала
— Может быть.
Миша ничего не ответил.
Только аккуратно притянул её ближе к себе.
И поцеловал.
На этот раз без шуток, без подколов и без лишних слов.
Просто так, будто это уже стало чем-то естественным между ними.
И Наташа поняла одну очень херовую вещь.
Кажется, она влюблялась в него слишком быстро.
Когда поцелуй закончился, они ещё несколько секунд сидели совсем близко друг к другу.
Миша смотрел на неё спокойно, но уже без своей привычной насмешки.
— Наташ.
— М?
Он чуть улыбнулся.
— Будешь моей девушкой?
Наташа замерла.
Сердце застучало так быстро, что это уже раздражало.
— Ты сейчас серьёзно?..
— А похоже, что я шучу?
Она тихо нервно усмехнулась и отвела взгляд.
— Бля…
— Это “нет”?
Наташа сразу повернулась к нему.
— Нет! То есть… не “нет”.
Миша приподнял бровь.
— Очень понятный ответ.
— Да иди ты, я волнуюсь вообще-то.
Он тихо засмеялся.
Наташа ещё пару секунд смотрела на него, потом всё-таки выдохнула
— Да.
Миша будто завис на мгновение.
— Да?
— Да, кучерявый)
Улыбка у него стала совсем другой. Не обычной насмешливой, а какой-то слишком счастливой.
Он снова притянул её к себе и тихо сказал прямо возле губ:
— Любимая синеволосая.
И, честно, после этих слов у Наташи окончательно пропал шанс не влюбиться в него по уши.