Равка
Эмили вернулась домой в скверном расположении духа. Из за шуханских черт в ее внешности на улицах ей не давали проходу обозленные на Шухан равкианцы. Ос-Альта давно перестала быть для нее домом, каждый день выходя из единственного убежища, дома, девушка сталкивалась с осуждением и грубостью. Горожане не отказывали себе в удовольствии как либо задеть её как физически, так и морально. Они выкрикивали разные ругательства, кидали камнями и всячески угнетали. Как если бы гриш оказался в любой части Фьерды, так здесь обращались с Эмили и ее семьей.
Сегодняшний день ничем не отличился от предыдущих, девушка пришла домой старательно прикрывая рукавом новополученую рану на запястье. Этот след оставила группа молодых людей, как "напоминание" о том, что она для них враг, и всегда им будет. Ее загнали в угол темного переулка и стерли кожу ее руки о шершавый, как наждачная бумага камень стены.
Она незаметно проскользнула через входную дверь и на цыпочках, едва слышно покралась по коридору в свою комнату. Проходя мимо гостинной к лестнице она слишком занятая тем, что бы не попасть в свет, забыла о скрепящей половице и наступила на нее. Протяжный, стонущий скрип раздался в тишине помещения. Девушка замерла не дыша, надеясь, что не привлекла внимания матери, и ей не придётся пересказывать всё что сегодня произошло.
— Эмили, дорогая, ты вернулась? Иди ко мне, - раздался мягкий женский голос из гостинной.
Эмили сделала глубокий вдох, поправила рукав и вошла в комнату.
— Привет, - фальшиво, но вполне убедительно как ей показалось улыбнулась она садясь на диван рядом с матерью.
— Здравствуй, как прошёл день? - женщина внимательно осмотрела её, останавливая взгляд на прикрытом запястье дочери.
— Все в порядке, - слишком быстро ответила она.
— Нет, не в порядке, - ответила мать беря руку девушки, задирая рукав ее туники и осматривая рану, - Опять на улице донимали? - вопрос прозвучал, как констанция очевидного факта.
Девушка лишь молча кивнула, зная что отговариваться бесполезно.
— Равкианцы ненавидят все что связано с Шуханом, - продолжала мать, - и никого не волнует, что мы не поддерживаем политику Шухана, все судят по внешности... Но нужно бороться. Каждый день.
В этот момент входная дверь отворилась, вошел мужчина средних лет с едва заметной сединой на висках, отец Эмили.
— Мы уезжаем, - с порога проговорил он, его тон не терпел возражений, - Завтра на рассвете. Уезжаем на торговом корабле идущем в Кеттердам. Я обо всем договорился.
— Но.., - попыталась возразить мать.
— Никаких "но", - перебил отец.
— Ладно..., - смирилась женщина, - Только, где мы там будем жить?
— Я уже выкупил небольшой дом в Финансовом районе, - мужчина сделал паузу и осмотрел свою жену и дочь, - Что сидим? Кого ждем? Вперед, собирать вещи. Берем только самое необходимое.