3 часть
Мороз на улице стал заметно сильнее, чем днём. Воздух был сухой и колкий, будто специально цеплялся за щёки и нос. Наташа выскочила из подъезда и на секунду остановилась, втягивая шарф повыше.
Снег медленно падал под жёлтым светом фонаря. Двор выглядел почти пустым и каким-то непривычно тихим.
Миша уже стоял у лавочки. Спокойно, будто он тут всегда так и ждал. Руки в карманах, плечи слегка подняты от холода, снег оседал на тёмной куртке.
— О, всё-таки вышла, — сказал он, заметив её.
— Ты сомневался? — Наташа прищурилась.
— Немного.
— Зря.
Он усмехнулся и кивнул в сторону улицы.
— Пошли.
Они пошли рядом. Сначала молча. Только снег скрипел под ногами, а где-то далеко проезжала машина, оставляя за собой красный след стоп-сигналов.
Наташа периодически поправляла шарф и бросала на него короткие взгляды.
— Ты вообще всегда так делаешь? — наконец спросила она.
— Как?
— Стоишь под окнами у людей и зовёшь их гулять.
Миша хмыкнул.
— Не у всех.
— У избранных?
— У тех, кто не боится открыть окно.
Она фыркнула.
— Я вообще-то не открывала.
— Но вышла же.
Наташа закатила глаза, но уголки губ предательски дрогнули.
— Куда мы идём вообще?
— На набережную.
— В такую погоду?
— Самое то.
— Ты странный.
— Уже слышал.
Они свернули в сторону реки. С каждым шагом становилось холоднее. Фонари тянулись вдоль дороги, отражаясь в снегу мягкими пятнами света.
Когда они дошли, Наташа остановилась.
Вода была тёмная, почти чёрная, тяжёлая. Казалось, она вообще не замерзает никогда. Ветер с реки был ещё холоднее, чем во дворах.
— Красиво… но жесть как холодно, — пробормотала она.
— Привыкнешь, синеволосая.
Наташа резко повернулась к нему.
— Что ты сказал?
Миша спокойно посмотрел на неё.
— Синеволосая.
— Это теперь моя кличка?
— А тебе не подходит?
Она недовольно прищурилась, но не смогла скрыть лёгкую улыбку.
— Вообще-то у меня имя есть.
— Знаю. Наташа.
— Тогда используй его.
— Ладно, Наташа-синеволосая.
— Ты невозможный.
— Мне уже говорили.
Повисла пауза. Они стояли у перил, глядя на воду. Снег становился гуще, оседая на ресницы и волосы.
Наташа тихо выдохнула.
— Я до сих пор не привыкла… к этому месту.
Миша посмотрел на неё боком.
— Привыкнешь.
— Все так говорят.
— Потому что это правда.
Она опустила взгляд на руки.
— А если не привыкну?
— Привыкнешь всё равно.
— Уверенный ты слишком.
— Просто видел такое уже.
Наташа хотела спросить «что именно», но промолчала. В его голосе на секунду стало что-то более серьёзное, чем обычно.
Ветер усилился.
— Замёрзла? — спросил он.
— Немного.
— Пошли обратно.
— Уже?
— А ты хочешь тут в ледышку превратиться?
— Не особо.
— Тогда идём, синеволосая.
— Опять…
— Привыкай.
Они развернулись обратно. Дорога назад казалась короче, хотя холод только усилился.
Когда подошли к её дому, Наташа остановилась у подъезда.
— Спасибо за прогулку, — сказала она тише, чем обычно.
— Да не за что.
Она уже взялась за дверь, но вдруг обернулась.
— Ты всех так гулять зовёшь? Или это только мне повезло?
Миша чуть наклонил голову.
— Только тебе, синеволосая.
— Почему?
Он пожал плечами.
— Не знаю. Ты просто не похожа на тех, кто сидит дома и молчит.
Наташа замолчала на секунду.
— Это комплимент?
— Как хочешь понимай.
Она тихо усмехнулась.
— Ты вообще всегда такой загадочный?
— Я просто не люблю лишних слов.
— А их и так слишком много.
— Вот и договорились.
Наташа уже открыла дверь, но перед тем как зайти, бросила
— Пока, Миша.
— Пока, Наташа.
И уже почти скрывшись в подъезде, она услышала за спиной
— До завтра, синеволосая.
Она не ответила. Только улыбнулась и поднялась по лестнице, понимая, что почему-то ей совсем не хочется, чтобы этот вечер заканчивался.