«Вспышка камеры»

Это был момент абсолютного хаоса. Билли ворвался в дом, сметая всё на своем пути. Его глаза горели безумием, а лицо было искажено яростью — он был похож на раненого зверя, который не видит ничего, кроме своей цели.— Макс! В машину! Живо! — проорал он, отталкивая Лукаса так, что тот отлетел к стене.Стив попытался вмешаться, но Билли, который был намного сильнее и в тот момент совершенно невменяем, нанес ему серию сокрушительных ударов. Харрингтон упал, и Билли уже занес кулак для последнего удара, когда Кэсс сделала то, чего не ожидал никто.Она не схватила кочергу и не закричала. Она сделала шаг вперед, оказываясь прямо перед Билли.— Билли, посмотри на меня, — тихо, но твердо сказала она.Он замер, тяжело дыша. Его кулак всё еще был сжат, а взгляд метался по комнате. Он посмотрел на Кэсс — на её спокойные голубые глаза, на веснушки, которые казались золотистыми в тусклом свете лампы. Она выглядела так странно в этом черном платье посреди разгромленной гостиной, но в ней не было страха. Только глубокая, почти материнская печаль.— Отойди, Чикаго, — прорычал он, но его голос дрогнул. — Не вставай у меня на пути.— Всё кончено, Билли. Тебе не нужно больше никого бить. Тебе не нужно быть таким, как твой отец, — Кэсс сделала еще шаг и осторожно положила руки ему на плечи.Билли вздрогнул, словно от удара током. Никто в этом городе, а может и во всем мире, не касался его так — без намерения причинить боль или что-то потребовать. Кэсс медленно сократила расстояние и обняла его, прижавшись щекой к его кожаной куртке.— Всё хорошо, — прошептала она, чувствуя, как его тело, твердое как камень, начинает мелко дрожать. — Просто дыши.Билли застыл. На мгновение его ярость сменилась абсолютным замешательством. Он опустил руки, и его дыхание стало прерывистым. В этот момент он не был «королем парковки», он был просто сломленным парнем, который запутался в собственной тьме.За его спиной Макс, воспользовавшись моментом, бесшумно выскользнула из тени. В её руке был зажат шприц с успокоительным, который они подготовили для Уилла. Она посмотрела на Кэсс, и та едва заметно кивнула, продолжая крепко обнимать Билли, закрывая ему обзор.Укол.Билли вскрикнул, скорее от неожиданности, чем от боли. Он попытался оттолкнуть Кэсс, но его движения внезапно стали тяжелыми, а взгляд — мутным.— Ты... — пробормотал он, глядя на Кэсс с обидой и странным облегчением. — Ты... колючая...Его колени подогнулись, и он тяжело опустился на пол. Кэсс придержала его голову, чтобы он не ударился. Через несколько секунд он окончательно обмяк и уснул.В комнате воцарилась тишина. Стив, вытирая кровь с разбитой губы, поднялся на ноги и в шоке уставился на Кэсс.— Ты... ты с ума сошла? — выдохнул он. — Он мог тебя убить.Кэсс поднялась, поправляя растрепанные волосы. Она посмотрела на спящего Билли, а затем на свои руки, которые всё еще помнили, как бешено колотилось его сердце.— Ему просто нужно было, чтобы его кто-то обнял, Стив. Даже если этот «кто-то» подстроил ему ловушку.Майк вышел вперед, перешагивая через Билли.— Нам пора. У нас есть ключи от его машины, есть бита и есть план. Туннели ждут. Кэсс вцепилась в руль синей «Камаро», словно это был штурвал истребителя. Она резко переключила передачу, и машина с ревом сорвалась с места, оставляя позади дом Байерсов и спящего на полу Билли.На заднем сиденье царил контролируемый хаос. Стив, избитый и находящийся в глубоком нокауте, бессильно завалился набок, положив голову на плечо Макс. Дастин, Майк и Лукас сидели, вжавшись в сиденья, пока Кэсс на бешеной скорости входила в крутые повороты ночного Хоукинса.— Миллер, притормози на поворотах! — закричал Дастин, хватаясь за спинку её сиденья. — Ты нас убьешь раньше, чем это сделает Мозговик!— В Чикаго это называется «обычный трафик», Хендерсон! — бросила Кэсс, не отрывая взгляда от дороги. — Лучше следи, чтобы наш «король» не вывалился из салона!В этот момент Стив издал тяжелый стон. Его веки затрепетали, он медленно приоткрыл один глаз, который уже начал заплывать багровым синяком. Его взгляд, мутный и расфокусированный, остановился на рыжих волосах Макс, которая сидела прямо перед его лицом.— Кэсс?.. — прохрипел Стив, едва шевеля разбитыми губами. — Кэссиди... это ты? Ты... такая красивая в этом свете...Макс, которая в этот момент пыталась удержать его голову, чтобы он не бился о стекло, брезгливо поморщилась и с силой отпихнула его лицо от своего плеча.— Фу, Харрингтон! — вскрикнула она. — Я Макс! Очнись, придурок! Боже, ты такой пошлый!Дастин и Лукас покатились со смеху, несмотря на всю серьезность ситуации. Кэсс, услышав свое имя, мельком взглянула в зеркало заднего вида. Её губы непроизвольно дрогнули в улыбке, но она тут же снова стала серьезной.— Потерпи, Харрингтон! — крикнула она через плечо. — Еще пару миль, и я разрешу тебе назвать меня как угодно, только не отключайся снова!Стив окончательно пришел в себя от резкого толчка, когда «Камаро» подскочила на ухабе. Он схватился за голову, оглядывая салон дикими глазами.— Кто... кто за рулем? Это машина Билли? Кэсс?! Ты что творишь?!— Спасаю твои волосы от позора, Стив! — Кэсс ударила по тормозам, и машина замерла у самого края тыквенного поля, подняв столб пыли. — Приехали. Выгружаемся!Стив, пошатываясь, выбрался из машины. Его тошнило, голова раскалывалась, но увидев решительный взгляд Кэсс и детей, уже готовых прыгать в нору, он перехватил свою биту с гвоздями.— Ладно... — он сплюнул кровь на пожухлую траву. — Раз уж мы здесь... Макс, еще раз назовешь меня пошлым — останешься охранять багажник. Кэсс, за мной. И ни шагу в сторону.Они начали спуск в туннели. Стив шел первым, Кэсс — сразу за ним, освещая путь фонариком и держа камеру наготове. Внизу их ждал холод, слизь и сердце монстра, которое им предстояло сжечь. В туннелях было душно и пахло гнилью. Кэсс шла сразу за Стивом, стараясь не наступать на пульсирующие отростки, которые устилали пол. Стив, всё еще пошатываясь от сотрясения, крепко сжимал биту, оглядываясь на каждый шорох.— Мы на месте, — шепнул Дастин, когда они вышли в огромную пещеру, где сходились все ветки туннелей. В центре пульсировал огромный комок органической массы — «Узел».— Живо, за работу! — скомандовал Стив.Они начали обливать корни бензином. Кэсс помогала Стиву, стараясь не смотреть на то, как «вены» на стенах сокращаются от прикосновения горючего. Когда всё было готово, Стив достал зажигалку.— Всем назад! — рявкнул он.Огонь вспыхнул мгновенно. Изнанка отозвалась на боль оглушительным, нечеловеческим воем, который пронесся по всем туннелям. Земля под ногами задрожала.— Бежим! — закричал Майк.Они рванули обратно к выходу, но путь им преградил Дарт. Демопес стоял прямо на тропе, раскрывая свою пасть. Пока Дастин отвлекал его шоколадкой «Три мушкетера» (каноничный момент, который Кэсс завороженно наблюдала, не в силах даже поднять камеру), остальные проскочили мимо.Когда они наконец выбрались на поверхность, жадно хватая ртом холодный ночной воздух, небо над лабораторией Хоукинса озарилось ярко-красным светом. Это Одиннадцатая закрывала Врата.Стив без сил рухнул на траву рядом с «Камаро». Кэсс опустилась рядом, тяжело дыша. Её черное платье было безнадежно испорчено слизью и гарью, но ей было плевать.— Мы сделали это... — выдохнул Стив, глядя на зарево. Он повернулся к Кэсс и, несмотря на разбитое лицо, улыбнулся. — Эй, Миллер.— Что, Харрингтон? — она убрала прядь волос с его лба.— Ты всё еще хочешь разбить мне лицо? Или мы квиты за тот поцелуй?Кэсс посмотрела на него — грязного, побитого, но такого настоящего в этом безумном свете.— Посмотрим, Стив. Может, я оставлю это право за собой до следующего Хэллоуина.Месяц спустя. Снежный бал.Хоукинс постепенно приходил в себя. Кэсс стояла в холле школы, поправляя объектив. Она официально стала фотографом школьной газеты. В дверях она увидела Стива — он подвез Дастина на бал.Стив заметил её и кивнул. На нем был стильный пиджак, а прическа вернула свою былую славу. Он подошел к ней, когда Дастин скрылся в зале.— Сделаешь мой кадр, фотограф? — спросил он с той самой ухмылкой, но теперь в ней не было высокомерия.— Только если ты пообещаешь не называть меня Нэнси в следующем году, — улыбнулась Кэсс, поднося камеру к глазу.Щелк.Вспышка осветила их обоих — новенькую из Чикаго и парня, который перестал быть просто королем школы, чтобы стать кем-то большим. Пленка была проявлена, и в этой истории больше не было белых пятен.

Автор:вот вам еще глава.