Часть 13
Вечерний Сеул проплывал за окном смазанными огнями. В салоне автомобиля пахло лавандовым освежителем и тем самым неловким молчанием, которое бывает только после ужина, где один пернул, а второй признался в любви к лакорнам.
Джисон крепко сжимал руль, стараясь дышать ровно. Он кожей чувствовал взгляд Минхо, который сидел на заднем сиденье и, кажется, не сводил с него глаз.
— Останови машину, Хани, — внезапно прозвучал низкий голос босса.
— Но, господин Ли, до вашего дома еще три квартала...
— Это приказ, секретарь Хан. Тормози.
Джисон послушно свернул к обочине в тихом переулке. Сердце ушло в пятки. «Всё, сейчас уволит», — пронеслось в голове. Но вместо гневной тирады он услышал, как хлопнула задняя дверь, а через секунду открылась водительская.
Минхо не стал ждать. Он буквально вытянул ошарашенного Джисона из-за руля, прижал его спиной к холодному металлу машины и, не давая опомниться, впился в его губы требовательным, собственническим поцелуем. Это не было похоже на нежные сцены из тех лакорнов, что Минхо смотрел по ночам. Это было остро, как те самые токпокки, и сносило крышу похлеще любого коньяка.
Джисон на секунду оцепенел. Мозг выдал ошибку системы. От шока он с силой оттолкнул Минхо и, не разбирая дороги, бросился прочь от машины.
— Эй! Хан Джисон! — крикнул Минхо, срываясь на бег за ним.
В этот самый момент небо, словно по сценарию дешевой дорамы, прорвалось. На город обрушился ледяной ливень. Джисон бежал по пустому тротуару, чувствуя, как одежда мгновенно прилипает к телу, а Минхо настиг его уже через пару метров, хватая за плечо и разворачивая к себе.
— Ты куда собрался?! — крикнул Минхо, перекрывая шум дождя. Его идеальная укладка безнадежно испортилась, а пиджак промок насквозь.
— Это... это нарушение субординации! — выкрикнул Джисон, хотя по его лицу текли то ли капли дождя, то ли слезы шока. — Вы не можете просто так... после десяти лет...
— Десять лет я ждал, пока ты перестанешь быть просто «идеальной тенью», идиот! — Минхо снова притянул его к себе, почти сталкиваясь лбами. — Дождь идет, Хан. Прямо как в твоем любимом финале. Будешь и дальше бегать или наконец признаешь, что этот сценарий нам обоим по душе?
Интрига под дождем накалилась до предела. Где-то в кустах неподалеку промокший до нитки Чонин судорожно пытался протереть объектив камеры, шепча: «Боже, это же 100 из 10... Чанбин-хён мне памятник поставит».