Соседи по (не)счастью//deepins

Мы вышли на улицу, и холодный вечерний воздух ударил в лицо, заставляя меня поежиться. Я застегнула куртку, чувствуя, как ветер играет с моими волосами, и огляделась. У подъезда уже стояли трое парней - Ваня кивнул им, и они подошли ближе, с любопытством разглядывая меня.

- Это Вова, Даня и Саня, - сказал Ваня, показывая на них рукой. - Мои друзья.

Они кивнули, я кивнула в ответ. Имена вылетели из головы через несколько секунд, оставив только смутное ощущение, что я их уже не запомню. Вова, Даня, Саня - они слились в один шумный образ, который мелькал перед глазами, но не задерживался.

Я чувствовала себя неловко. Одна среди четверых парней, которых я почти не знала. Они переглядывались, улыбались, обсуждали что-то своё, а я просто стояла рядом, чувствуя себя лишней деталью в чужой картине.

- Поехали, - сказал Вова, открывая дверь машины. - Залазьте.

Машина оказалась просторной, но внутри нас было пятеро, и я оказалась зажата посередине заднего сиденья между Саней и Ваней. Колени почти касались переднего сиденья, и каждый поворот заставлял меня вжиматься то в одного, то в другого. Пахло кожей, табаком и дешёвым освежителем, который висел на зеркале заднего вида.

Парни громко обсуждали что-то про своих знакомых, про то, где лучше отдохнуть. Я не вслушивалась. Я смотрела в переднее стекло - на огни города, которые проплывали мимо, на редкие фонари, на тени, которые мелькали на асфальте.

Машина остановилась у здания, откуда доносилась глухая музыка, а у входа толпились люди. Я не спрашивала, куда мы едем, и теперь не удивилась. Конечно, клуб. Куда ещё могут поехать четверо парней и одна девушка, которую они взяли с собой из вежливости?

Толпа у входа была плотной, и я потихоньку плелась за парнями, стараясь не потерять их из виду. Они шли широким шагом, не оглядываясь, и я чувствовала себя маленьким утёнком, который пытается догнать стаю. Они обсуждали каких-то девушек, смеялись, перекидывались шутками, и я не понимала, к кому это относится - ко мне или к тем, кого они ещё не встретили.

Внутри клуба было темно и шумно. Световые лучи прорезали дым, музыка пульсировала в груди, и воздух был тяжёлым от запаха алкоголя и духов. Наша компания нашла дальний столик в углу, где было чуть тише, и мы расселись. Парни заказали алкоголь - что-то тёмное в больших бокалах. Я попросила просто воды, и официант принёс мне стакан с прозрачной жидкостью и ломтиком лимона.

Я держала его в руках и смотрела, как парни пьют, смеются, обсуждают что-то своё. Я чувствовала себя невидимкой, сидящей в углу и наблюдающей за чужой жизнью.

Через пятнадцать минут они встали.

- Мы отойдём, - сказал Саша, и в его голосе была та особенная интонация, которая не оставляла сомнений в их намерениях. - Поищем красивых цыпочек на вечер.

Они ушли, оставив меня одну.

Я сидела в углу, сжимая стакан с водой, и смотрела, как толпа вокруг меня движется, танцует, смеётся. Каждый человек здесь был частью чего-то, а я была просто зрителем. Я чувствовала себя лишней.

Телефон завибрировал в кармане, и я с облегчением достала его. Марк.

Марк: ты как?

Я быстро напечатала ответ: «В клубе». Через секунду телефон зазвонил.

- Алло, дура, - голос Марка звучал встревоженно, но с той лёгкой насмешкой, которая всегда смягчала его слова. - Ты чё в клубе забыла?

- Ваня позвал, - ответила я, стараясь перекричать музыку. - С друзьями.

- А сейчас он где?

- Ушёл куда-то.

- Диктуй адрес, я сейчас приеду.

- Не надо, - сказала я, и в голосе прозвучала ложь. - Я их вижу.

- Хорошо, - ответил он, и я слышала, как он не верит мне, но не спорит. - Будь на связи.

- Буду, - сказала я и сбросила вызов.

Я соврала. Вани и его друзей я не видела. Я просто не хотела, чтобы Марк приезжал, чтобы между ним и Ваней состоялась ссора, а хуже - драка. Я не хотела быть причиной чужой злости.

Я просидела одна ещё минут тридцать. Время тянулось медленно, музыка казалась громче, воздух - тяжелее. Я сжимала стакан с водой и смотрела на танцпол, на людей, на световые лучи, которые разрезали темноту.

А потом я почувствовала чужое присутствие.

- Опа, киса, - услышала я над ухом чей-то пьяный голос. - Че одна сидишь?

Я подняла голову. Вокруг меня стояли пятеро парней. Двое сели по обе стороны, вжимаясь в диван так, что я не могла пошевелиться. Трое остались стоять, загораживая свет и путь к выходу.

- Я жду одного человека, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. - Так что вы можете быть свободны.

- Ну, значит, этот человек подождёт тебя, - усмехнулся тот, кто сидел справа.

Я почувствовала, как его рука легла на мою ляжку, и начала медленно подниматься выше. Парень слева потянулся к моим губам, придерживая меня за шею так, что я не могла отклониться.

Я пыталась вырваться. Дёргалась, толкалась, но они были сильнее. Я уже чувствовала чужую руку у себя на груди, и в этот момент в моей голове что-то щёлкнуло.

Стакан в моей руке стал моим спасением. Я не раздумывала ни секунды - я разбила его об лицо парня, который лез ко мне целоваться. Толстое стекло хрустнуло, разлетелось на куски, и парень отшатнулся, зажимая лицо руками.

Я не стала ждать, что будет дальше. Я выскочила из-за столика и побежала.

Я не знала, куда бегу. Я просто бежала сквозь толпу, сквозь дым, сквозь гулкую музыку, которая била в уши, искала выход, путь к свободе, который я почти не видела.

Я вылетела на улицу, в холодный ночной воздух, и остановилась, переводя дыхание. Сердце колотилось где-то в горле.

А потом я увидела его.

Ваня стоял у стены клуба, и он целовался с какой-то девушкой. Она обвивала его шею руками, он держал её за талию, прижимал к себе, и в этом жесте не было ни тени сомнения, ни неловкости.

Я смотрела на них десять секунд. Может, больше. Я смотрела, как он целует её, как его руки касаются её спины, как она улыбается, отрываясь от него на мгновение. И я смотрела на его профиль, освещённый светом клубной вывески, и чувствовала, как внутри меня что-то разрывается.

Я не подошла к нему. Не окликнула. Просто развернулась и пошла прочь.

Я вызывала такси, пока шла к остановке, и пальцы дрожали так сильно, что я почти не могла набрать адрес.

Я села на скамейку у остановки и уставилась в темноту, на редкие машины, на огни города, которые казались теперь такими далёкими и чужими. Слёзы не текли. Было только холодное, пустое чувство внутри.